Война ненависти
Шрифт:
— Может быть, ты с возрастом становишься больше похож на человека?
— Вряд ли. — Бесцветный голос Адрина давно уже не вводил Алексея в заблуждение. Его друг не был бесчувственным, просто выражать свои эмоции при помощи речи был не способен от природы, а некоторые из них действительно были ему не доступны. — Скорее наоборот. Странная ситуация, наверное, это хорошо, что мы ее больше никогда не увидим.
Не люблю что-либо не понимать.
— Я знаю. — Алексей отхлебнул из чашки и задумчиво поглядел на
Адрина. — Ты хорошо себя чувствуешь?
— Не знаю. Этот город заставляет вспоминать, а это иногда злит.
— Пойдешь, поохотишься?
— Нет, в этом месяце я уже ел. Пока мне достаточно.
Алексей молча кивнул и погрузился в свои мысли. За столом установилась тишина. Каждый думал о своем, Адрин, сам того не замечая, начал понижать температуру в комнате, Алексей довольно потянулся и налил себе еще кофе. Он почему-то сомневался в том, что
Яна больше не появится в их жизни. По дороге к автобусной остановке он сумел немного разговорить девушку. И кроме ее имени узнал еще несколько интересных вещей. Яна говорила недомолвками, не вдаваясь в подробности, но человеку с его опытом по части всевозможных переделок стало ясно, что с девушкой случилась беда, и она не очень надеется на помощь своей родственницы. Конечно, девушка могла ошибаться в оценке ситуации, но вряд ли, на дуру Яна не походила, а ее излишняя доверчивость объяснялась ее юным возрастом и жаждой любви, но никак не низким интеллектом и отсутствием логического мышления…
Алексей передернул плечами, отбрасывая совершенно лишние с его точки зрения мысли и, поднявшись из-за стола, задернул шторы.
Солнечный свет даже осенью мог обжечь кожу Адрина, если не использовать защиту, но Охотник, как обычно, игнорировал любые неудобства, если они касались его одного. Странное безразличие его друга к собственным нуждам иногда приводило Алексея в бешенство, но он ничего не мог с этим поделать, характер Адрина сложился задолго до их встречи и никакой корректировке не поддавался. Вот и в этот раз он даже не повернул головы, пока его друг возился со шторами, продолжая внимательно изучать на стене что-то видимое ему одному.
Алексей сердито выдохнул и вышел из комнаты, оставаться с Адрином в одном помещении, когда он в таком настроении можно было только при крайней необходимости.
В доме было на два градуса холоднее, чем на улице. Конечно не ледяные пещеры, но тоже вполне комфортное жилье, хотя соседей могло бы быть и поменьше. Алексей поморщился, в доме справа снова разыгралась семейная ссора, свидетелями которой предстояло стать всем в округе, независимо от их желания в этом участвовать. Но что поделаешь, хороший дом в центре города не построишь, а если и построишь, то в соседях с большой долей вероятности окажутся обитатели развалюх, возведенных на бывших городских окраинах еще в начале прошлого века. Вот и получается картина, от которой любого нормального человека охватывает здоровой недоумение: дорогой дом в два этажа с кованными железными воротами и двухметровой оградой, а рядом покосившаяся хибара, не завалившаяся окончательно только по причине того, что и так уже почти по крышу вросла в землю, падать просто некуда. Алексей тоскливо вздохнул, уже предполагая дальнейшее развитие событий, и неторопливо направился к входной двери, чтобы не тратить время…
Звонок раздался в тот момент, когда он коснулся защелки замка.
Алексей скривился, и устало поинтересовался:
— Кто там? — Он был уверен, что это опять приехала следственно-оперативная группа многострадального Ленинского района, на территории которого находилась эта зона смешанной застройки и контингента.
— Оперуполномоченный Николаев. — Донеслось из-за двери. К сожалению, Алексей не ошибся. Пришлось открывать, чтобы не привлекать излишнее любопытство властей. На крыльце стоял молодой парень лет двадцати двух на вид… и смотрел на него круглыми от изумления глазами. Интересно, что же его так поразило? Алексей оглядел себя на предмет присутствия лишних конечностей, но не обнаружил ничего предосудительного. Все в порядке, даже шорты на месте… Вот идиот! На улице минус десять, а он в одних легких шортиках, и добро бы из дома полыхало жаром, так нет же, такой сквозняк тянет, что несчастный опер в куртке ежится. Не иначе Адрин окончательно впал в созерцательное состояние. Пора парня отвлекать от ненужных наблюдений.
