Чтение онлайн

Но вот огонь начал стихать и снова как-то странно — равномерно, быстро и вовсе не в ответ на наши действия. Словно он сам принял решение затухнуть. И в тот момент, когда пламя почти погасло, в его неярком свете среди деревьев я увидела… какую-то бледную, неясную тень.

Одна секунда — и она бесследно растворилась в окружающем мраке.

– Элия, положа руку на сердце, что Богам делать в нашем захолустье? Ты будто что-то увидела — я тебе верю. Но это могло быть что угодно, -спорила со мной Лана, дочь кожевенника, моя лучшая подруга.

– Я знаю, что видела, -проворчала я, отчаянно изрезая морковь в мелкую труху.

Деревня готовилась отмечать Середину Лета, праздник веселый, а не священный. Мы с Ланой взялись резать овощи, мужчины наполняли яму дровами, собираясь изжарить на углях целого быка.

– Ты портишь морковь, -девушка отодвинула от меня разделочную доску.
– Знаю, влиянию элийцев чего только не приписывают, и болезни, и гибель посевов — все, якобы, их работа. Но сама подумай, зачем им все это? Да, они больше не отвечают на наши молитвы. Но, по большому счету, зачем им вредить нам? К тому же дом судьи был защищен от Богов, как и любой другой в нашей стране.

– Мы не знаем, чего они хотят. И ты сама себе противоречишь — если бы они не вредили нам, к чему нам было бы защищаться от них?

– Из предосторожности. Из суеверного страха, -пожала плечами Лана.

– Если бы ты увидела то же, что и я, ты бы так не говорила.

Лана чрезвычайно разумная девушка — это мне в ней всегда нравилось в первую очередь. Но сейчас скептицизм с разумом затмевают в ней здравый смысл. Я не имею привычки фантазировать и преувеличивать, и она это знает.

– Вся деревня сбежалась тушить этот пожар, почему же кроме тебя никто ничего не заметил?
– приподняла брови подруга.

– Понятия не имею, до сих пор голову над этим ломаю.

Какое-то время мы молчали, продолжая наполнять гигантский таз резаными овощами.

– Вот что я хочу сказать, -в конце концов, произнесла я, -в действительности мы понятия не имеем, как работают круги-обереги. Элийцы не могут выбраться из круга или переступить через круг? Или не могут навредить человеку, носящему на себе круг, кольцо? Ты никогда не задумывалась, как эта «защита» работает?

– Задумывалась. Я не знаю. Но оттого в нашей стране все и расцвечено кругами вдоль и поперек. На всякий случай.

– Вот-вот. И поэтому полагаться на них… нужно, как минимум, с осторожностью. Большинство наших домов имеет цилиндрическую форму — и что же? Подожгла какая-то тварь солому на верхушке, всего и делов.

– В чем-то ты права. Но Элия, правда, зачем им поджигать дом судьи? Почему бы сразу Атенрай не разрушить, раз уж им захотелось поиграть в пироманов?

– М-м-м, крыши замка покрыты медью, а не соломой?

Лана засмеялась.

– Точно, именно это их и остановило!

Знаю, мои аргументы звучат не слишком убедительно, но все же… как-то я стану убийцей Богов, этого она не может отрицать! Может, наконец, пришел мой час, и я убью нечисть, оставившую судью Тобиаса без крыши над головой.

– А другие странные события? За последнее время их произошло немало, -задумчиво сказала я.

– Ты о двухголовом поросенке, родившемся в свинарнике Рисы? Или об исчезнувшем загоне для скота?
– хмыкнула Лана.
– Или о Дарии, искусанном злобными фэйри?

– Да, именно, -кивнула я, притворившись, что не заметила в ее словах насмешки.

– Двухголовые поросята рождаются, фэйри кусаются, а загон ночью наверняка разобрали ребятишки, просто шутки ради.

– Ты еще скажи, что в предсказания Дня Судьбы не веришь, -я смотрела на нее, прищурив глаза.

– Ну, ты сравнила! Двухголового поросенка и День Судьбы!
– засмеялась Лана.

Судьба Ланы — стать учительницей, а учитывая, что именно этого она всю жизнь и хотела, ей ли не верить предсказаниям? В нашей деревенской школе она всегда была первой ученицей, а теперь занимается с младшей группой.

– Ну, так вот она я, убийца Богов, какие тебе еще нужны доказательства?

– Может, ты встретишь элийца в каком-то другом месте, не в нашей деревне,-подруга снова пожала плечами.

Ладно, этот разговор надоел мне до невозможности. Все равно мы ничего друг другу не докажем. Я снова вспомнила то странное пламя, мелькнувшую бледную тень. Разве могло все это мне только привидеться?

Нет. Конечно, нет. Я знаю, что я видела. Одного из них.

Одного из бессмертных.

Жареное мясо, хлеб, вино рекой, музыка, танцы — чем отчаяннее ты веселишься во время праздника Середины Лета, тем богаче будет урожай, по крайней мере, так говорят. Это чуть ли не единственный день в году, когда напиваться до поросячьего визга, объедаться, приставать к девкам и буянить не только не возбраняется, но наоборот, всячески поощряется.

А потому в этом празднике участвуют только совершеннолетние. Нет, юные тоже отмечают, но чуть пораньше, до наступления темноты, и поспокойнее.

Я не поверила своим глазам — за стол передо мной уселся Эндур, он оделся по-крестьянски просто и не взял с собой меча. Вот это да! Неужели он пришел сюда ради меня?

– Господин, вас сегодня не узнать, вы тоже пришли внести свой вклад в общее веселье?
– сегодня я улыбаюсь дружелюбно и без обычной насмешки.

Не знаю, почему, но в этой простой одежде он нравился мне куда больше, чем разряженным в бархат и парчу. Я будто говорила с равным, и мне не нужно было каждую секунду защищаться и юлить. К тому же своим появлением он сумел произвести на меня впечатление.

– Почему нет?
– улыбнулся Эндур, поблескивая глазами.
– Крестьяне умеют веселиться, а праздник Середины Лета бывает только раз в году. И не зови меня сегодня «господин», зови по имени.

– Слушаюсь, господин!
– засмеялась я.

Заиграла громкая зажигательная музыка — скрипка и барабаны. Первые пары вышли танцевать. Я думала, Эндур пригласит меня на танец, но он снова улыбнулся и подлил вина мне в кубок.

Вообще-то я почти не пью, до этого в моем кубке был виноградный сок. Почему-то вино совсем не веселит меня, только замедляет реакцию и делает окружающий мир еще более странным, чем он есть. Но я люблю, когда выпивают окружающие люди — с пьяными весело.