Чтение онлайн

Спросите: почему в таком случае братец Ренди — у меня? Всё просто. Сван попросил своего родственника и моего побратима Свартхёвди Медвежонка взять недоросля на воспитание. Тут так принято.

Ренди пока еще не воин. Заготовка. А на правом фланге стоит не потому, что обогнал прочих в росте, а потому, что левша. Следовательно, щит у него — в правой руке. И прикрывать им правый же бок — сподручнее.

На левом фланге — мой протеже и названый сын Вихорёк, принятый в род под именем Виги. Самый мелкий из молодых. Вдобавок словенин, а не дан. Да еще — из рабов бывших. Вот почему остальные, коренные сёлундцы из «хороших» семей, держат парнишку на дистанции. Нет, не угнетают. Еще чего не хватало! Но в команду не принимают. А это, даже если отбросить всякую личностную часть, плохо для дела. И сейчас тоже сказывается. Между Вихорьком и остальными нет синхронности, и по этой неуважительной причине между Вихорьком-Виги и его соседом Гренделем Улиткой постоянно образуется зазор…

И Грендель уже в третий раз получает каменюкой в бочину, так как обучение под руководством Скапи носит сугубо прикладной характер. Во всех смыслах.

Тем не менее прогресс очевиден. Поначалу мои будущие дренги вообще копьями путались. Работа в строю — дело непростое. Уж кто-кто, а я об этом отлично знаю, потому что сам поначалу работал в строю, «как жердина от коровьего загона», по меткому выражению нашего вождя Хрёрека Сокола.

Но я отвлекся. Итак, четверо незнакомцев появились на моей земле ближе к полудню. Я углядел их, едва они выехали на пригорок. Четверо верховых. Грозных не по-детски. В доспехах и шлемах, несмотря на жарищу.

Однако, когда незваные гости въехали во двор, я понял, что железо они напялили недавно — даже вспотеть толком не успели.

Тоже неудивительно. Защиту здесь надевают в трех случаях: непосредственно перед дракой, двигаясь по опасной местности или же для форсу. Дорога здесь безопасная, а нападать на меня, в моем собственном доме, всего лишь вчетвером — нерационально.

Так что я уверенно выбрал третий вариант.

Лидер четверки — настоящий тролль с виду. Причем далеко не бедный тролль. Доспехи на нем очень даже недешевые. И можно не сомневаться, что напялил он не более десяти минут назад. Да и копье к седлу громила приаттачил, то есть приторочил тоже недавно. А до того, готов поручиться, всё это добро ехало вон на той заводной лошадке, ибо под такой тушей да еще с таким количеством металла тот конек, что сейчас под ним, пробежал бы от силы пару миль. А эти крушители черепов небось из самого Роскилле чешут. Только там такие «тролли» и водятся. В хирдах Рагнара-конунга и его кровожадных… прошу прощения! Его славных сыночков.

Громила остановил лошадку в пяти шагах от меня. Вдумчиво оглядел истекающих потом молодых. С седла. Неопределенно хрюкнул. Затем спешился.

Его спутники поступили аналогично. Судя по тому, как они это сделали, лошадей эти громилы рассматривали исключительно как транспортное средство. Убивать они, как и подавляющее большинство викингов, предпочитают на своих-двоих. После моих французских приключений я в таких делах разбираюсь.

Когда к тебе домой приезжают четверо незнакомых головорезов (никого из четверки я не знал, но их матерость в сфере смертоубийства совершенно очевидна), то даже такому авторитетному в здешних краях человеку, как я, следует держать ухо востро…

Опаньки! А значки-то у них — знакомые. Меня «осчастливили» визитом славные хирдманы Ивара Рагнарсона по прозвищу Бескостный. Почему — славные? Да потому, что Ивар других не держит. Только самых-самых.

Ивар ко мне благоволит. Не скажу что я этому факту рад, но всё же так значительно лучше, чем ходить у Бескостного в неприятелях. Потому что те, кто несимпатичен Ивару Рагнарсону, делятся на две категории: те, кто уже на том свете, и те, кто вскорости туда отправится. Причем первую категорию можно считать везунчиками. Ивар — высочайшего класса специалист по вопросам умерщвления. Подходит к этому делу творчески, а творчество викингов в данной области… Короче, не дай Бог…

Итак, Ивар мне — благоволит. Проблема только в том, что рядом с ним мне хочется превратиться в маленького дождевого червя и закопаться на три метра в грунт.

Но это, так сказать, личное. К делу не относится. Отец Воинов Один велит нам привечать гостей, независимо нашей к ним симпатии. Гостей положено пригласить в дом. Накормить-напоить, в постельку уложить. А после выделить сухой паек на дорожку.

