Чтение онлайн

— Допрашивают террориста? — перебил его Статхэм-Пэлтроу. Брови его прыгнули вверх. — Кто допрашивает? Кого?

Охранник вытянулся в струну.

— Точно не знаю, сэр. Полковник приказала нам оцепить этаж в связи с поимкой террориста. Она допрашивает его сама, но ожидают еще доктора Танаку…

Иван здесь, мелькнуло в голове у Сантьяго. Он совсем рядом, в руках у этой жуткой мегеры Каррингтон. При воспоминании о начальнике службы безопасности “Асгарда” его замутило.

— Хорошо, — сказал охраннику Гарольд. — Я навещу полковника. Где идет допрос?

— В лаборатории, — ответил мгновенно повеселевший се-кьюрити. — Тут рядом совсем, я покажу ..

— Переодевайтесь, Мондрагон. Навестим госпожу полковника.

— Один момент, Гарольд. Я не успел кое о чем вам рассказать…

— Выйди, — велел Статхэм-Пэлтроу охраннику, и тот мгновенно исчез за дверью. — Ну, что еще?

— Каррингтон, — со значением произнес Сантьяго, натягивая легкие голубые штаны. — У меня есть подозрение, что Танака ее использует…

— У вас комплекс новичка, — снисходительно рассмеялся Гарольд. — Поначалу действительно хочется подозревать всех Нет, старина, вы ошибаетесь. Саманта — толковая, исполнительная тетка, звезд с неба не хватает, но это не значит, что ее могут использовать террористы. А вот ваша догадка насчет Танаки великолепна. Ки-Брас почему-то считает, что доктор ничего не знал о хранившихся в его криокамере контейнерах, но, если рассуждать логично, это невозможно.

— Каких контейнерах? — быстро спросил Мондрагон.

— Ну, неважно. Вы готовы? Тогда пойдемте.

Сейчас самый подходящий момент, подумал Сантьяго. Сейчас или никогда. Ударить сзади в висок или ребром ладони по шее… Знать бы еще, куда именно бить… И успею ли я найти пистолет, прежде чем ворвется ожидающий в коридоре охранник? Кобуры под пиджаком почему-то не видно.

— У вас есть оружие ? — сглотнув слюну, спросил он. Статхэм-Пэлтроу небрежно хлопнул себя по карману.

— Парализатор. Я не сторонник насилия, Мондрагон.

Сантьяго почувствовал, что у него из-под ног выбили последнюю опору. Парализатор годится, чтобы вывести из строя одного человека — и то при определенном умении. А если охраной оцеплен весь этаж, то самое большее, на что можно рассчитывать, имея парализатор, — это эффектное самоубийство.

Он отшвырнул свою мятую пижаму и поплелся за Гарольдом.

— Сюда, сэр, — вежливо подсказал охранник Статхэму-Пэлт-роу, открывая перед ним дверь. Мондрагона он по-прежнему игнорировал, хотя и не забыл пропустить его вперед — как предположил Сантьяго, исключительно из соображений безопасности.

— Добрый день, Саманта. — Гарольд быстрым шагом вошел в лабораторию и направился к столу, за которым сидела полковник Каррингтон. — Что у вас тут происходит, черт возьми?

Мондрагон остановился на пороге, с облегчением отметив, что секьюрити не стал входить вслед за ними. Лаборатория состояла из двух помещений. В первом располагались стол, блестящий зеркальный шкаф и кресло из пеномассы, в котором скучал молодой атлет в серо-голубой форме и темных очках. Второе помещение, куда большее по размерам, находилось за закрытой стеклянной дверью; через матовое стекло просматривались смутные контуры какого-то массивного устройства.

— Рада вас видеть, Гарольд. — Каррингтон поднялась из-за стола и протянула абэтэшнику толстую руку. — Ба! Какая неожиданность! Вы освободили нашего буяна?

