Чтение онлайн

Американские войска вместе с союзниками очистили долину от боевиков «Аль-Каиды» и других группировок, но далось это дорогой ценой. Боевики сбили из гранатометов два вертолета «Чинук», погибли восемь и были ранены почти восемьдесят американских солдат. Силы коалиции уничтожили значительное число боевиков, но нашли всего лишь несколько тел. Еще несколько сотен боевиков бежали в Пакистан.

Помощь, оказанная Пакистаном в свержении «Талибана», вознесла Первеза Мушаррафа на вершину мировой политики. «Мушарраф стал звездой мирового масштаба, – отмечала посол Чемберлен. – В страну хлынули потоки денег. Она не считалась более странойизгоем. Кругом царила эйфория. Фото Мушаррафа ежедневно появлялись на обложках журналов и первых полосах газет»26. Но несмотря на столь многообещающее начало, мир и стабильность в Афганистане так и не наступили. Боевики массово уходили в Пакистан, что внушало беспокойство. Кроме того, в запутанной паутине союзов между «Талибаном», боевиками «Аль-Каиды» и пакистанскими военными наметились непонятные шероховатости.

«Уход боевиков «Талибана» и «Аль-Каиды» в Пакистан происходил волнообразно», – вспоминал Роберт Гренье, который возглавлял резидентуру ЦРУ в Исламабаде в период после сентябрьских терактов 2001 г. 27 Великолепный оперативник, всегда безупречно одетый, Гренье был также страстным болельщиком «Бостон Ред Сокс» (профессиональная бейсбольная команда. – Прим. пер.). Он получил ученую степень бакалавра философии Дартмутского колледжа. Гренье имел за плечами блестящую двадцатисемилетнюю карьеру в разведке, включая пребывание на посту шефа т. н. «Фермы» – базового учебного центра ЦРУ, где он отвечал за подготовку агентов – специалистов по тайным операциям. Занимая высокий пост в Исламабаде, Гренье отслеживал уход боевиков из Афганистана в Пакистан.

В декабре 2001 г., после падения Кабула и Кандагара, значительное число лидеров «Талибана» бежало в пакистанскую провинцию Белуджистан. Среди них был и мулла Омар. Шеф службы разведки и целеуказания Центрального командования в то время отмечал, что «в конце 2001 г. мы нанесли несколько ударов по мулле Омару, которые оказались безуспешными»28. Например, в ноябре американцы нанесли бомбовый удар по системе кяризов (подземных каналов) в Кандагаре, где, по данным разведки, скрывался мулла Омар. В Афганистане такие каналы часто используются для подачи воды из родников и рек. Они соединяются с поверхностью через вертикальные колодцы. Сначала самолеты морской авиации сбросили на цель несколько управляемых бомб с лазерным наведением GBU-10 весом 2000 фунтов (907 кг), но промахнулись. Затем самолеты ВВС США атаковали кяризы управляемыми бомбами GBU-28 Bunker Buster весом 5000 фунтов (2268 кг), специально предназначенными для уничтожения подземных командных пунктов. Вес боеголовки такой бомбы составляет 2 тонны. Тоннель был разрушен, но мулла Омар уцелел.

В конце концов, ему удалось перебраться в Пакистан, причем ходят слухи, что он сделал это на мотоцикле «Хонда». Президент Мушарраф даже сострил во время беседы с японским премьер-министром Юнитиро Коидзуми: «Лучшей рекламой для «Хонды» был бы ролик, в котором мулла Омар с развевающимися на ветру одеждами и бородой едет на мотоцикле»29.

Боевики «Аль-Каиды», включая Усаму бен Ладена, массово бежали через пакистанскую границу. В ноябре 2001 г., во время одного из своих последних появлений на публике, бен Ладен выступил с проповедью перед вождями племен в Центре исламских исследований в Джелалабаде. Он пообещал, что боевики смогут преподать американцам урок, «подобный тому, что они преподали русским». Он был одет в национальный костюм «шальвар камез» (длинная рубаха и свободные широкие штаны) серого цвета, распространенный среди афганцев, и камуфляжную куртку. По некоторым данным, он раздавал вождям наличные, чтобы заручиться их поддержкой, а собравшиеся скандировали «Зиндибад (да здравствует) Усама!»30. Американские разведчики считают, что через Тора-Бора и другие участки границы в течение нескольких недель бежали пости 1000 боевиков «Аль-Каиды».

«Мы должны отдать ему должное, – отмечал уже упоминавшийся Гэри Шроен, – он держался в Тора-Бора до последнего»31.

В середине декабря 2001 г., по оценкам американской разведки, бен Ладен в последний раз покинул Тора-Бора в сопровождении нескольких охранников и ближайших помощников. Действовавшие там оперативники ЦРУ неоднократно обращались к военному командованию с просьбой выделить дополнительный батальон рейнджеров, чтобы заблокировать пути отхода бен Ладена, но оно решило положиться на афганские войска. По некоторым данным, бен Ладен заплатил афганцам, чтобы они позволили ему уйти 32. Пакистанские военные полагали, что «боевики укрылись в городских районах и смешались с местным населением»33. Лидеры «Аль-Каиды» уходили различными маршрутами, а бен Ладен перемещался верхом в южном направлении, пройдя несколько горных перевалов, которыми пользовались караваны ЦРУ во времена войны против СССР. Пуштуны, живущие в многочисленных селениях и городках, разбросанных вдоль маршрута по обе стороны границы, поддерживали «Талибан» и помогали бен Ладену и его спутникам преодолевать засыпанные снегом перевалы на пути к старому пакистанскому аванпосту в Парачинаре. ЦРУ позже установило, что «группу в составе двух сотен саудитов и граждан Йемена… вели члены пуштунского племени гильзаи, с которыми за это расплатились наличными деньгами и оружием»34.

