Чтение онлайн

— Наша армия храбра. Как вы находите моральный дух командиров? — спросил царь.

— Все полны оптимизма, мой повелитель, и жаждут боя. Все восхищены подразделением лучников, оставившим свой след в истории.

— Я разделяю с вами это восхищение, — сказал царь. — А теперь послушайте меня. Нам не следует терять времени, кроме того, которое необходимо такому количеству солдат для отдыха. Мы должны встретить врага, если он действительно нападет на нас, в покатой долине между Панополисом и Батлусом. Долина очень неровная, подходы к ней узкие. В лучшем положении окажется тот, кто завладеет господствующими над ней высотами. К тому же Нил там узок и это обстоятельство может сыграть на руку нашему флоту во время столкновения с врагом.

— Мы выступим вперед перед рассветом.

Царь согласно кивнул головой и сказал:

— Мы обязательно должны достичь Панополиса и разбить лагерь в его долине до того, как Хаян вернется в Мемфис.

Затем царь созвал командиров на совещание.

Перед самым рассветом армия двинулась дальше. Еще раньше в путь отправились разведчики. Подразделение из двухсот колесниц во главе с фараоном возглавило движение, затем следовали копейщики, лучники, подразделение воинов со стрелковым оружием, повозки с продовольствием, оружием и палатками. В то же время флот направился к северу. Стоял кромешный мрак, который пронизывало мерцание звезд и огни факелов. Когда армия достигла города Гесии, его жители проснулись и вышли навстречу фараону и его армии. Из самых дальних полей пришли крестьяне, неся пальмовые ветви, травы со сладким запахом, кувшины с пивом. Крестьяне шагали рядом с солдатами, громко приветствовали их, протягивали им цветы и чаши с вкусным пивом. Крестьяне провожали солдат большой отрезок пути. За это время ночь отступила, над горизонтом на востоке забрезжил спокойный голубой свет, возвещая приближение дня. Все купалось в лучах света, армия быстро продвигалась вперед и к полудню достигла Катута. Там солдаты устроили привал среди местных жителей, которые их тепло встречали. Секененра решил, что армия должна на ночь расположиться лагерем в Дендаре. Царь приказал продолжить путь, армия шла дальше и к ночи достигла Дендары, где все воины погрузились в глубокий сон. День за днем солдаты вставали до рассвета и шли маршем до темноты. Наконец они разбили лагерь в Абидосе. Разведчики уже выдвинулись к северным окраинам города, когда один офицер заметил вдали приближающиеся группы людей. Офицер во главе разведчиков направился к этим людям. Приближаясь к ним, он начал догадываться, что происходит. Офицер увидел крестьян, шедших неровными рядами. Те несли все, что смогли прихватить с собой, некоторые гнали перед собой птиц или коров. Все говорило о том, что эти люди несчастны и лишились имущества. Толком не понимая, что происходит, офицер приблизился к шедшим впереди и уже хотел задать вопрос, как из толпы кто-то крикнул:

— Спаси нас, солдат!..

Встревоженный офицер громко спросил:

— Спасти вас? Что случилось?

Люди запричитали:

— Пастухи, пастухи!

Один из них сказал:

— Мы жители Панополиса и Птолемаиды. Явился страж границы и предупредил, что пастухи огромной армией двинулись к нашим рубежам и вскоре ворвутся в наше селение. Он велел нам бежать к югу. В селении и на полях людей охватил страх, мы все спешили к своим домам за женщинами и детьми. Мы взяли все, что смогли унести. Затем мы бежали, оставляя селения. Со вчерашнего утра мы не знаем ни мгновения отдыха.

По лицам людей было видно, что они совсем выбились из сил. Офицер сказал им:

— Отдохните немного, затем идите дальше без промедления. Скоро эта мирная долина станет полем боя!

Затем офицер взял поводья лошади и поскакал в Абидос к командиру сообщить о том, что случилось. Пепи тут же направился к фараону и передал ему эту новость. Фараон встретил ее с изумлением и отчаянием.

— Как это объяснить? Неужели Хаян сумел предупредить Мемфис за столь короткое время?

Пепи гневно ответил:

— Мой повелитель, нет сомнений в том, что враг двинул свою армию к нашим границам до того, как направил к нам посланника. Враг расставил нам ловушку и выдвинул эти требования, рассчитывая, что мы отвергнем их. Когда Хаян, возвращаясь, пересек нашу границу, он дал уже приведенным в готовность войскам приказ перейти в наступление. Это единственное разумное объяснение столь стремительному и быстрому наступлению врага.

Лицо царя Секененры побледнело от гнева и негодования. Он произнес:

— Значит, Панополис и Птолемаида уже стали добычей врага?

