Воздуха! Boздуха!
Шрифт:
Глупая моя девочка, я же люблю тебя. Кажется, не успел я тебе это сказать…
38
1 год спустя
Лера
– Подруга, какая ты шоколадка, – обнимая меня, так громко, чуть ли на весь аэропорт, произнесла Марина, которая встречала меня у выхода. – Наконец я могу тебя затискать, а то уже устала просто наблюдать за тобой с экрана телефона, – никак подруга не могла от меня отлипнуть, чему я, правда, только была рада, потому что сама дико соскучилась.
Я не была в Москве, да и вообще в России около года. Марина один раз прилетела ко мне в Тайланд, мама была у меня во Вьетнаме. За этот год я объездила почти всю Азию.
Мы ехали ко мне домой, где с недавнего времени поселилась и сама Марина, так как они с ее бойфрендом разбежались, и ей некуда было идти. Я оставляла ей ключи от своей квартиры, чтобы она за ней могла присмотреть, ну и за цветочками моими нужен был уход. Новость о ее разрыве, конечно, была не особо приятная, но я была рада, что она живет у меня и ей больше не нужно напрягаться и ехать через всю Москву по моей прихоти.
Подруга не унималась всю дорогу, рассказывала будто экскурсовод, где и что у нас построили. Люблю этот величественный город, который с каждым годом становился все лучше и краше. Поняла, что жутко соскучилась по столичной суете, и особенно по нашему московскому сервису.
Когда мы оказались в стенах моей все еще маленькой квартиры в нос ударил сногсшибательный запах. Марина, которая обычно обходит кухню стороной, наготовила к моему приезду целый стол еды, будто я целый год голодала и должна была нагнать упущенное.
После обеда я завалилась сразу же спать от усталости из-за длинного перелета. Все, что мне сейчас хотелось, это не просыпаться, желательно, пару суток.
На следующий день, ну и терпение же у нее, Марина протянула мне огромную стопку с конвертами. Оказалось, что это были письма, и все они до единого от Марка.
– И ты ни разу не заикнулась о них…– продолжала я удивляться терпению Марины, перебирая конверты в руках. Вот так целый год, судя по датам, копить письма и ни разу об этом не сказать.
– Ты же сама сказала, что хочешь побыть одна, наедине со своими мыслями. Никаких Марков, Денисов, я и не стала нарушать твои планы. Подумала, как придет время, вернешься и сама все узнаешь. Только не говори, что я поступила неправильно.
– Все в порядке, Мариш. Не переживай. Ты сделала все правильно. Так лучше. Я просто удивилась твоей конспирации и выдержке, – обняла я ее, чтобы окончательно успокоить.
– Тогда я оставлю тебя одну. Судя по всему, в ближайшие фиг знает сколько часов тебе будет чем заняться и без меня, – засмеялась Марина, протирая ладони, подпрыгивая как ребенок, добавила, – Ухх, аж не терпится, узнать, что же в них.
Я читала письма взахлеб и никак не могла оторваться от них. Где-то улыбалась, где-то смеялась, какие-то моменты вызывали тоску и грусть. Письма он слал раз в две недели, два письма за месяц. Рассказывал о своей жизни, про себя, про работу, про Кирилла и даже Дениса. В конце одного письма он добавил, что любит и ждет.
Я долго не могла оторваться от этого его «люблю», а в мыслях проскользнул его образ.
Последнее письмо пришло месяц назад. Месяц назад… То есть за последние четыре недели от него ничего не приходило. У меня защемило в груди от мысли, что он перестал меня ждать. Хотя я убеждала себя в том, что и не жду от него такого жеста, но где-то в глубине души, наверно, я все же хотела этого. Особенно сейчас, когда окончательно разобралась и в своих чувствах.
Я не пыталась устроить для него проверку на прочность, по-крайней мере, я так объясняла себе и другим, когда меня мучили с расспросами.
Мне самой было необходимо разобраться в себе, прежде чем окончательно решиться еще раз прыгнуть в этот омут. Нужно было простить его и взять ответственность за свою жизнь, чтобы впредь никого не обвинять, если мои ожидания снова не оправдаются.
Да и в прошлый раз мне было нестерпимо больно, поэтому я боялась, что еще раз с этим я не справлюсь.
***
Спустя несколько дней, Марина чуть ли не ломая дверь, ворвалась в квартиру.
– Лера, Лера, ты где? – запыхавшимся голосом, произнесла она.
– Господи, там что пожар? – волнение подруги передалось и мне.
– Лера, вот, – она протянула мне два конверта, я быстро взглянула на имя отправителя. Марк.
– Может, на почте затерялись. Только что в ящике нашла. Два недостающих письма. Ааа! – ликовала подруга, – значит, все-таки ждет еще, – набросилась Марина на меня с объятиями, раскачивая меня в танце. – Открывай уже, читай, а я в душ...
Я все с тем же трепетом принялась читать его письма. Вникала в каждое слово с любопытством, окуналась в описанные им события, становясь невольным свидетелем происходящего в его жизни.
В какой-то момент словила себя на мысли, что я больше не хочу быть просто свидетелем, я хочу быть участником этих историй...
Последнее письмо он решил закончить строчками из стихотворения Рождественского, который был его любимым поэтом:
Только люби меня! Слышишь, люби меня! Знаешь, люби меня!Чтоб – навсегда! Чтоб отсюда – до гибели! Вот оно… Вот оно…Мы никогда, никогда не расстанемся… Воздуха… Воздуха!…
Больше не теряя ни минуты, я потянулась за своим телефоном. Судорожно перебирая список контактов, нашла его номер... И тут моя смелость и уверенность куда-то испарились, а волнение накрыло меня с головой.
К черту!
Так. Гудки. Длинные долгие гудки.
– Привет...
– Леееера…
Эпилог
Спустя 5 лет
Лера
– Мама Мия! Какие запахи! Так, что у нас сегодня на ужин, хозяюшка?– подошел незаметно сзади Денис, который приехал недавно и вызвался помочь, хотя больше путался под ногами и мешал.
– Блюдо со сложным, не произносимым названием, – усмехнулась я. Так, хочешь помочь, нарежь овощей лучше. И прошу, не стой над душой, – шутя, я толкнула его в плечо.
– Уже живот сводит, – сморщился Денис.
– Ай, – вдруг издала я звук.
– Что такое? – подскочил Денис ко мне, схватив меня за плечи.
– Мой, походу, тоже, – растянувшись в улыбке, ответила я, – малыш пинается... Хочешь потрогать, новоиспеченный папаша?
– А можно?
– Конечно. Не бойся.
– Ого, какие странные ощущения, – смеялся Денис. – Павел, мы тебя ждем, – вдруг чуть нагнувшись, обратился он к животу.