Чтение онлайн

– Это был риторический вопрос. Я просто хотел доказать вам, что наши источники информации уж точно не хуже ваших, а может, в чем-то даже и лучше.

Министр, сделав паузу, сказал:

– Я никогда не сомневался в могуществе и влиянии Компании. Именно поэтому ты мне обещал кресло главы, как только я подам в отставку. С моими возможностями Организация станет еще могущественнее.

– Не просто не сомневаюсь, но и полностью убежден в этом. Именно поэтому я так долго помогаю вашей карьере, – напомнил министру Призрак.

– Господи, как же мне все надоело. Все это государственное подлизывание. Здесь, знаешь, и черное не всегда черное, и белое…

– Я прошу прощения, – оборвал министра человек, – давайте к делу. Буду с вами откровенен: Организация знает о таких технологиях и о том, кто мог их применить. И мы готовы оказать помощь президенту, если он нас призовет.

Министру стало не по себе – такого поворота он не ожидал.

– Я уверен, что президент никогда не пойдет на это. У него есть службы, которые контролируют все, что происходит, и не только в стране. Службы держат под колпаком и Организацию «Держава», которой ты служишь…

– Ну это еще кто кого держит, – усмехнулся седовласый Призрак.

Александр Николаевич сделал вид, что не услышал хамства в адрес президента и его служб.

– Так или иначе, президент не пойдет на это.

– Всему свое время. Просто вспомните о моих словах в подходящий момент. А потом вы можете смело идти в отставку – у вас будет все: главная должность в Организации, безбедная жизнь и старость всех поколений всех ваших родственников.

Призрак слегка приобнял министра и повел дальше.

– А пока что я приглашаю вас на Лубянку, у нас там есть информатор, который поможет вам разобраться в ситуации. Предлагаю вам узнать о случившемся намного больше, чем вы знаете.

Александр Николаевич согласился проехать в здание ФСБ, и через тридцать минут он и его спутник были уже на месте.

Чуть более ста лет назад в подвалах здания, где сейчас находится штаб ФСБ, была целая сеть нелегальных тюремных камер. Казалось бы, те времена давно прошли, но даже сейчас эти помещения использовались: они были переоборудованы в допросные. Суть же оставалась той же: здесь не предлагали задержанным ни права на телефонный звонок, ни права на защиту, здесь вообще права людей не соблюдались.

– Итак, зачем мы здесь? – спросил министр обороны, спускаясь по слабо освещенной лестнице.

– Александр Николаевич, я признателен вам за то, что согласились составить мне компанию, – сказал в ответ Призрак, – я уверен, что вместе мы получим кое-какие ответы на вопросы о вчерашней бойне в Ясенево.

– О чем именно пойдет речь?

– Несколько десятков очевидцев было задержано ФСБ, у них берут показания.

– Ну и что? – пожал плечами министр. – У меня военная разведка занимается этим всю ночь, и никаких зацепок.

– У нас тоже не было, – заметил Призрак.

– И?

– Один из потерпевших видел и знает намного больше остальных. Мне доложили об этом буквально час назад. Мы здесь из-за него.

– Очень любопытно, – хмыкнул едва слышно министр.

Они уже спустились на минусовой этаж и шли по коридору.

– Нам сюда, – сказал Призрак и открыл дверь в одну из допросных.

Они оказались в небольшом помещении, больше похожем на подсобку, в котором вместо стены было стекло. Министр сразу догадался, что это одностороннее зеркало, а значит, по другую сторону стекла – допросная комната.

Яркий свет заполнял допросную, на стуле посередине комнаты за столом сидел Марк. Возле него стоял человек и о чем-то его спрашивал.

– Это следователь ФСБ, он ведет беседу с задержанным, – прокомментировал Призрак.

– А что случилось с этим человеком? Почему он весь в грязи? С него течет что-то черное.

– Я сейчас включу звук, и мы все услышим, – седовласый нажал на кнопку на специальном пульте рядом с мониторами, и в этой части комнаты стало слышно, что происходит в допросной.

– Почему я жив? – просил Марк следователя, – вы обещали мне… Мне надо идти… там жена и дочка… они…

– Почему вы считаете, что должны были умереть? – спросил следователь.

– Я же вам все рассказал уже, – устало пробормотал Марк, я не могу больше. Отпустите меня, пожалуйста, очень прошу.

– И все-таки, ответьте на вопрос еще раз, может быть, вспомните какие-нибудь детали, – следователь настаивал на своем. – Почему вы думаете, что должны были умереть?

– Какого черта, – в голосе Марка почувствовались стальные нотки, – какие еще детали?! Меня расстреляли из автомата!

– Вы уверены, что это был автомат, а не пистолет или травматическое оружие?

– Я же видел сам, чем они вооружены! Я же завалил одного!

Призрак выключил звук, а министр уставился на него, не поверив собственным ушам.

– О чем это он? – спросил министр. – Кто его расстрелял? Робот? Что вообще происходит?!

– Вот видите, я говорил вам, что будет интересно.

Призрак снова включил звук.

– … уже дважды говорил… ну сколько можно?! – закричал Марк и выложил руки в наручниках на стол.

– … детали, важны детали, – успокаивающим голосом продолжал следователь, – мы скоро вас отпустим и вы пойдете домой.

– Домой? – Марк поморщился, как будто к его горлу подкатил кислый комок тошноты. – У меня нет больше дома, никого больше нет.

– Продолжайте слушать, – обратился к министру Призрак.

Он зашел в допросную.

Следователь настороженно уставился на вошедшего. Призрак показал ему пластиковую карточку с уровнем допуска.

– Пожалуйста, оставьте нас, – Призрак махнул карточкой в сторону двери, и следователь тут же молча вышел из допросной.

Марк с любопытством окинул взглядом Призрака.

– Я немедленно отвечу на твои вопросы, – заверил седовласый допрашиваемого, – но для начала кое-что уточню. Просто можешь кивнуть, если все так и есть. Итак, тебя зовут Марк Альбертович. Фамилия Ключников. Тебе 31 год. Работаешь менеджером и снимаешь квартиру в Ясенево. То есть снимал.

Марк кивнул.

– Первое. Мы не знаем, почему ты не погиб. Скорее всего, это случайность, счастливый случай. Но доказательств, что в тебя вообще стреляли, нет. На тебе ни царапины. На месте, где тебя нашли, не было следов от выстрелов.