Война разведок. Тайные операции спецслужб Германии. 1942-1971
Шрифт:
Практически это означает то, что разведывательная служба никогда не будет в состоянии полностью раскрыть все без исключения намерения противника, тем более на длительный период времени. Наряду со специальными знаниями сотруднику, занимающемуся сбором информации, могут принести успех инициатива и размах, энергичное ведение дел и въедливость, творческий подход и умелые действия, а также импровизация и умение фантазировать. Секретная информация может не только расставить акценты на уже имеющейся картине обстановки в стане противника, но и подтвердить, модифицировать, а в отдельных случаях, что, однако, случается редко, изменить в корне представление о ней.
Вопросы, которые обычно возникают при поступлении устных сведений о намерениях противной стороны, отходят на задний план, если удается получить разведывательную информацию в виде документов или она добыта техническими средствами. В особенности это касается проблем большой политики, когда разведка докладывает о намерениях противника, которые зависят от многих, часто непредсказуемых факторов. Поэтому планы могут быть выполнены, а могут и остаться на бумаге. Тут первостепенное значение приобретают вопросы о достоверности информации и возможностях источника получать такие сведения. Сообщения политического характера могут представлять определенный интерес для военных и наоборот. Политические сведения могут подтверждаться и дополняться военной информацией, которая, в свою очередь, приобретает полную значимость за счет дополнительных данных из политической области. Здесь можно привести много примеров, но я ограничусь лишь одним. Незадолго до моего ухода в отставку возник вопрос: не приведет ли создавшееся в связи с развитием событий в Чехословакии политическое положение к выполнению советской военной угрозы? Мои сотрудники безоговорочно подтвердили такую возможность (в следующей главе я еще вернусь к этому вопросу).
Даже эти короткие замечания свидетельствуют о том, что задача разведывательной службы не ограничивается только добыванием секретной информации. Ее сотрудники должны обладать глубокими знаниями, чтобы быть в состоянии правильно классифицировать полученную информацию и соответственно оценить ее. А это значит, что в подразделение, занимающееся обработкой и оценкой информации, должна поступать регулярно и вся более или менее существенная открытая информация, идущая по различным каналам, чтобы оно могло использовать ее наряду с секретными сведениями для всестороннего анализа обстановки. Я всегда придерживаюсь мнения, которое разделялось моими зарубежными коллегами – руководителями дружественных разведслужб, прежде всего американскими партнерами, что только систематическая и выполненная со знанием дела обработка как секретных, так и открытых материалов может стать основой регулярной и точной оценки обстановки.
Чтобы применить на практике концепцию получения информации во всех сферах разведывательной деятельности за рубежом и ее последующей обработки и оценки в рамках изложенной выше технологической схемы, нужны высококвалифицированные специалисты.
Пожалуй, нет ни одной области современных знаний, которые не требовались бы в разведке. Без научно подготовленных сотрудников, будь они из сферы гуманитарных или естественных наук, разведывательной службе ныне не обойтись. Но вместе с тем я постоянно требовал, чтобы такие сотрудники, несмотря на необходимость трезвого подхода и точности в деле систематической обработки поступающей информации, не сидели бы сиднем за письменным столом. Свою задачу они должны видеть в том, чтобы регулярно поддерживать живую связь с соответствующими подразделениями по сбору информации и оживленно обмениваться с ними мнениями и соображениями.
Лишь только тогда, когда обработчики информации будут считаться с ее сборщиками и не станут подгонять реальные данные под мнение высоких инстанций в Бонне, может быть обеспечено оптимальное взаимодействие между двумя основными частями разведывательной службы – подразделениями по сбору и обработке данных.
За представляемые наверх сведения наряду с руководящими сотрудниками в сфере добычи информации большую ответственность несут и их коллеги в сфере обработки и оценки данных. И если в сфере добычи главная забота – твердо знать, надежны ли источники и можно ли им доверять, то в сфере обработки и оценки во главу угла ставится требование объективного подхода при анализе полученных материалов. К неписаным законам разведки относится положение о том, что ни один ее сотрудник, в том числе и сам начальник, не имеет права оказывать влияние на решение, принимаемое правительством. А это требует от них способности сдерживать себя и не навязывать политикам собственное мнение. Вместе с тем они должны обладать гражданским мужеством, чтобы не только просто доложить, но и отстоять ту информацию, которая неприятна правительству и не совсем вписывается в его представления. Каждый должен знать об этом, прежде чем сделать своей профессией разведывательное ремесло, которое увлекательно, захватывающе и романтично, но требует большой самоотверженности.
После моего ухода в отставку много говорилось и писалось о необходимости омоложения службы, в особенности ее руководящего состава. Но в таких подсказках со стороны общественности мы не нуждались: я постоянно старался предоставить молодым и перспективным сотрудникам возможность повышения по службе, исходя из вполне понятной ответственности за будущее развитие нашей организации. Однако должен сделать оговорку, касающуюся всех тех, кто по незнанию кричит о необходимости омоложения: в разведке никак не обойтись без зрелого опыта в этой области. Стремительного взлета, как это иногда можно видеть в политике, в разведке почти не бывает. Руководящие сотрудники, по каким бы причинам они ни занимали свои должности, не имеющие достаточного разведывательного опыта и обладающие лишь поверхностными знаниями, представляют собой большой риск для дела. И это ни в коем случае нельзя недооценивать. Конечно, в других профессиях, в том числе в военной, довольно быстро заменяют лиц, занимающих руководящие должности. Ведь в бундесвере такие физические нагрузки, что люди быстро изнашиваются и их нужно заменять более молодыми.
