Чтение онлайн

Подготовка в Графенвере проходила в обстановке повышенной секретности. Командиры боевых групп не посвящали своих подчиненных в детали плана операции; целиком его содержание знал только сам Скорцени. Поэтому среди солдат 150-й бригады распространялись самые невероятные слухи относительно их будущей миссии. Часть считала, что им приказано прорваться через линию фронта и пополнить гарнизон окруженного союзниками Дюнкерка. Другие полагали, что в их задачу входит проникновение в Париж и физическая ликвидация союзного командования. Наконец, 10 декабря 1944 года Скорцени ознакомил своих командиров с оперативным планом. В уточненную задачу его подразделений входил захват по крайней мере двух мостов через Маас в неповрежденном состоянии. Операция получила кодовое обозначение «Greif» («Гриф»).

После прорыва немецкими танками жидкой линии американского фронта бригада двинулась вперед. Боевые группы шли параллельными маршрутами, поддерживая радиосвязь. Поскольку немцы были замаскированы под солдат противника, проблема быстрого опознания своих частей стояла очень остро. Подразделения Скорцени отмечали свой маршрут белыми точками на асфальте, деревьях и придорожных строениях. Вся бронетехника и автотранспорт сзади помечались небольшим желтым треугольником, кроме того, на марше танки двигались с развернутыми влево башнями. «Спецпроводники» под американским обмундированием носили синие или розовые шарфы и маршировали со снятыми касками либо расстегнутыми подбородными ремнями.

«Американские» патрули двигались в авангарде бригады, еще 17 декабря выйдя в район Мальмеди. В августе 1945 года Скорцени так рассказал на допросе о действиях роты особого назначения: «В первые дни операции мы выслали вперед четыре разведгруппы и две группы проводников. Кроме того, 1-я и 12-я танковые дивизии СС и 12-я народно-гренадерская дивизия выслали вперед передовые отряды. Передовые патрули имелись и у всех трех боевых групп 150-й бригады. Всего в тыл противника направили 44 человека, из которых удалось вернуться только восьмерым. Засылка групп продолжалась до 19 декабря. После того как фактор внезапности был утерян, мы перешли к обычным методам боя и больше не отправляли в тыл противника переодетых солдат».

По рассказам очевидцев, отряд переодетых немцев намеревался проникнуть в Мальмеди 16 декабря 1944 года. В тот же день другая группа пыталась убедить командование одной из американских частей отступить от Пото. Какой-то бельгиец утверждал, что видел 16 декабря немца, переодетого американским офицером. Сержант одного из саперных батальонов армии США докладывал своему начальству, что собственными глазами видел, как на следующий день несколько солдат меняли дорожный указатель вблизи Мон-Рижи; еще один американский сержант заявил, что 18 декабря под Пото была выявлена и ликвидирована группа немецких диверсантов. В беседе с патрулем военной полиции немцы заявили, что они — кавалеристы и служат в роте Е (company Е), хотя в американской кавалерии рота обозначается «troop», а никак не «company» (кстати, в разных источниках встречается много свидетельств имевших место «страноведческих» промахах немцев: так, одна из групп якобы была задержана, когда во время заправки своего джипа топливом в разговоре использовала английский термин «petrol» вместо американизма «gas»). Наконец, после войны два немецких разведчика: лейтенант Коллония (Collonia) и фельдфебель Роде (Rohde) — подробно описали свой рейд к Маасу на трофейном джипе.

Несмотря на столь скромные успехи, «спецпроводники» выполнили свою главную задачу, посеяв неуверенность и страх в тылу противника. Получая сбивчивые и противоречивые сообщения о действиях диверсантов, американцы видели немцев повсюду, хотя в их тылах действовало чуть больше четырех десятков разведчиков. Имеется по крайней мере одно подтвержденное фоторепортажем документальное свидетельство о захвате и казни группы переодетых «спецпроводников». 17 декабря в плен попало трое диверсантов: оберфенрих Понтер Биллинг (Billing), унтер-офицер Манфред Пернасс (Pernass) и ефрейтор Вильгельм Шмидт (Schmidt). Немцев задержали, поскольку они не смогли назвать пароль патрулю. На допросе именно Шмидт сообщил о том, что общей задачей 150-й бригады было уничтожение или захват Эйзенхауэра и его штаба (впоследствии это заявление обросло кучей слухов и легенд). Немцев судили военно-полевым судом в местечке Анри-Шапель и расстреляли 23 декабря (в качестве обвинения диверсантам предъявили американскую военную форму, в которой их взяли в плен). По официальным данным, военная полиция США арестовала и казнила в Анри-Шапель 18 переодетых немецких разведчиков, причем выявлены имена и звания 13 из них.

Действия «отряда Штилау» оказали сражающимся на фронте немецким солдатам крайне плохую услугу: испытывавшие к концу 1944 года острую нехватку предметов обмундирования немцы повсеместно перешли на использование трофейной американской униформы, тем более, что она была отличного качества. Однако после операции «Грайф» носить военную форму противника стало весьма опасно: американцы могли поставить к стенке всех пленных, на которых был надет хотя бы лоскут «Made in USA».