Пакистанский Пограничный корпус – полувоенное формирование, действующее в пограничных районах страны – задержал в районе границы некоторое количество боевиков. Члены «Аль-Каиды» и боевики-иностранцы были переданы пакистанской разведке ИСИ, которая, в свою очередь, передала многих из них правительству Соединенных Штатов. Они оказались в секретных тюрьмах в Кандагаре, Баграме и в других местах. Члены «Аль-Каиды» надеялись на свои связи с пакистанскими военизированными группировками типа «Лашкар-э-Тайба» (Армия праведников), действовавшими в крупных городах Лахор и Фейсалабад, которые могли помочь им скрыться от пакистанских и американских спецслужб. Однако они не хотели оставаться в Пакистане, поскольку его правительство сотрудничало с Соединенными Штатами. По данным ЦРУ, большинство боевиков «Аль-Каиды» и иностранцев пытались пробраться в Иран, где они могли бы осесть на время или перебраться оттуда в другие страны, например, в государства Персидского залива.

Однако в 2002–2003 гг. в ЦРУ начала поступать информация о том, что все больше боевиков «Аль-Каиды» тайно возвращается в пакистанскую Зону племен. Они в основном уходили в отдаленные районы вроде долины Шакаи в Южном Вазиристане, надеясь, что правительство Пакистана оставит их в покое и позволит раствориться среди местных племен. Спорадические операции пакистанской армии в Южном Вазиристане вынудили боевиков уходить в Северный Вазиристан. «Там пакистанским правительственным войскам было труднее достать их – социальная структура в этих районах была более благоприятной, влияние мулл и религиозных клерикалов – очень сильным», – отмечал Гренье 35.

В течение следующих нескольких лет эти экстремисты использовали расположенную на севере Пакистана провинцию Белуджистан, Федерально управляемые племенные территории (зону племен) и Северо-Западную пограничную провинцию в качестве убежищ для отдыха и перевооружения. Убежище было важнейшим фактором для всех основных группировок, действующих против войск НАТО и афганской правительственной армии. Согласно документу, подготовленному совместно Европейским союзом и ООН, «движение «Талибан» было динамично развивавшейся сетью, которая действовала, опираясь на мощную поддержку в Пакистане и имея там отличную базу для вербовки сторонников»36. В мире в целом во время восстаний и мятежей повстанческие группировки часто используют пограничные районы и территории соседних государств. Там они планируют свои действия, привлекают и вербуют сторонников, оттуда же связываются со своими приверженцами по всему миру, занимаются сбором денег, оправляются от постоянного стресса, связанного с жизнью в условиях подполья 37. Пограничные районы Пакистана были идеальным убежищем по нескольким причинам.

Во-первых, они расположены близко к основным базам «Талибана» и «Аль-Каиды» в восточном и южном Афганистане. Это удобно, так как «Талибан» и «Аль-Каида» решили начать войну с правительством Карзая. При этом буквально все лидеры мятежников находились в Пакистане, зачастую в одном из медресе деобандистов. Во-вторых, на территории Пакистана проживают почти двадцать пять миллионов пуштунов, т. е. вдвое больше, чем в Афганистане. Большинство их симпатизировали «Талибану»38. В-третьих, некоторые группировки были тесно связаны с членами пакистанского руководства. Как уже упоминалось ранее, в 90-х годах «Талибан» получал существенную поддержку от пакистанской разведывательной службы ИСИ. В-четвертых, гористая местность в пограничных с Афганистаном районах предоставляла отличные возможности для укрытия.

«Роль географии, важнейшая в обычной войне, может стать решающей в войне революционной», – писал Давид Галюла в своей классической книге «Противоповстанческие действия» (Counterinsurgency Warfare). В годы Второй мировой войны Галюла служил во французской армии в Северной Африке и Италии, затем – воевал с повстанцами в Китае, Греции, Индокитае и Алжире. «Местность помогает инсургентам, если она имеет сильно пересеченный характер», – отмечал он 39. Галюла и другие эксперты подчеркивали, что гористая местность хорошо подходит повстанческим группировкам, потому что войска там испытывают значительные затруднения с передвижением и ориентировкой, а мятежники, в свою очередь, имеют больше возможностей для укрытия 40.

Вокруг афгано-пакистанского пограничного региона всегда кипели споры. Ни одно из современных правительств Афганистана не признавало проложенную британцами границу, разделяющую территорию, заселенную пуштунами. 12 ноября 1893 г. сэр Генри Мортимер Дюранд, секретарь по иностранным делам британской колониальной администрации Индии, подписал с правителем Афганистана, эмиром Абдуррахман-ханом соглашение о разграничении Афганистана и Британской Индии. Назначение демаркационной линии, получившей впоследствии название «Линия Дюранда», состояло в разделении пуштунских племен и ослаблении их, что, в свою очередь, облегчало британцам задачу умиротворения этих районов. На своей стороне границы они создали несколько автономных племенных администраций, управляемых британскими чиновниками с помощью местных вождей, лояльность которых обеспечивалась посредством регулярного предоставления субсидий. Британские войска силой подавляли возникавшие время от времени восстания, но в целом не трогали пуштунов в обмен на сохранение стабильности в регионе 41. В 1949 г. состоявшаяся в Афганистане «Лойя-джирга» объявила «Линию Дюранда» недействительной, а заселенные пуштунами районы – частью Афганистана, тем более что с обретенной в 1947 г. Пакистаном независимостью Британская Индия перестала существовать.