Чтение онлайн

Но США принуждены будут действовать осторожно, балансируя между желанием максимально урезать торговлю Японии и опасностью толкнуть раздраженных нейтралов в объятия Японии. Если бы Германия сохранила это равновесие, она имела бы в мировой войне одним противником меньше.

Некоторые положения международного права, возможно, будут действовать в первый период войны{147}. Они подвергнутся, однако, опасности быть сильно урезанными различного рода "репрессиями", налагаемыми воюющими странами за нарушение противником этих положений. До мировой войны Германия (вполне правильно предвидя, что она может оказаться в положении блокированной державы) никогда не соглашалась с доктриной "беспрепятственного плавания". Англия же, с другой стороны (вполне правильно предвидя, что ей придется оказаться в положении блокирующей страны), охотно приняла эту доктрину и вскоре после начала военных действий начала жестоко ее применять. Германия, считая, что Англии этими своими действиями нарушает международное право в чистом (в толковании Берлина) его виде, ответила установлением запретной зоны вокруг Британских островов, заявив, что всякий неприятельский торговый корабль, обнаруженный в этой зоне, будет потоплен. Англия в виде репрессии за этот незаконный способ ведения войны объявила, что она постарается полностью прекратить торговлю Германии (как непосредственную, так и через нейтральные порты). Германия ответила на это объявлением неограниченной подводной войны против торговых кораблей (как неприятельских, так и нейтральных), обнаруженных в ранее установленной зоне вокруг Британских островов.

После войны по всему миру прокатилась в виде реакции на ужасы войны волна международного идеализма, и на Вашингтонской конференции 1921 г. державы подписали договор, которым обязывались отказаться как от использования подводных лодок для уничтожения торговых кораблей, так и от применения ОВ. Франция отказалась ратифицировать этот договор, который, таким образом, остался недействительным. В Лондонском договоре 1930 г. (к этому времени теплые чувства 1921 г. уступили место преждевременному охлаждению) ни слова не говорится о химической войне; соглашение же относительно подводных лодок предусматривает только, что они "должны согласовать свои действия в отношении торговых кораблей с теми положениями международного права, которые касаются надводных кораблей". В договоре, впрочем, оговорено, что эта статья, запрещающая неограниченную подводную войну, сохраняет свою силу "без ограничения времени", хотя действие самого договора истекает в 1936 г.

Было бы, однако, слишком поспешно утверждать, что эта статья выдержит испытание войной. Разве будут считаться с ней США или Япония в своем стремлении победить?

Сейчас трудно установить момент, когда та или другая страна решит, что положение настолько серьезно, что больше нельзя придерживаться соглашения о запрещении неограниченной подводной войны, но такой момент, по всей вероятности, когда-нибудь все же наступит. США могут заявить: "Разве эта статья более священна, чем договор, согласно которому Япония обязалась, уважать территориальную целостность Китая и который она так гнусно нарушила?"

Впрочем, все это может произойти и по-другому. Предположим, что обе страны начали войну с твердым намерением вести ее в полном согласии с существующими правилами войны. Но вот какой-нибудь командир подводной лодки (той или другой страны) по глупости или от чрезмерного усердия нарушил эти правила; другая Страна, несомненно, немедленно же воспользуется этим и проведет, если ей это будет выгодно, ответное мероприятие.

Вследствие такой запутанности и изменчивости международного права использование авиации в японо-американской войне поднимет целый ряд новых проблем. Совершенно очевидно, что авиация будет применяться в этой войне значительно шире, чем в войну 1914 - 1918 гг.; и если это оружие будет применяться бессердечно и без всякого "разбора", то оно, при определенных обстоятельствах, может быть более смертельным, более ужасным, чем подводная лодка. Если все товары считаются контрабандой и если каждый гражданин подвергается опасности пасть жертвой неприятельских авиабомб, то "мирного населения" быть не может. Тем не менее невозможно указать того предела, после которого воздушные операции могут быть морально оправданы.

Можно рассуждать следующим образом: почему укрепление можно подвергать бомбардировке, а военный завод - нельзя? Люди, работающие на этом заводе, являются юридически "мирным населением", в то время как фактически они воюют совершенно так же, как моряки и солдаты, носящие военную форму. Если Америка или Япония, подогретая такими рассуждениями, предприняла бы бомбардирование военного завода, разве другая страна не считала бы себя вправе объявить неограниченную воздушную войну против всех граждан и всякого рода деятельности так называемого врага? А в этом случае разве эта неограниченная бомбардировка больших городов не вызовет возмущения всего мира и разве нейтральные государства не предпримут каких-либо мер, если (что представляется почти неизбежным) будут убиты их подданные?

Мировая война явилась первой войной, в которой так широко применялись подводные лодки, и к концу этой войны правила, касающиеся применения подводных лодок, оказались в хаотическом состоянии. Совершенно так же широкое использование фугасных, зажигательных и химических бомб в японо-американской войне приведет к возникновению целого ряда проблем международного характера, касающихся использования армейской и морской авиации и опасностей, которым подвергается мирное население.

