Чтение онлайн

Безалаберный, бесшабашный человек. Но Татьяне он нравится, ни с кем ещё ей не было так спокойно и хорошо, никто так о ней не заботился, никто так не любил. И она не устояла, промариновала его с недельку и отдалась. В постели он оказался прекрасным любовником - нежный, ласковый, страстный. А вот характер его она никак понять не может: то добрый, внимательный, чуткий, то резкий, вспыльчивый и упрямый. Видно, война в Чечне изрядно попортила ему нервы.

Сегодня в бар Александр пришел особенно взвинченным: глаза гневно поблескивают, словно после драки, губы плотно сжаты. Подошел к стойке, достал из кармана помятую десятитысячную купюру.

– Налей на все, - сказал барменше.

Та тоже обратила внимание на его состояние, налила молча, а когда он отвернулся, кивнула Татьяне: мол, твой возлюбленный не в своей тарелке.

Татьяна, выждав, когда он выпьет и немного отойдет, подошла к нему.

– У тебя неприятности?
– спросила участливо.

– Приятными бывают только мгновения, - ответил он с иронией.
– Сегодня твой шеф не появится?

Шефом он называл Мазуркина. Татьяна как-то познакомила их, и они частенько выпивали вместе.

– Вряд ли. А зачем он тебе?

– Да так, есть один маленький вопросик.

"Денег хочет попросить взаймы", - догадалась Татьяна, глядя, как он вертит в руках пустой стакан.

– Ты больше не пей, - попросила Татьяна.
– Лучше я отпрошусь пораньше и возьму бутылочку домой.

– А я хочу напиться, - упрямо возразил Александр.
– Друга моего сегодня убили. Не в Чечне, здесь, в Ижевске, в его родном городе. А начальство...
– Он скрипнул зубами и замолчал.
– Налей еще, - попросил он барменшу.
– В долг. Завтра отдам.

– Не надо!
– снова и более настойчиво попросила Татьяна и повернулась к барменше.
– Не наливай.

– А ты чего раскомандовалась?
– вспыхнул Александр.
– Кто ты такая, чтобы мне указывать?

Лицо Татьяны загорелось как от пощечины. Она увидела, как ухмыляется барменша, эта жирная телушка, с вожделением поглядывавшая на каждого мужчину и завидовавшая ей, круто развернулась и оставила Александра. Ей было обидно, и в то же время она сочувствовала своему возлюбленному, понимала его. Потерять ещё одного друга, когда, казалось, все страхи и опасности остались позади, конечно же, не легко. Но она видела, что Александр спивается, катится по наклонной - даже на свидания приходить стал в помятом костюме, несвежей рубашке. Ей было жаль его, и она не знала, как помочь, хотя в её обязанности, по наставлению Мазуркина, входила именно дискредитация омоновца.

Сказать, что она влюбилась в Александра, было бы неправдой. Он нравился ей, и она жалела его, не больше - за Чечню, за его трудную и опасную службу, за щедрую душу. Для чего он понадобился Мазуркину, она тоже отлично понимала - таких, прошедших войну, подготовленных в физическом и профессиональном отношении, Мазуркин подбирал в охранную службу фирмы "Аван". Волжина он давно взял под прицел, в первый же день появления в Ижевске. И не раз, сидя с ним в баре за столиком или стойкой, предлагал подать в отставку и перейти на службу в крупнейшую в городе коммерческую организацию, обещая платить в два раза больше. Александр мотал головой и отвечал с улыбкой:

– Мне в Чечне предлагали ещё больше, но вот такой я консерватор, не люблю перемен, тем более не терплю предательства.

Татьяна в душе одобряла решение Александра, и на нажим Мазуркина, чтобы повлияла на любовника, отвечала с усмешкой:

– Он ещё не созрел до нужной кондиции, наберись терпения, Виктор Иванович...

В этот вечер она и вправду не ожидала Мазуркина, хотя понимала, что он может появиться в любое время, когда ему вздумается, а сегодня у него с Александром может состояться нежелательный разговор.

Чего она боялась, то и произошло: когда Александр был уже изрядно пьян, в баре появился Мазуркин и сразу подсел к нему у стойки, а потом они устроились за столиком в уголке, где о чем-то долго и напряженно беседовали.

Татьяна, наблюдая за залом, не спускала глаз и со своего любовника, видела, как Мазуркин, достав пачку денег, сунул Александру в карман. Потом они отправились в игорную комнату.

Девушка не находила себе места, зная, что там, за игорным столом, Александра обдирают как липку, чтобы окончательно запутать его в своей паутине и заставить работать на себя. Иногда мелькала мысль: ну и черт с ним, он ей не муж, и её совесть в данном случае чиста. Но тут же другой голос говорил совсем иное: он прошел войну в Чечне, немало там настрадался, а здесь Мазуркин снова заставит его ходить по лезвию бритвы и рисковать ежеминутно.

Бар работал до двенадцати, а иногда , когда более состоятельные посетители требовали продлить удовольствие, не закрывался до утра.

Татьяна ходила по залу, ломая пальцы и не переставая думать об Александре: что с ним, как его дела? Вытерпела только до одиннадцати и, подойдя к барменше, предупредила, что сегодня уйдет пораньше, сославшись на головную боль.

– Да ты что, голубушка. А если Виктор Иванович тебя потребует? недовольно расширила глаза барменша.
– Потерпи ещё немного.

Татьяне ничего не оставалось, как вернуться на свое место к столику у входа, где она должна гостеприимно встречать посетителей. Но выдержала недолго, и предупредив старшую официантку, что отлучится на минутку, спустилась в игровую комнату. То, что она увидела, превзошло все её ожидания: Александр совал какому-то бритоголовому игроку свой пистолет и уговаривал взять его в залог, утверждая, что завтра он долг отдаст. Мазуркина в комнате не было.

Татьяна решительно подошла к Александру и хотела было отобрать пистолет, но бритоголовый опередил её.

– Хорошо, - сказал он.
– Я тебе верю. До завтра.

– А если верите, зачем же берете пистолет?!
– возмутилась Татьяна. Это же оружие, казенное.

– А вот это, мадам, не ваше дело, - грубо оборвал её бритоголовый.

– Ну ты, полегче на поворотах!
– вступился за неё Александр.
– Обижать её я никому не позволю.
– Взял Татьяну под руку и повел из игорной комнаты.

– Зачем ты отдал пистолет? Ты вообще соображаешь, что творишь? строго спросила Татьяна, когда они поднялись в зал.

– Ничего страшного, - успокоил её Александр, - завтра заберу, я сегодня, кажется, малость перебрал.

– Не кажется тебе, что ты слишком часто стал перебирать?

– Может быть, - покорно согласился Александр.
– Но мне очень тяжело.

– Это не оправдание. Ты же мужчина, прошел Чечню, а тут раскис как кисейная барышня. Мне стыдно за тебя. И если не прекратишь пить, ко мне не приходи. И вообще, лучше бы ты перестал приходить к нам в бар.

– У меня здесь друзья.

– Кто? Мазуркин?