Ну вот и все, подумал Сантьяго. Сейчас все разъяснится. Меня опять арестуют, и моя последняя попытка хоть что-то изменить в этом дерьмовом мире окажется такой же пустышкой, как и все предыдущие.

— Не буяна, а секретного сотрудника АБТ! — произнес он внятно, подходя к столу, за которым возвышалась Саманта. — Гарольд, объясните полковнику ситуацию.

Хорошо бы на столе у нее лежал пистолет, подумал Сантьяго тоскливо. На самом углу, как иногда бывает в фата-морганах… Мне осталось бы только схватить его и всадить пулю в грудь развалившегося в кресле атлета, а потом приказать этой ведьме освободить Ивана. Правда, остается еще Гарольд, но он, как выяснилось, не любит насилия…

Никакого пистолета на столе у полковника Каррингтон, разумеется, не оказалось. Зато в зеркальном шкафу обнаружилось нечто иное, чего Сантьяго не увидел сначала, поскольку этот предмет был заслонен от него спиной Статхэма-Пэлтроу.

Бутылка виски. Наполовину пустая, с косо навинченной жестяной пробкой. Дешевый ячменный бурбон “Джим Бим” — Мондрагону никогда не нравился его вульгарный вкус. Но сейчас лучшего подарка судьбы нельзя было и желать.

— Вы позволите? — спросил он, открывая шкаф и протягивая руку к бутылке. Каррингтон поджала губы.

— Это виски мне не принадлежит, Мондрагон. Объясните лучше, что означает вся эта чушь о секретных агентах?

— Мистер Мондрагон действительно оказывает кое-какие услуги Агентству по борьбе с терроризмом, — любезно ответил Гарольд. — И мне, безусловно, очень хотелось бы узнать, по какой причине его держали здесь связанным и взаперти, но прежде всего расскажите мне о террористе. Где он, кстати?

— Ну, я все-таки хлебну, — объявил Мондрагон, прикладываясь к бутылке. Никакого стакана на столе он не заметил, поэтому по приобретенной в России привычке решил выпить из горлышка. Глоток ячменного напитка скатился по пищеводу и вспыхнул в желудке ярким горячим пламенем. — Если бы вы знали, господа, как иногда хочется выпить…

— Террорист в соседней комнате, — объяснила Каррингтон Гарольду. — Разговорить его не удалось, поэтому мы предполагаем провести мнемохирургическое вмешательство. Доктор Та-нака прибудет с минуты на минуту.

— Я должен взглянуть на него, — требовательно сказал Статхэм-Пэлтроу. — Надеюсь, он не заморожен, как те, другие?

Саманта выдвинулась из-за стола и, брезгливо обойдя Монд-рагона, направилась к стеклянной двери.

— Нет, он жив и прекрасно соображает. Правда, немного помят при задержании.

Сантьяго вспомнил окровавленное лицо Ивана, и его замутило. Сволочь, подумал он, какая же сволочь!

— Пойдемте, — обратилась она к Гарольду. — А вы, Мондрагон, будьте добры остаться.

— Да, — поддержал ее Статхэм-Пэлтроу, — подождите здесь. Есть вещи, которые вам пока рано знать.

Сантьяго пожал плечами и бросил быстрый взгляд на скучающего атлета. Тот по-прежнему равнодушно разглядывал его через темные очки, но на коленях у него появился теперь маленький серебристый парализатор.

— Ладно, — вздохнул Мондрагон. — Тогда я, с вашего позволения, продолжу…

Он снова приложился к бутылке, но на этот раз не сделал ни глотка. Саманта распахнула стеклянную дверь, и стало видно, что массивное устройство, занимающее половину дальнего помещения лаборатории, — это огромный стол, половина которого была накрыта сферическим зеркальным колпаком. Из-под колпака высовывались чьи-то замотанные белой тканью ноги. На Сантьяго, которому не приходилось раньше видеть кабинеты мнемохирургов, это зрелище произвело сильное впечатление.