Что касается остальных частей 150-й бригады, то она действовала как обычная общевойсковая часть. Поскольку фактор внезапности был утрачен после первого же боя с участием закамуфлированных «Пантер» и прочей бронетехники, весь маскарад с переодеванием оказался ненужным. До 23 декабря бригада безуспешно пыталась взять Мальмеди, после отступления от которого ее направили в Графен-ер, где и расформировали к 23 января 1945 года. На этом операция «Грайф» закончилась. За время боев части Скорцени потеряли убитыми, ранеными и пропавшими без вести до 15 % личного состава, в основном в результате воздействия авиации и артиллерии противника. Подорвавшись на мине, в самом начале операции погиб командир боевой группы X оберштурмфюрер СС Вилли Хардик (Hardieck). Сменивший его ветеран полка «Бранденбург», кавалер Рыцарского креста оберштурмфюрер Адриан фон Фелькерзам (von Voelkersam) получил тяжелое ранение. Наконец, сам Отто Скорцени пополнил свою коллекцию шрамов: 21 декабря он получил в лицо заряд шрапнели, едва не потеряв при этом глаз.

Что касается дальнейшей судьбы парашютного полка СС, то в апреле — мае 1945 года его подразделения сражались в составе окруженной берлинской группировки, где и были полностью уничтожены при штурме города советскими войсками. Часть специалистов-десантников из его состава в конце войны направлена на острова у побережья Нидерландов, где они занимались усиленной подготовкой личного состава формируемых эсэсовских диверсионных парашютных отрядов «Zeppelin» [37] . К концу войны эти учебные центры, чьи питомцы так и не успели толком отличиться, попали в руки англичан, а их личный состав был пленен.

Италия, как и Советский Союз, одной из первых стран мира оценила боевые возможности воздушно-десантных войск. Именно итальянцы первыми создали надежный парашют системы Сальваторе (Salvatore) с принудительным раскрытием и провели его успешные испытания. Это произошло в 20-е годы, а вскоре начались интенсивные эксперименты с десантированием групп солдат и разработка тактических нормативов. Однако за реальную организацию собственных ВДВ итальянцы, как и многие другие, взялись только под впечатлением успехов немецких десантников в Норвегии и Голландии.

В агрессии против Абиссинии (1935 — 1936 годы) планировалось использовать массовую переброску войск по воздуху, правда, в этой кампании посадочные десанты почти не высаживались. Зато 7 апреля 1939 года, когда началось «пасхальное» вторжение итальянских вооруженных сил в Албанию, специально выделенные группы бомбардировщиков S.81 и S.79 высадили в Тиране и некоторых других городах страны пехотинцев, быстро захвативших ряд важных государственных и военных объектов.

В марте 1938 года в Кастель-Бенито (район Триполи, столицы тогдашней итальянской колонии Ливия) создана первая в истории вооруженных сил парашютная школа. Вскоре из ее выпускников сформировали 1-й батальон «воздушной пехоты»: его состав в соответствии с европейскими колониальными традициями был смешанным. Офицеры и сержанты были европейцами, а солдаты — ливийцами. Эксперимент оказался удачным: в октябре 1939 года на территории Ливии создана еще одна парашютная школа, на сей раз — в Таркине. Среди ее слушателей было уже значительно больше военных из метрополии.

Хотя итальянцы никогда не применяли свои ВДВ в таких масштабах, как их союзник, они все же сформировали две парашютные дивизии (Divisione Paracadutisti), получившие наименования «Folgore» («Гром») и «Nembo» («Туча»). Их организация напоминала принятую в горных («альпийских») частях, так как парашютные полки, входившие в состав соединений, имели в своем штатном расписании поддерживающие силы и средства (артиллерию, инженерные части и др.) дивизионного уровня: это было вызвано необходимостью часто применять парашютные полки по отдельности для выполнения самостоятельных задач. Организованный таким образом полк мог продолжительное время действовать независимо от основных сил дивизии. При необходимости парашютные батальоны и даже роты могли усиливаться специально выделенными артиллерийскими подразделениями, образуя полуавтономные боевые группы (Raggruppamenti).

Согласно первоначальным нормативам, в составе дивизии числились: — штаб (388 человек, включая противотанковый взвод);

— два парашютных полка (Reggimento Paracadutisti) четырехбатальонного состава (в штабную роту полка входил огнеметный взвод). Парашютный батальон состоял из штаба и трех рот, насчитывавших 326 солдат и офицеров (подразделялись на три стрелковых и пулеметный взводы). В ротах имелись 54 ручных пулемета Breda M1930 и 62 самозарядные винтовки Scotti M1931;

— артиллерийский полк (две батареи 75-мм горных гаубиц), организационно делившийся между обоими парашютными полками по следующей схеме: каждый батальон мог усиливаться четырехору-дийным взводом, а батарея придавалась полку. Кроме того, в дивизию входили мотоциклетная рота, батарея 81-мм минометов и инженерная рота.