Чтение онлайн

8

Вот это был беспокойный денек! После обеда няня с бабушкой спешно собирали меня в дорогу. Они то и дело бегали советоваться с мамой. Брать игрушки, или нет? Сколько необходимо взять платьев? Пригодится ли мое осеннее пальто? Понадобятся ли в дороге лекарства? Я активно им помогала. Но няня заявила, что я путаюсь под ногами. Ничего подобного! Если бы я не вытащила из корзины свои зимние перчатки и шарф, то они отправились бы с нами. В общем, суматоха была такая, что глядя со стороны можно было подумать, что уезжает не один, вполне себе самостоятельный ребенок, а целое семейство!

Когда наступила пора отправляться на вокзал, я вдруг передумала. И даже вознамерилась порыдать, но тут, мой дедушка слегка дернул меня за ухо и пробормотал: – Тихо. Не огорчай маму. – а вид у него был такой возмущенный, что я не осмелилась ослушаться.

Кстати, про дедушку я вам еще не рассказывала. Папа говорит, что он очень важная персона. Он работает нотариусом. Пишет какие-то бумаги и что-то там заверяет. Или кого-то в чем-то заверяет? В общем, я тогда еще не разобралась, но на всякий случай держалась от него подальше. Да и вы бы держались, если б его видели. Он всегда носит серые, колючие костюмы и очень внимательно на всех смотрит. Поверьте, даже если вы стащили конфеты из вазочки пару недель назад, он догадается! А потом он, наверное, записывает все в своих бумагах. И заверяет всех, что это правда. Вот так. Папа утверждал, что, когда я больше узнаю дедушку, я его буду обожать. Но я сомневалась. Ведь он сам говорил, что дедушка всех видит насквозь. Кому это понравится?

Смотрит на вас кто-то и видит все ваши кишки и печенки. Ага? Жуть, правда? По-моему, таким талантливым людям нужно становиться докторами и точка! Но, когда я сообщила об этом папе, он, как обычно, долго хохотал, а потом сказал, что видеть насквозь это образное выражение. Я так и не поняла, что это значит. Решила потом посмотреть в словаре. Но, как вы сами понимаете, сердить такого необыкновенного дедушку лучше не стоит. Поэтому, кое-как простившись с мамой, я поплелась в машину. Папа отвез нас на вокзал, выгрузил все вещи, быстро обнял и лихо укатил обратно.

Кажется, он был даже рад, что остается с мамой вдвоем. Друг, называется! Я принялась возмущенно пыхтеть, но легче от этого не стало. Пришлось просто пойти в свое купе.

Когда мы уселись, поезд плавно тронулся и мимо поплыл перрон, деревья, дома… Поезд все больше набирал скорость и деревья за окном как будто отплясывали буйный танец, кружа хороводы! Я так увлеклась этим зрелищем, что сразу даже не расслышала, что мне сказал дедушка.

– …так что произошло? – словно издалека донесся до меня его вопрос. Я испуганно встрепенулась и уставилась на дедушку.

– Что произошло? – повторила я следом за ним.

– Я хотел узнать у тебя, что вчера произошло? – дедушка смотрел на меня очень внимательно, но дружелюбно.

– Ах, Генри, Луиза же говорила, что это слабые нервы, – вмешалась бабушка. – Почему ты решил тревожить девочку?! Вдруг ей опять станет плохо и она заверещит на весь вагон? – бабушка сидела, как испуганный птенец, поглядывая то на меня, то на дедушку.

– А ты правда можешь? – спросил дедушка.

– Могу что? – на всякий случай уточнила я.

– Начать верещать на весь вагон?

– Вряд ли. Если только в экстренном случае.

–Так значит, вчера случай был экстренным? – казалось, дедушка ничуть не удивился. Он лишь поощрительно улыбался сквозь пушистые усы. Я немного поразмышляла, а затем согласилась.

– Пожалуй, да, сэр.

– Я так и думал, – похоже, дедушка был доволен моим ответом. Слегка кивнув, он снова спросил:

– Ты кому-нибудь уже рассказывала о том, что вчера было?

– Пока нет, – для пущей убедительности я помотала головой.

– Может быть, ты поделишься с нами? А то, признаться, ты нас заинтриговала.

Я была польщена. Заинтриговать дедушку нотариуса, это вам не пустяки. Точно говорю! Но, для порядка, я изобразила, что не решаюсь доверить свой секрет.

– Ну же, Лисса, сделай одолжение, расскажи нам все с самого начала.