В службе внешней разведки подобный порядок устанавливать нельзя. Здесь целесообразно оставлять на работе сотрудников, достигших установленного возраста, но имеющих высокую квалификацию и большой опыт, что принесет несомненную пользу делу. В связи с этим я вспоминаю нескольких наших пожилых работников, занимающихся ведением дел на азиатском направлении нашей службы. Они знали свои страны не понаслышке, а вели там в свое время разведку и хорошо владели местными языками. Двое из них добились замечательных успехов, уже перешагнув порог своего семидесятилетия.
Подобно врачам, у которых большая практика обеспечивает успех в лечении больных, руководящие сотрудники разведки, проработавшие длительное время, приобретают такой опыт, от которого разведывательная служба просто не может отказаться. Особенно это проявляется в сфере получения и сбора информации, где речь в первую очередь идет о том, чтобы собственным примером привить подчиненным чувство уверенности в безопасности и побудить офицеров и агентов к активным действиям. Вопрос правильного руководства людьми в равной степени важен и для сферы обработки и оценки полученной информации, где тактично и терпеливо достигается поистине дружная совместная работа всех звеньев.
Приказами здесь можно добиться немногого. Применение чисто военных методов управления и руководства неприемлемо: опубликованный в печати случай, произошедший недавно в одной из западных разведывательных служб, дает повод предостеречь от этого. Дело в том, что в качестве руководителя упомянутой службы был назначен заслуженный армейский офицер, который вскоре все завалил, так как пытался действовать исключительно приказными методами. Поэтому указания и установки должны делаться так, чтобы привлекаемые к решению разведывательных задач сотрудники не только формально восприняли их, но и поняли смысл и цели заданий.
Полагаю, что в связи с этим есть необходимость остановиться на некоторых принципах руководства людьми, хотя они могут показаться само собой разумеющимися. Один из моих основных принципов, например, заключался в предоставлении руководящим сотрудникам достаточной свободы действий для выполнения поставленных мною задач, за что они платили лояльностью и высокими результатами.
Если я до сих пор говорил о сотрудниках, то это не значит, что придерживаюсь распространенного в обществе мнения о непригодности женщин к работе на ключевых позициях в разведке. Я решительно против такой постановки вопроса. К сожалению, представление общественности по данному вопросу сильно искажено в результате появления сенсационных книг и кинофильмов о «супершпионках» периода двух мировых войн – о Мата Хари, «Мадемуазель Докторе», «Кошке» [63] и других. Несколько случаев, выявленных в шестидесятых годах, когда по заданию восточных разведывательных служб в министерствах Бонна действовали агенты-женщины, были подхвачены падкой на сенсации прессой. В результате «женская проблема» в разведке получила еще больший перекос.
63
Мата Хари – артистический псевдоним известной в начале нашего века исполнительницы ритуальных танцев Юго-Восточной Азии, голландки по национальности. Настоящее ее имя и фамилия Маргарита Целле. Во время Первой мировой войны она установила контакты с французской и германской разведслужбой. В январе 1917 года ее арестовали французы, заподозрив в активном шпионаже в пользу немцев. Актрису, в частности, обвинили в том, что она выдала своим берлинским хозяевам план французского наступления, которое провалилось с большими потерями. В октябре того же года двойную агентессу расстреляли. Недавно выяснилось, что шпионская роль Мата Хари была сильно преувеличена. Прекрасная авантюристка не выведывала военные секреты. Она пала жертвой интриги, закрученной одним офицером французской разведки.
«Мадемуазель Доктор» – оперативный псевдоним сотрудницы немецкой разведки Элизабет Шрегмюллер. Во время Первой мировой войны она руководила шпионской школой в Антверпене (Бельгия была оккупирована германскими войсками) и добилась значительных успехов в подготовке агентов.
«Кошка» – агентурная кличка сотрудницы французской разведки Матильды Люси Карре. В 1940 году она создала в оккупированной гитлеровцами Франции крупную шпионскую организацию «Интераллье». Ей удалось установить прочную связь с британским разведцентром в Лондоне и передавать туда ценную информацию. За успешную разведывательную деятельность М.Л. Карре стали называть «Мата Хари Второй мировой войны». Два года спустя ее арестовала немецкая контрразведка и перевербовала. Но «Кошке» удалось бежать в Лондон. Англичане сочли, что она виновата в гибели «Интераллье». Ее судили и приговорили к смертной казни. Но затем этот приговор был заменен на пожизненное заключение в тюрьме. В 1949 году М.Л. Карре амнистировали и освободили.
Опираясь на личный долголетний опыт, могу с уверенностью сказать: многие женщины хорошо зарекомендовали себя на самых различных постах в разведке, как в центральном аппарате, так и за рубежом. Когда речь заходила о назначении женщин на должности в нашей службе, я всегда исходил в первую очередь из оценки их способностей и пригодности к разведывательной работе, а не из особенностей пола. С большой признательностью вспоминаю многих женщин – наших сотрудниц, которые соединяли острое чутье и глубокую эрудицию с постоянной готовностью к энергичным действиям.