Чтение онлайн

Василий задумался. А потом рассвирепел.

— Что душе?.. Знаешь, что моей душе угодно?

Он приблизил свое оскаленное лицо к спокойному лицу Мвари.

— Знаешь?

— Знаю, — ответил Мвари, — нового джихада. Но ты, Гирей-ага… Нет, пусть лучше они объяснят.

— Кто?

Мвари больше ничего не сказал, широкими шагами вышел из комнаты. А вместо него вошли Хафизулла и Пурдзан.

— Пур!

— Курпан… То есть, прости, Гирей-ага. Мне Хаф уже рассказал все. Как ты на Восьмируком прокатился! Я от смеха чуть себе горло не перерезал!

Пурдзан захохотал, тряся бородой и мелко топоча копытами по пластиковому полу.

— Подожди, Пур.

Хафизулла присел на койку рядом с Василием.

— Понимаете, эмир… Для меня и для многих наших вы всегда эмир. Но теперь… Джихад меча окончен. Начинается джихад трона. А вы ведь в интригах не очень.

Василий растерялся.

— А я что, должен быть силен?

— Нет. Просто вы сейчас оказались в… Где мы были все. В «омеге». Почему-то Мвари решил, что я лучше вам объясню, чем он. Просто он вас сердить не хочет. Я тоже не хочу…

Василий потерял терпение.

— Говори ж ты, наконец.

— Конфедерации нет, вы знаете. Вчера, пока вы спали, визирь Тронье официально объявил, что Янычарского Корпуса больше не существует, а любые формирования с таким названием незаконны. Мамелюков распустили, пока мы громили тот компьютер. Армии нет. Что вам остается? Вы — курпан дир-зигунов. Вас это устроит?

Василий молча помотал головой.

Хафизулла развел руками и тоже вышел. Еще неделю Василий мог жить на Новой Аравии, но потом должен был определиться. В отставку? На Приап? К Гедиминасу?

Все это была ерунда. На исходе недели Пурдзан принес письмо от Ольги. Письмо оказалось не слишком нежным — скорее, сухим и деловым. Ольга просила поздравить ее с коронацией и предлагала Василию место…

Василий вспомнил Казань. Три бессонных ночи, чертежи, широкую кровать. Тихий смех Ольги.

И согласился.

— Так ты согласен? — переспрашивал Пурдзан уже в четвертый раз.

— Да, Пур, голубчик. Ну не в наемники же идти!

— Так ты…

— Я, Пур, я, — Василий рассмеялся.

Пурдзан выглядел жалко. Даже голубоватые загнутые рожки чуть потускнели.

— Смеешься, Гирей-ага. Самое смешное, что если ты согласен, то знаешь, кто твой командир?

— Кто?

— Я! — выпалил Пурдзан.

Василий перестал смеяться. Но не потому, что эта новость его огорчила. Просто у него появился командир, а значит — и задание.

Василий спокойно встал, одернул безрукавку.

— Хорошо. Это хорошо, Пур. Тебе ясно? Командуй.

Пурдзан продолжал смущаться.

— Я и командую, Гирей-ага. Понимаешь, циклопы эти, Мекрджал им под хвост…

Так Василий и попал в «гробовщики». Нет, думал он, давя до упора на газ, Пур тут ни при чем. А кто? Я во всем виноват, я сам, наверное. Только со мной такое случается. Тогда, на Приапе, вроде почти победил, а всех солдат потерял. Сейчас — то же самое. И с Ольгой. И с Блидингом. Победили Блидинг, шайтанье дерьмо! Вернулись — и ничего. Одни кретины. Конфедерации нет, вместо Императора — сраный князек!.. Это я, это мой мир. Надо было с Борисом остаться.

Джип взлетал на холмы, проскакивал низины, в туче брызг пересекал мелкие ручьи. Василий все давил на газ и громко ругался.

Вот и поселок Цоре-14. Официальная база Империи. У въезда стрельцы стоят, ноги растопырили, бластеры блестят. Вояки, свиные уши!

Пурдзан ждал в просторном доме, снаружи похожем на крестьянский. Внутри пылилась убогая деревянная мебель циклопов, какие-то плохо обструганные столы, стулья, сундуки. Василий сдвинул с места самый большой сундук и по гремящей стальной лесенке сбежал в подземелье, в тесную каморку, забитую аппаратурой связи. Там ждал Пурдзан.

— Пур! — заорал Василий с порога, — меня подставили! Ты слышишь?!

Но Пурдзан молчал. Он завороженно пялился на один из экранов.

Василий подошел сзади и заглянул Пурдзану через плечо. На экране был Борис!

— Как…

Пурдзан не ответил. Василий понял, что это — запись. Изображение рябило, звук иногда пропадал. Через каждые полминуты запись повторялась.

Борис выглядел очень встревоженно. Отдышавшись, Василий смог, наконец, разобрать слова:

«Всем членам Отряда Омега! Вась, Пур, Хаф, Оля — надеюсь, вы меня слышите. Я докопался до способа перемещения. Но пока перемещаю только сигналы. Мне есть, что сказать. Я обнаружил новый Блидинг! Та же структура. Но я не знаю, в каком это мире. Василий, надеюсь, ты это слышишь. Всем членам Отряда Омега…» Изображение вдруг ярко вспыхнуло — и исчезло. Пурдзан обернулся к Василию.

— Джихад близок, курпан-баши.

— Прости, Пур… Ты не забыл, что ты — мой командир, а не наоборот?

— Это ты не забудь, курпан-баши. Аллах знает, кто над кем командир. И если что не так — то напомнит. Вот и напомнил. Новый джихад близок. Ты на Аллаха надейся. А все будут надеяться на тебя, как и раньше. Ты, курпан-баши — последняя надежда. Ты сам, получается, и есть этот «Отряд Омега».

Легендарный Фридрих Барбаросса как-то сказал: «Чтобы сохранить власть, можно пожертвовать троном». Я добавлю, что вся цивилизация обитаемой Вселенной строится на великих жертвах — и великих победах, добытых этими жертвами.

Третий Крестовый поход, в котором участвовал Фридрих Барбаросса, тогда еще не султан, а христианский император германцев, можно считать отправной точкой современной цивилизации. Напомню, что заказчиком Третьего Крестового похода выступила Византийская Империя, которая в XII веке от Рождества Христова, т. е. в VI веке Хиджры, очень страдала от ближневосточных арабов. Арабы готовились отрезать Византию от Сахары — ее основной житницы. И Византия не пожалела средств.

Исполнителями были Франция, Англия и Германия, причем на огромное войско Барбароссы возлагались основные надежды. И надежды эти были оправданы: именно Барбаросса в сражении при Селевкии наголову разгромил непобедимую доселе армию Салаха Ад-Дина. Самого Салаха Ад-Дина германский император оставил в живых. Мало того, он с ним подружился. И неожиданно для всех принял ислам!

Я не исключаю того, что Салах Ад-Дин специально сдался Барбароссе, надеясь на такую удачу. Разумеется, сначала была блистательная победа крестоносцев под Аккой и сумасшедшее, на первый взгляд, предложение Барбароссы Филиппу Французскому и Ричарду Английскому — послать к черту Византию и принять ислам. Те, конечно, отказались. А Папа Римский отлучил германского императора от церкви и официально помазал на царствие его сына.