Чтение онлайн

Итак, весной 1919 года правительство Австралии объявило приз в 10 тысяч австралийских фунтов тому летчику или экипажу, который осуществит перелет из Англии в Австралию не позднее 31 декабря 1920 года за время, не превышающее 30 суток (720 часов). Было высказано пожелание, чтобы для перелета использовался самолет английского производства, а экипаж был австралийским.

Как только стали известны условия конкурса, на лондонском аэродроме Хаунслов начали готовиться к перелету шесть австралийских экипажей. Однако первым совсем неожиданно стартовал не австралийский, а французский экипаж – лейтенант Э. Поуллет (пилот) и М. Беноист (механик). Они вылетели 12 октября 1919 года и не из Лондона, а из Парижа на самолете «Кадрон Ж-6» выпуска 1915 года с двумя моторами по 110 лошадиных сил каждый. Французы, правда, не рассчитывали завоевать австралийский приз, а поставили перед собой задачу стать первыми, кто свяжет воздушным мостом Европу с Австралией.

Через десять дней, уже из Хаунслова, стартовали в дальний перелет первые из шести экипажей австралийцев. «Сопвич» с мотором «Роллс-Ройс» в 375 лошадиных сил с чисто австралийским названием «Кенгуру» пилотировал капитан Ж. Матьюз. В задней кабине машины находился его механик Т. Кей. Командир экипажа, по своей основной специальности морской штурман, хорошо знал островную часть Тихого океана, туземное население этих районов и потому считал, что имеет все шансы на успех. Однако фортуна зло подшутила над морским волком. Едва перелетев Ла-Манш, из-за плохой погоды он... заблудился в Европе и, «проутюжив» воздух почти до полной выработки горючего, вынужден был сесть далеко к северу от выбранного им пути, в Германии, после чего, естественно, выбыл из игры. Это случилось 22 октября, а ранним утром 12 ноября из Хаунслова ушел в небо второй австралийский экипаж.

Двухмоторный бомбардировщик «Виккерс-Вими», с моторами «Роллс-Ройс Игл 8» по 360 лошадиных сил каждый, исполненный в серийном варианте, позволял лететь без посадки 13 часов со средней скоростью около 130 километров в час. На борту самолета находилось четыре человека: командир. бывший военный летчик капитан Росс Смит, второй пилот, младший брат командира, лейтенант Кейт Смит и механики – сержанты Ж. М. Беннет и В. X. Пиерс. Самолет был заправлен более чем 2300 литрами горючего.

Взлет прошел в густом тумане, и экипаж вышел к чистому небу, только набрав высоту около 600 метров. Вскоре под крылом самолета остался Ла-Манш. Над Францией машина опять вошла в глухую облачность. Продолжая набор высоты, самолет летел в дожде, смешанном со снегом. Началось обледенение. Командир широкой спиралью набрал высоту почти 3000 метров и вывел машину из опасной зоны. Увидев над собой голубой купол, экипаж взял курс на Лион, где и сделал в конце дня первую посадку. На следующее утро самолет полетел на Рим. Однако в этот день до итальянской столицы долететь не удалось – из-за сильного встречного ветра пришлось приземлиться в Пизе. Ливневые дожди отняли у летчиков два дня. Сделав короткую остановку в Риме, они 16 ноября, при попутном ветре и в условиях вполне приемлемой для полета погоды, подлетели к Таранто. На следующее утро была поставлена задача пересечь Ионическое море и приземлиться в Греции. Но погода вынудила летчиков свернуть к югу и сесть на острове Крит. Здесь экипаж узнал печальную новость о третьем самолете, вылетевшем из Лондона в Австралию 13 ноября, т. е. на следующий день после их старта. Лейтенанты Р. Дуглас и Л. Росс на одномоторном самолете «Альянс Р-2» после взлета вошли в облака и, очевидно потеряв пространственную ориентировку, через несколько минут полета буквально вывалились из облачности. В результате беспорядочного падения самолет разбился, оба летчика погибли.

Покинув Крит, экипаж Р. Смита в относительно благоприятных погодных условиях прошел Каир, Дамаск и подходил к Багдаду, когда попал в зону сильных встречных ветров, принудивших летчиков сесть в сотне километров от Багдада на территории одного из гарнизонов. Ночью налетела песчаная буря. Полсотни солдат помогали летчикам спасти самолет. К утру буря стихла. Экипаж, отремонтировав сломанные крыльевые стойки и очистив машину от огромного количества песка, проникшего буквально во все ее «поры», взял курс на Багдад, а затем на Басру, где приземлился 21 ноября.

Пока экипаж Смита сражался с ливнями и песчаными бурями, начала полет четвертая группа австралийцев. Двухмоторный бомбардировщик «Блекборн» пилотировали четыре человека: командир Г. Г. Уилкинс, второй пилот лейтенант В. Рендл и лейтенанты Р. Вильямс и Г. Поттс. Сразу же после взлета их начали преследовать неудачи. Самыми тяжелыми испытаниями оказались две вынужденные посадки: первая (вызванная тем, что самолет пройдя через стену дождя, попал в полосу обледенения, парализовавшего систему управления машиной) – в Италии, вторая – из-за подтекания масла из мотора – в районе острова Крит. Экипаж не пострадал, но самолет пришел в такое состояние, что ремонтировать его уже не было смысла. Таким образом, и четвертый экипаж выбыл из числа участников соревнований.