— Увы, это так, мой повелитель. Храбрости нашего маленького гарнизона не хватило, чтобы отбить врага.

Царь печально покачал головой и заключил:

— Мы лишились лучшего поля для битвы.

— Это не скажется на храбрости наших замечательных воинов.

Царь задумался, затем сказал командиру своих войск:

— Мы должны вывести всех людей из Абидоса и Дендары.

Пепи вопросительно посмотрел на царя.

— Мы не сможем защитить эти города, — объяснил Секененра.

Пепи догадался, что имел в виду царь.

— Мой повелитель собирается встретить врага в долине Коптос? — спросил он.

— Именно таково мое желание. Там на врага можно напасть с разных направлений. Близ долины можно найти естественные укрепленные пункты. В городах, из которых будут выведены жители, я оставлю отряды людей, которые начнут изматывать врага, не вступая с ним в бой. Так мы задержим продвижение врага до тех пор, пока не укрепим наши позиции. Приступим к делу, Пепи. Отправьте гонцов в эти города. Пусть они велят жителям покинуть их, а командирам гарнизонов немедленно отступить. Не теряйте времени, ибо один конец веревки, на которой повисла судьба нашего народа, Апофис держит в своей руке.

Глашатай предупреждал жителей Абидоса, Барфы и Дендары:

— Берите свои пожитки, деньги и отправляйтесь на юг! Ваши жилища станут местом беспощадного сражения.

Люди знали пастухов и их обычаи. Всех охватил страх, люди забрали деньги, вещи погрузили в повозки, запряженные волами, собрали рогатый скот и птиц и погнали их перед собой. Убитые горем, они двинулись на юг, покидая свои земли и дома. Чем дальше они уходили, тем чаще мрачно оглядывались назад. Сердца велели им вернуться к своим домам. Затем ими завладевал страх, и они торопливо шли вперед, к ожидавшей их неизвестности. По пути этим людям встречались подразделения армии, и им становилось легче на душе. Надежда прорезала их грустные думы, на губах появлялась радостная улыбка, которая словно отражалась на мрачном небе, когда лучи солнца в этот пасмурный день на мгновение пробивались через трещину в облаках. Люди махали солдатам и кричали:

— У нас отняли земли. Верните их нам, храбрые солдаты!

Во время этих событий фараон расставлял свои войска в долине Коптос и с печалью смотрел на группы беженцев, поток которых не иссякал. Он переживал беды людей, точно был одним из них. Боль в сердце Секененры удваивалась, когда он слышал, что люди громко произносят его имя и возносят ему свои молитвы.

Командир Пепи все время поддерживал связь с разведчиками, получал от них сведения и передавал их своему повелителю. Единственный уцелевший солдат гарнизона в Абидосе принес весть, что враг напал на этот город и маленький гарнизон оказал ему упорное сопротивление. Утром следующего дня разведчик сообщил о нападении гиксосов на Барфу, о хитрости и маневрах, к которым прибегли защитники этого города, чтобы как можно дольше задержать продвижение врага. В Дендаре гарнизон на протяжении многих часов сдерживал наступление врага, заставляя того бросать в бой все больше солдат. Казалось, что враг имеет дело с большой и хорошо вооруженной армией. По оценкам разведчиков и офицеров гарнизонов, сумевших выбраться из окруженных городов, количество воинов врага составляло пятьдесят или семьдесят тысяч, а число боевых колесниц — не менее тысячи. Последнюю новость царь встретил с удивлением и отчаянием, ибо ни он, ни его командиры не ожидали, что армия Апофиса столь велика. Он обратился к командиру:

— Как же нам противостоять столь огромному количеству колесниц?

Пепи не знал, что ответить, ибо сам задавался этим вопросом.

— Ими займется отряд лучников, — ответил он своему повелителю.

Царь удивленно покачал головой и ответил:

— В прошлом пастухи не применяли колесницы в качестве орудия войны. Как же могло получиться, что у них гораздо больше колесниц, чем у нас?

— Мой повелитель, меня печалит то, что они сделаны руками египтян.

— Это действительно безрадостная новость. Смогут ли лучники устоять перед лавиной колесниц?

— Мой повелитель, наши люди не стреляют мимо цели. Завтра Апофис убедится в том, что руки лучников сильнее его колесниц, сколько бы их ни было!

В тот вечер фараон остался один, ощущая себя беспомощным и подавленным. Он долго и горячо молил Бога дать ему силы, твердости духа и даровать победу ему и его армии.

Все чувствовали, что враг рядом. Боевая готовность была повышена, ночь прошла тревожно, все с нетерпением ждали наступления рассвета, готовые ринуться в смертельную битву.