Чтение онлайн

Откинувшись на спинку сиденья, которые, кстати, были не родные, а снятые с дорогой иномарки, я прикрыл глаза и попытался задремать. Дорога домой была известна, изъезженна тысячу раз, за обстановкой вокруг есть кому следить, почему бы командиру и не подумать о насущном.

Как я здесь оказался? Просто! Жил я в Рыму. Когда уехал воевать на Тонбасс, жена забрала ребенка и уехала к родителям на другой край страны, благо квартира была моя, оставшиеся от отца, поэтому я не бомжевал. Ну, а когда прогремели первые взрывы, потом еще этот отравляющий газ и в довершении всего радиоактивный порошок, загрязнившись землю вокруг, тут уж дома было не усидеть. Собрал кое-какие вещи в сумку, закинул на плече зачехленную 'вертикалку', оставшуюся в наследство от отца, да пошел в военкомат на пункт сбора, где был тут же послан обратно домой. Благо, что встретил давнишнего приятеля, через которого в свое время уезжал воевать на юго-восток Краины. Приятель, хоть и сволочь редкостная, помог - пристроил меня в отряд самообороны.

Ну, а дальше понеслось - дежурства вахтовым методом - восемь часов, через шестнадцать. Восемь часов носишься по району, как угорелый, разгребая 'авгиевы конюшни', потом отсыпаешься, жрешь на скорую руку в ближайшей столовке и снова в бой. В первые, дни наш отряд насчитывал почти полторы сотни людей, но за каких-то пару дней 'сжался' до тридцати человек. Кто-то не выдержал физических нагрузок, кто-то эмоциональных, ведь вокруг было столько боли и горя, что не мудрено было и умишком тронуться. В наши обязанности входило все, с чем не справлялись полицейские, МЧСовцы и русс.гвардейцы. Мы эвакуировали людей, порой силком выгоняя их из жилищ, тушили пожары, гоняли морадеров, помогали жильцам выносить вещи, выполняя обязанности грузчиков, сопровождали колонны c покидавшими город жителями, следили за правопорядком в ночное время. Короче, ишачили, как папы Карло.

Со временем, чем меньше жителей становилось в городе, тем опасней было в нем работать, те, кто оставались, по каким-то причинам не хотели или не могли выехать на материк, или вглубь полуострова.

Несколько раз нас обстреливали из огнестрельного оружия, пару раз в окна школы, которую нам отвели под базу, залетали 'коктейли Молотова'. Поэтому, чтобы дальше продолжать эффективно работать, всех желающих перевели на службу, в специально для этого сформированный ЧОП. Вооружили нас пистолетами Макарова и 'ксюхами'. Патронов выдали очень мало - шестнадцать к пистолету и девяносто к автомату. Ну и на том спасибо!

Но именно в этот момент и пришло первое понимание, того, что на мирное небо над головой в ближайшее время рассчитывать не придется. На третий день, после выдачи оружия в расположение базы не вернулась патрульная группа, состоявшая из восьми человек.

Приехавшая на разбор ситуации группа следаков, выявила, что вместе с пропавшими самооборнщиками, пропали и два десятка автоматов, полсотни пистолетов и почти сотня цинков с патронами различного калибра. По бумагам все это было передано с моб.складов руководству нашего ЧОПа, руководство, к слову сказать, то же пропало.

Оставшихся сотрудников ЧОПа разоружили и две недели продержали в кутузке, гоняя каждый день на допросы, пытаясь понять куда же делось оружие. Ну, а в городе, уже стали не редкость автоматные перестрелки и боевые потери. Дальше, только хуже, ситуация все больше скатывалась к анархии, когда все против всех и прав тот у кого больше силы. Появились бронетранспортеры и бойцы в полной боевой выкладке. Вот только в полной мере противостоять бандитам и мародерам у них плохо получалось, потому что последние всегда могли уйти на зараженные радиацией территории и затеряться там. Ну не будешь же ты молотить по пригородам Ерчи из артиллерии и СЗО.