Двадцать третьего ноября Р. Смит посадил машину в Бендер-Аббасе, в Иране. Здесь летчиков ожидали неприятности совершенно особого рода. Делегация мусульман попыталась обвинить их в действиях, противоречащих установлениям корана. Не без труда выпутавшись из этой весьма опасной ситуации, экипаж поднял машину в воздух. Предстояло преодолеть сложнейший и опаснейший участок пути – от Бендер-Аббаса до Карачи. На случай вынужденной посадки в этих диких местах английский консул в Бендер-Аббасе снабдил летчиков охранной грамотой на арабском языке, строго предписывающей аборигенам обходиться вежливо с людьми, которые прилетели на «большой птице». Конечно, это была, скорее, попытка морально поддержать экипаж: вряд ли какая-нибудь бумага могла защитить летчиков от религиозного фанатизма. По счастливому стечению обстоятельств, благодаря хорошей погоде и безукоризненной работе моторов и всего оборудования «Виккерс» одолел длинный и опасный участок маршрута вполне благополучно. После 8,5 часов полета он достиг Карачи.

Теперь можно было бы вздохнуть спокойно, но в Карачи летчиков ожидало известие, что французские конкуренты – Поуллет и Беноист – днем ранее покинули Дели, т. е. опередили их примерно на сутки полета. 27 ноября Смит повел машину на Илахабад, надеясь там догнать Поуллета, но, прибыв в Илахабад, узнал, что французы уже улетели в Калькутту. Соревнования становятся все более напряженными. Посадка в Калькутте тоже не принесла успокоения: Поуллет был уже на пути в Ситуэ, что в Бирме. Экипаж Смита теряет покой и постоянно торопит обслуживающий персонал. Обстановка на борту еще более накалилась, когда, взлетая с калькуттского аэродрома, перегруженный «Виккерс» врезался в стаю крупных птиц, одна из которых ударилась о самолет. Почувствовав сильный толчок, Смит усомнился, что удастся перелететь лес на границе аэродрома, но самолет, хотя и с трудом, поднялся все же выше деревьев.

Заходя на посадку в Ситуэ, экипаж «Виккерса» наконец-то увидел небольшой самолет соперников. Поуллет был первым человеком, встретившим их после посадки. Смит и его коллеги осмотрели поуллетовский «Кадрон» и были потрясены тем, что такой маленький самолетик смог осилить протяженный и тяжелый маршрут.

Впереди у обоих экипажей одна и та же цель – Рангун. Командиры решают дальше лететь вместе. Однако на следующий день выяснилось, что «Виккерс» нуждается в небольшом ремонте, и французы улетают одни. Тем не менее в Рангун экипаж Смита прилетел раньше Поуллета и был встречен огромной толпой, которая так бурно выражала свои эмоции, что летчики стали опасаться за целость машины. Ликование достигло еще большего накала, когда через некоторое время после посадки Смита в небе появился самолет Поуллета. После торжественной встречи Смит и Поуллет опять решают лететь вместе на Бангкок, так как впереди горная цепь и дикие джунгли и, если один из них попадет в беду, второй сможет, по крайней мере, указать, где это произошло. Но теперь уже Поуллета задерживает неисправность, а Смит улетает на Бангкок один.

«Виккерс» идет над горами. Они не слишком высоки – немногим более 2 километров, но почти постоянно покрыты густым слоем облаков. Смит набирает высоту 3350 метров (это почти предел возможностей машины), однако полет идет по-прежнему в сплошной облачности. На борту только компас, указатель скорости и креномер – для слепого полета этого, мягко выражаясь, недостаточно. Пролетев в сплошном «молоке» около часа и не имея никакого представления о том, где находится самолет, Смит решает начать снижение в надежде, что горы уже позади. Самолет вышел из облачности на высоте 1200 метров восточнее гор. Позже Смит признался, что этот участок полета был «самым кошмарным› во всей его жизни. Однако его экипаж, видимо, родился в сорочке, чего нельзя сказать об экипаже Поуллета.

Французам здорово не повезло. Устранив неисправность в моторе самолета, Поуллет и Беноист вскоре после отлета «Виккерса» тоже ушли в небо. Погода к этому времени значительно улучшилась, и там, где Смит только что рисковал абсолютно всем, французы любовались прекрасными горными пейзажами. Ничто не предвещало беды, и все было бы хорошо, если бы не... огромный орел. Повелитель гор, увидав блестящий на солнце самолет, видимо, посчитал себя ущемленным в правах и ринулся в бой. В первые же секунды атаки пропеллер самолета решил исход поединка: орел погиб, а экипаж стал срочно искать площадку в горах для вынужденной посадки. Оба летчика остались живы, но маленький французский самолет, стойко преодолевший такой огромный маршрут, не мог продолжать полет. Так закончил соревнование еще один конкурент Смита.

Тем временем из Хаунслова стартует пятый экипаж австралийцев. На одномоторном «Мартинсайде» в воздух ушли капитан К. Е. Хоувелл и его механик Г. Фразер. Они благополучно долетели до Италии, но над Ионическим морем произошла авария, летчики были вынуждены сесть на воду и оба утонули.

Экипаж Смита, оставшийся практически вне конкуренции, покинул Сингапур. В сплошном потоке дождя пролетели экватор. При посадке на аэродроме в Сурабайе самолет попал в жидкую грязь. Колеса застряли в сплошной жиже, о взлете не могло быть и речи, а до окончания срока (30 дней), установленного учредителями приза, оставалось немногим более четырех суток. Аэродромное начальство находит, пожалуй, единственно правильный выход из создавшейся обстановки: срочно оповещается все окрестное население. Ранним утром 8 декабря к самолету потянулись тысячи туземцев с огромными связками бамбука на плечах. К 9 часам утра поверх грязи была выстлана бамбуковая взлетная полоса, и вскоре самолет поднялся в воздух. Взят курс на Тимор – место последней (перед Австралией) остановки, а там – около 700 километров над Тиморским морем и долгожданная победа. Австралийское правительство выслало навстречу самолету военные корабли, которые приветствовали летчиков, дымя трубами.