Однако и гость должен быть вежливым. Представиться. Попросить по-хорошему. Короче, проявить уважение и скромность. Что тоже отмечено в «божественных» инструкциях.

Человек-тролль из Иваровой дружины, судя по всему, хорошим манерам не обучался.

Подошел вплотную, навис надо мной, аки железная башня, и рявкнул без всяких политесов:

— Ивар Рагнарсон хочет тебя видеть!

Вот так сразу, на пороге моего дома. Никакого уважения. Нет бы спросить вежливо: как здоровье хозяина, его скота, его домочадцев?

Я в курсе, что таким, как этот носорог, вежливость не свойственна. Но здесь не какая-нибудь Франция, где рыцари герцогов-графов могут глядеть на прочих как на мусор. Здесь вольная датская земля Сёлунд. Причем этот кусок ее — лично мой. Так что извольте, господин тролль, проявить ко мне уважение.

Не отвечаю. Гляжу на Иварова хольда с характерным выражением: «А ты что такой?»

«Тролль» крупнее меня раза в два. А в доспехах и во все три.

На мне доспехов нет, только меч у пояса (как же без него), моя репутация (не может «тролль» о ней не знать, в Сёлунде о ней все знают) и Закон.

Хренушки он мне что-то сделает. И не потому, что во дворе — моя вооруженная молодежь. Все они, включая Скиди, такому — на один зуб.

Но если «тролль» со своими попытаются меня беспричинно изобидеть (что технически возможно), то потом им придется быстренько освободить землю нашего острова от своего присутствия. А возможно — и всю территорию Дании, потому что даже простого вольного бонда обижать нельзя, а уж такого как я — и вовсе. Разве что сам Ивар может. Но и он не вправе требовать, чтобы я примчался к нему, поджавши хвостик. Он может только просить.

Хотя таким, как старший Рагнарсон, отказывают только психи. Или другие конунги. А я пока что не конунг, а свежевылупившийся вождь дружины, в которой не наберется и десятка полноценных бойцов. Нет, я не отказываю. Я молчу.

«Тролль» тоже молчит. Демонстративно облизывается. Намекает, что неплохо бы ему горлышко промочить. Попьет — и станет уже не потенциальным, а состоявшимся гостем. Со всем нашим уважением.

Но я намека не понимаю. Стою в дверях, держа рожу кирпичом. Представляю, каким меня видит этот громила. Мелкий чернявый волчишка, растопырившийся на дороге медведя. Сущая мелочь… А не сдвинешь.

Молодняк прекратил тренировку. Глазеют. Ага, Скиди подозвал Вихорька, сказал что-то — и паренек, положив копье и щит, ломанулся в сторону берега.

Это правильно. На берегу сейчас Свартхёвди, Ове Толстый и Стюрмир кораблю нашему техобслуживание делают. Им стоит знать, что у нас — гости.

Громила шумно вздохнул, гулко откашлялся… И наконец соизволил представиться. Гримар Скаммхальс. То бишь Гримар Короткая Шея. Короткая Шея — это ему кто-то польстил. Лично я у него вообще шеи не увидел. А что, неплохо звучит. Гримар Бесшейный, хольд [5] Ивара Бескостного. Гримар, кстати, это от грима. Так называется та часть закрытого шлема, что личико закрывает. Защита. Гримар, получается, защитник. Ну да, в хоккее он бы в роли защитника выглядел уместно. Хрен проскочишь. Но по жизни я бы его в нападающие взял. А лучше — самоходным тараном. С такой комплекцией не двери — ворота выносить. Приплюснутая, похожая на репу голова вырастает прямо из бугрящихся немереной мышцой плеч, а подбородок, размеры которого не в силах спрятать даже кудрявая бородища, лежит прямо на бочкообразной груди. Голос у Гримара — соответствующий. Гудит, как из бочки:

— Ивар-р! Р-рагна-ар-рсон! Хо-очет!..

Хочет, значит, видеть меня Одинов любимчик. Вопрос: а я хочу его видеть? Ответ: ни малейшего желания. Мне и дома неплохо. Опять-таки невеста у меня красы неописуемой. Любушка моя Гудрун… Как раз вышла поглядеть, кто тут к нам в гости набивается.

Ух как этот Гримар на нее вылупился. Аж пальцами шевелит, так сграбастать хочется. Но — нельзя. Не в вике, чай. На Сёлунде закон строг. И главный гарант его — папа Ивара Бескостного, легендарный конунг Рагнар Лотброк, первый разбойник, ах, прошу прощения, первый воитель этого средневекового мира.