– Ну, ладно… – я вздохнула и принялась рассказывать печальную историю неудавшейся дружбы. Сперва я говорила неохотно, тщательно подбирая слова. Но дедушка слушал так внимательно, а бабушка так сочувственно охала в самых трагичных местах, что я потихоньку воодушевлялась и вскоре, как бешеная прыгала по купе. То я была Эбби Эванс с Лотти Кэмбэлл. Тогда, присев я кривила зверские рожи и цедила слова сквозь зубы. То, снова была собой и, прижимая руки к груди, расписывала, как мне было страшно, как я была обижена и возмущена. То, я падала на пол купе, изображая, как рыдала от отчаяния возле кухни. То кралась вдоль стены, показывая, как готовилась операция по спасению чести семьи (ну и моей, разумеется, тоже). Спрятавшись за дедушкины ноги ( в тот момент это было воображаемое кресло), я уже набрала в легкие побольше воздуха, чтобы продемонстрировать свой фирменный клич, но тут бабушкина рука ловко зажала мне рот.

– Тише, детка, тише. Основную мысль мы уже поняли, – бабушка выглядела обеспокоенной. – Пассажиры в соседних купе могут не оценить твой э-э-э-э, энтузиазм.

– Ладно, – я философски пожала плечами и уселась рядом с дедушкой. – Как скажешь.

– Нда-а-а, познавательная история, – дедушка выглядел очень задумчиво. – Понимаешь, Лисса, настоящую дружбу не так-то легко найти. Некоторым приходится сначала хорошенько потрудиться. Это как добыча алмазов. Конечно, кому-то, бывает, везет и он р-р-раз! И нашел алмаз. Бывает даже не один, а целую россыпь. Но чаще всего приходится перерабатывать кучу руды. Люди тратят много, много времени, чтобы найти что-нибудь стоящее. Ведь каждый алмаз – это камень, но, далеко не каждый камень – алмаз…

Я обняла дедушку за руку и уткнулась носом в его колючий пиджак.

– Дедушка, а ты нашел алмазы?

– Что?

– Ну, ты нашел? Нашел настоящую дружбу?

– Да, конечно, – дедушка многозначительно посмотрел на бабушку. – Но мне тоже пришлось здорово потрудиться.

– А ты мне расскажешь? – я поощряюще потерлась носом о его рукав.

– Да, как-нибудь обязательно расскажу. Только напомни.

–Хорошо… – я сидела, задумчиво уставившись в окно и размышляла о том, что у меня, похоже, очень особенные дедушка с бабушкой. Папа прав, будет интересно с ними сильнее подружиться. А еще качели, сладости, пикники, цирк. Я долго слушала мерный перестук колес, и мечтала о том, какое необыкновенное будет это лето. Сколько всего нового я увижу. Может быть, даже научусь плавать. А потом, я уснула.

9

Проснулась я на следующее утро в совершенно незнакомой комнате. Вот это да! Я тут же выскочила из кровати и начала обследовать окружающую среду. Так, так… И где это интересно я нахожусь? Изобразив руками подзорную трубу, я тщательно огляделась. Та-а-а-ак, обои в голубую и белую полосочку… Мило. На стенах развешены изображения жирафов, зебр, тигров. Мгм… А это что? Вырезанный из дерева якорь с привязанным к нему канатом. Приделан к стене непонятной железякой. Любопытно. Над письменным столом зеркало в виде иллюминатора. Ха! Я так и знала! Меня уложили спать в комнате братьев! Поэтому и кровать не одна, а две. Довольная своей проницательностью, я принялась заглядывать в плетеные коробки, расставленные на деревянных стеллажах. Игрушки, книги, кроссворды, тетради, изрисованные морскими баталиями. Попались братики! Сейчас я разведаю все их секреты! Тогда они уже не смогут изображать из себя мистеров совершенство! Вот, пожалуйста, тетрадь по географии… И что там написано красной ручкой? Думаете «отлично»? Ничего подобного! Написано «плохо»! А еще изображали из себя морских волков, а географию не знали! Снисходительно улыбаясь, я запихнула старые тетради в коробку. Потом еще посмотрю.

Подбежав к окну, я с шумом раздвинула шторы и застыла в немом изумлении. Вот это да! Неуклюже забравшись на подоконник, я посмотрела вниз. Там колыхалось море зелени и цветов. Кипарисы слегка раскачивались на ветру. Оливковые деревья мягко перешептывались между собой, а можжевельники торопливо сбегали вниз по склонам. А маки? Я никогда не видела столько маков! Яркими мазками они разукрашивали всю долину. Ну и самое важное! Дальше, сколько видит глаз было раскинуто море! Такое голубое и искристое, что мне пришлось зажмуриться. А чайки?! Вы бы видели этих красоток! Как они летали и верещали! От восторга я запрыгала по подоконнику и тут же к моей бурной радости добавился пронзительный женский визг.