— Что вам угодно? — Николаев вздрогнул и торопливо заговорил.
— В соседнем доме произошла драка. Может быть, вы что-нибудь слышали или видели?
— Нет. — Алексей беззаботно пожал плечами. — Я спал и ничего не видел.
— Понятно. Извините за беспокойство. — Опер развернулся и пошел к калитке, которую никогда не закрывали по причине извечной лени хозяев. Алексей проводил его удивленным взглядом и покачал головой.
Надо же, вежливый оперуполномоченный, не иначе он только недавно начал работать милиции, по-другому объяснить этот феномен не получалось. Да не очень-то и хотелось задумываться. Идея выспаться казалась слишком привлекательной. Как-никак уже сутки на ногах.
Адрин прислушался к доносящемуся с улицы разговору, но быстро потерял к нему интерес. Куда больше его занимало отношение Алексея к этой странной девушке, Яне. Его друг явно не равнодушен к ней, иначе не возился бы с совершенно чужой им девицей столько времени. Значит, ему предстоит наблюдать развитие их отношений. Хорошо, если дело только во внезапно вспыхнувшей страсти, тогда можно надеяться на то, что через каких-нибудь два года Алексею новая подружка надоест, и можно будет вернуться к спокойной жизни. Но если, не приведи Тарн, у потомственного русского дворянина, со всей присущей этому сословию силой, взыграл родительский инстинкт, то нежданное прибавление в семействе придется терпеть не одно десятилетие, пока она не скончается от старости. Приятная перспектива, нечего сказать! Адрин почувствовал, как Алексей погрузился в ледяные глубины сна, и улыбнулся. Этот непредсказуемый русский с ним вот уже четыре столетия, и все равно каждая его выходка становится для него сюрпризом. Поступки Алексея Петровича Нарышкина невозможно предсказать в принципе, остается только гадать, а потом удивляться, насколько догадка отличается от того, что случилось на самом деле.
Внезапно что-то заставило его насторожиться. Возле дома кто-то был. Кто-то неопасный, иначе защитное заклинание подняло бы тревогу, но все равно чужой. Хотя нет, кажется с определением «чужой» он поторопился. Оч-чень знакомая аура. И что она делает у них на крыльце? Вроде бы ее совсем недавно посадили на автобус и отправили к тете? Адрин вздохнул и пошел открывать дверь. Пока он эту девицу как следует не расспросит, все равно ничего узнать не сможет, а расспрашивать всегда лучше в доме. Меньше свидетелей — спокойней живется.
Когда Адрин открыл дверь, то его глаза предстала удручающая картина. Яна сидела, нахохлившись, на крыльце и, спрятав лицо в коленях, тихо плакала. Услышав за своей спиной шаги, девушка подняла голову и, увидев, кто к ней идет, быстро вскочила на ноги, явно намереваясь убежать. И как это прикажете понимать? Охотник мрачно пообещал себе как следует всыпать Алексею за его донкихотство и нарочито небрежно спросил:
— Что, позвонить лень? А если бы я еще часа два на улицу не вышел, так бы и сидела на крыльце? — Яна заморгала, явно сбитая с толку его тирадой, но убегать пока передумала. Прекрасно. Теперь можно будет выяснить у нее, что же с ней случилось за те три часа, пока ее не было в их поле зрения. Но девушка явно вознамерилась сегодня удивлять его безостановочно.
— Простите! Я не хотела вас беспокоить. Мне просто некуда больше идти. Я сейчас уйду! — Адрин устало спросил себя, неужели детей больше не учат хотя бы основам логики, и одним прыжком преодолев разделяющее их расстояние, схватил ее за шиворот и затащил в прихожую, захлопнув дверь. Черт знает, что такое! И так после ее утреннего посещения в доме дышать нечем, так она еще торчит на крыльце, вынуждая его держать дверь открытой, а на улице, между прочим, жарко. И что это за странное мышление нынешней молодежи?
Идти некуда, но она пойдет. Видимо в никуда пойдет, не иначе, а Алексей потом примется искать пропажу, и ему дней десять житья никакого не будет из-за метаний этого рыцаря петровской эпохи. Ну уж нет!
Яна возмущенно пискнула, когда Адрин втащил ее в дом, но сопротивляться не стала, только еще ниже склонила голову, пряча лицо за волосами. Охотник насторожился. Поведение нетипичное для красивой женщины, более чем. Осторожно взяв девушку двумя пальцами за подбородок, он заставил ее посмотреть ему в глаза и понял причину ее стеснительности. Лицо Яны густо покрывали синяки и ссадины. Н-да-а.