Япония больше всего боится именно воздушной войны; об этом можно судить по той широкой подготовке, которая проводится ею. Совершенно очевидно, что Япония, с точки зрения безопасности самой страны и сохранения жизни своих граждан, является наиболее уязвимой имен но со стороны воздух а.

Промышленность Японии и ее занятое в промышленности население сконцентрированы в двух районах, удаленных друг от друга на расстояние меньше чем 320 км, что следует признать рискованным. В большем из этих районов - Токио - Иокогама - живет более 7 млн. человек. Здесь, в районе диаметром в 65 км, расположены большой порт, главная морская база и столица страны. Второй район - Осака-Кобэ - имеет, примерно, 4 млн. населения; здесь, расположены в расстоянии нескольких километров друг от друга главный порт Японии и ее величайший промышленный центр. На протяжении всей этой книги мы старались показать, насколько заблуждаются те, которые возлагают на авиацию как на оружие слишком большие надежды. Крайне невероятно, что исход будущей войны решат самолеты или что они будут играть в ней главную роль. Несмотря на это, самолет по только что перечисленным причинам явится особенно эффективным оружием в применении к Японии; эффект, который это оружие своей угрозой пожаров окажет на моральное состояние населения, будет иметь более важное значение, чем повреждения, наносимые непосредственной бомбардировкой промышленных заводов или корабельных доков.

Японии это известно. Все страны Европы, видимо, рассчитывают, что им придется как выполнять эти ужасные воздушные налеты, так и самим подвергаться таким же нападениям; поэтому, готовясь к ним, они изобрели целый ряд различных массовых учений для гражданского населения. Ни в одной стране, однако, эти массовые учения не производятся в таких масштабах, как в Японии, где завывающие сирены периодически созывают городское население для условной обороны от "неприятельских бомбардировщиков". На этих учениях огромные отряды самолетов пролетают над столицей, а граждане в противогазах неистово тушат "пожары", возникающие в результате попадания зажигательных бомб. Даже в морских и сухопутных маневрах не обращается так много внимания на реализм, как на этих учениях.

Если мы попытаемся путем ссылки на существующие своды законов или международную этику определить вероятный курс, которым будет следовать страна во время войны, мы неизбежно запутаемся. Чтобы разобраться в этом вопросе, необходимо только установить, в чем могут заключаться материальные интересы данной страны. Это положение верно и для Японии с подмандатными островами. Условия, на которых ей отданы бывшие германские острова, расположенные к северу от экватора (Каролинский, Маршальский и Марианский архипелаги), предусматривают, что на этих островах нельзя возводить укреплений и что они не могут быть использованы в качестве морских или военных баз. Это - как раз то, что Япония, несомненно, сделает, найдя какую-нибудь юридическую отговорку для оправдания своих поступков, которые будут продиктованы потребностями государственной безопасности и необходимостью{148}. Причины - фактические или вымышленные - таких поступков ни в коей мере не касаются нас, поскольку мы не являемся членом Лиги наций, от которой Япония получила мандат; однако нарушение Японией условий мандата может вооружить Лигу против нее{149}.

Равным образом, Япония, несомненно, оккупирует Шанхай и все побережье Китая к северу от реки Янцзы, причем особые усилия будут приложены ею к тому, чтобы обеспечить за собой районы Шаньдунь и Тяньцзин. Она сделает это под тем предлогом, что невыполнение этих мер поставит под угрозу ее государственную безопасность (что вполне может случиться), и в этом отношении Япония пойдет даже на риск разрыва с европейскими державами. Юридическая фикция Манчжоу-го исчезнет одновременно с возникновением войны, так же, как исчезнут и те остатки независимости, которые еще оставлены Внутренней Монголии.

Если США захотят осуществить актуальный экономический нажим на Японию посредством блокады, то им придется сначала провести морскую и воздушную кампанию в удаленных водных районах и на широком фронте, на фронте, настолько удаленном и настолько широком, что стране придется напрячь все свои ресурсы, все свое терпение, весь свой дух.

Япония будет воевать в своих водах и на прилегающих к ней территориях, на концентрированном фронте. Эта война будет для Японии преимущественно морской войной, в которой, однако, сухопутные и воздушные операции будут играть важную роль. Военные-действия будут сосредоточены в ограниченных районах моря и вдоль побережья островов, но вместе с тем японскому флоту придется с самого начала войны выходить на океанские просторы и иметь столкновения в открытом океане. В этой войне Японии будет угрожать опасность медленного паралича в результате экономической блокады, которая не обязательно должна быть абсолютно эффективной, чтобы повлечь за собой разгром Японии. Учитывая эти опасности блокады, Япония, однако, может утешать себя тем обстоятельством, что районы, являющиеся наиболее опасными с точки зрения нападения на ее торговлю, являются в то же самое время наиболее легко защитимыми.