Чтение онлайн

«А! Черт»! – сообразил он. – «Видать тот, первый, «передал» нас этим, как отконвоированных пленных. Ну-ну! Мы щас поглядим, кто из нас пленный»! – в нем стала закипать досада за время, потерянное у стены цитадели.

– Идем! – чуть более громко – так, чтобы слышали те, кто скрывался в прохладной тени высоких ворот, произнес землянин. Ар'рахх вознамерился было подхватить тоненькие палки повозки, но Заречнев выразительно скосил глаза на его стреломет; поймал взглядом фасеточные глаза Маши, «показал» своими – на оружие богомолки, лежавшее на тележке у ног Маялы….

От пятерки стражников отделилась пара солдат. Они резво догнали звездных рекрутов, пиками перегородили дорогу.

– Вы останетесь здесь! – возвестил один из них. – До особого распоряжения нашего командира.

– Нет уж! – на кромосянском ответил ему Александр. – Мы твоему начальнику не подчиняемся – у нас свой есть. Мы все же пойдем! – он решительно двинулся на воинов, провоцируя конфликт.

Солдаты сдернули с плеч огнестрелы, направили их стволы на непокорных инопланетников.

– Р-раз! – громко сказал Сашка. За его спиной бахнула базука.

Один из стражников повалился наземь развороченной грудью, у второго в шее возникла большая оперенная стрела. Трое остававшихся у ворот воинов бросилась к пришельцам.

– Два! – громко скомандовал землянин.

Выстрелы из двух «мушкетонов» слились в один, и эти трое тоже повалились наземь. У двоих солдат разворотило грудные клетки, у третьего – тоже в груди – появилось незатейливое «украшение» – конец оперенного деревянного дротика. Ушли пришельцы недалеко.

Метров через пятьдесят их догнала большая группа вооруженных кромосян, судя по разнообразной одежде – не только стража; окружила плотным кольцом.

– Стоять! – рявкнул один из бойцов, забегая вперед.

– Чё орешь? – на лице Заречнева не дрогнул ни один мускул. – Ребенка разбудишь!

– Какого ребенка? – солдат не сразу сообразил, что выстрелы из базуки давно уже разбудили бы даже глухого.

– Маленького! – ехидно ответил ему землянин, не обращая, казалось, никакого внимания на два десятка огнестрелов, направленных на него и его друзей. – Чё хотел-то? В чем проблема?

Кромосянин, и – судя по лицам – не он один, от такого ответа просто опешил. Такую реакцию на убийство пятерых стражей непосредственно у ворот в цитадель, которую они охраняли, могли позволить себе только необычайно глупые воины, либо невероятно дерзкие.

– Пройдете с нами! – наконец, пришел в себя кромосянин. – И сдайте оружие!

– Ага, разбежался! – ярость, накопившаяся в Сашке за время «поджаривания» под стенами крепости, снова начала «плескаться через край», перестала контролироваться им. – Уйдите с дороги! Прошу пока по-хорошему! Вот здесь, под тканью – маленький ребенок. Это наследник самой могущественной Империи Галактики. А я – охранник его матери. И я убью любого, кто посмеет стать у меня на пути и помешать мне сохранить жизнь и здоровье этого малыша!

Сейчас мы хотим найти укрытие от испепеляющей жары. И мы его найдем! Кто из вас хочет повторить судьбу тех, кто остался лежать у ворот? – Александр кивнул назад, в сторону пятерки тел, все еще простертых на каменной мостовой. Кромосянин – это хорошо было видно по его лицу – задумался.

Двадцать бойцов против трех инопланетников – его опыт подсказывал, что силы должны быть явно неравны, причем с существенным перевесом в пользу первых. Однако тела с развороченными внутренностями за его спиной подталкивали к мысли, что возможная стычка, если её не удастся избежать, будет не такой простой, как ему пока представляется.

Гибель личного состава – не самое тяжкое преступление для военного человека, иногда даже – наоборот, однако в таких вот спонтанных уличных «мясорубках» имеют свойство погибать не только рядовые бойцы….

– Хорошо! Идите! – судя по лицам кромосян, это решение командира удивило добрую половину тех, кто окружал звездных рекрутов. И не все намеревались его выполнять – вероятно, тот мужчина, который разговаривал с инопланетником, был командиром не для всех зевак, которые окружили пришельцев.

– Предатель! – взвизгнул один из кромосян, в гражданской одежде, выходя вперед из-за спин солдат. Кромосянин – «переговорщик» опустил глаза.

«Местное КГБ»! – сообразил землянин, медленно перемещая руку вдоль пояса, поближе к рукояти боевого ножа. Сашка скосил глаза на Ар'рахха, на Машу…. К бою готовы были оба. И все же ссориться с местными спецслужбами – не хотелось.

– Арестовать! Оружие отобрать! Отвести в подвалы! – мужчине, отдававшему эти приказы властным голосом, на вид было лет тридцать пять-сорок, по земным меркам, разумеется.

– Послушай, чудило! – прервал его выкрики спокойный голос землянина. – У тебя дети есть?

– А твое какое дело?! – кромосянский «кэгэбешник» от Сашкиного вопроса взъярился еще больше. – Выполняйте приказ! – снова гаркнул он, заметив замешательство солдат.

– Если у тебя есть дети, – негромкий голос Заречнева, кажется, обладал для аборигенов магической силой. Стоило ему заговорить, любое движение вооруженных бойцов прекращалось, – они никогда больше не увидят своего папу! – В брюхо представителя местной тайной полиции уперся широкий ствол «мушкетона».

Представитель местной спецслужбы поднял голову, заглянул в глаза инопланетника.

Понял, что тот его не пугает, а просто ждет его ответа. Отрицательный – означает конец его, кромосянина, жизни.

– Умрешь не сразу! – пообещал ему пришелец. Он, кажется, умел читать чужие мысли…. Неожиданно что-то зажужжало в районе головы «кэгэбешника».

Заречнев только сейчас обратил внимание, что к уху мужчины прицеплено переговорное устройство.

Кромосянин, стараясь не делать резких движений, наклонил голову, к чему-то прислушался.

– Это – вас! – неожиданно изрек он, выкапывая из своей ушной раковины темную «улитку» и передавая её землянину.

– Э-э! Нет! Это – не по моей части! – Александр сообразил, что кто-то более могущественный, чем эти солдаты, все слышал и даже может быть – видел. Например, то, кем «является» малыш, нервно шевелящий ножками и ручками на руках у Маялы. – Переговоры – это не по моей части! Я – охрана!

– А кто тогда будет вести переговоры? – опешил абориген, на долю секунды забыв даже о толстом стволе базуки, упирающемся ему в подбрюшье.