ЧОП наш, ясное дело, разогнали к чертям собачьим, хорошо хоть на нары не определили. И вот тут мне повезло второй раз - я снова встретил своего знакомого, того самого из военкомата, он и устроил меня в ЧОП 'Вектор', еще и словечко замолвил нужному человеку, из-за чего взяли меня сразу же на командирскую должность - командиром группы.

На самом деле большую роль сыграли два фактора, нет, три фактора: первый - мой боевой опыт, второе - то, что я местный и хорошо знаю не только город, но и его окрестности, ну и тот факт, что на 'большой земле' у меня жена и ребенок, которым я и перечисляю львиную долю зарплаты.

На момент моего прихода в ЧОП, из рядовых сотрудников там никого не было, только командир - Велехов Павел Сергеевич, два его зама - Серега Бутенко и Антон Верницкий и финансист, он же бухгалтер Эдуард Геннадьевич Всеславский.

За две неделе с большой земли приехало полсотни бойцов, которых тут же загнали на испытательный полигон, среди приехавших были и мои протеже, те с кем я воевал на Тонбассе. Из первой волны новобранцев осталось всего двенадцать парней, в том числе Якут и Курган. Они и стали первыми моими подчиненными.

С того времени прошло чуть больше года, за это время наш ЧОП вырос в нормальное воинское подразделение, по своему штату дотягивающее численностью до полноценной роты, а если прибавить к этому всему еще и штатских, призванных обеспечить нормальное существование боевого отряда, то получалось, что в штате Частной военной компании 'Вектора' насчитывалось двести сорок сотрудников.

У нас был собственный автопарк, три тира, два спортзала, тренировочный полигон, мед.часть, два жилых корпуса, офисное здание, еще несколько подсобных помещений и складов - и все это на закрытой со всех сторон забором территории, которую охраняли руссгвардейцы, вкупе с ВОХРой.

Для чего нам столько привилегий и плюшек? Есть на то пару причин.

Ну, во-первых, мы организовались не сами по себе, нас создали, люди, имеющие определенный вес в стране и создали нас для специальных задач, которые нельзя из этических соображений доверить гвардейцам. А нам можно! Ну, и, во-вторых, с этими самыми задачами мы прекрасно справляемся, принося много пользы и выгоды. Да, да! Самое главное, что наша структура - есть не что иное, как очень прибыльный проект, приносящий его, истинным хозяевам знатный барыш.

– Палыч, а нам засчитают боевые за то, что все утро провалялись в 'секрете'?
– спросил Курган.

– Леха, не будь мелочным, какие на фиг боевые, если никто даже ни разу не пальнул.

– Так, об чем базар, ща, я в окно магазин разряжу, - ухмыльнулся Леха.

– Курган, подь ты на хрен!
– скривив недовольную физиономию, произнес я.
– Знаешь, что жадность фраера сгубила? Мы и так за эту смену нормально заработали.

– Старшой, но можно же заработать больше, - гнул свое Леха.
– Делов то пострелять по кустам, и снять все это на видео. А лишняя сотня баксов на рыло еще никому не мешала. А?!
– с такой тоской и надеждой в голосе прошептал Курган, что я чуть было не поддался на его уговоры.

Действительно, если зафиксировать на камеру, что мы стреляем куда-то там и нам из этого 'куда-то' там отвечают (что сделать не тяжело, посадив предварительно в нужное место бойца), то можно записать на счет группы боестолкновение и тогда нам засчитают несколько часов - 'боевыми', то есть по тройному тарифу. Я точно знаю, что этот вариант приработка частенько практиковался другими группами. Но у меня на этот счет был строгий принцип - липовые 'боевые' могут накликать беду и в итоге вылиться 'трехсотыми' или не дай бог, 'двухсотыми'.