Чтение онлайн

Ему нужно было лишь прикоснуться к ней, и она отдавала себя. Он никогда не просил её прикосновения или внимания, потому что она отдавала всё без остатка. И лишь когда они вместе достигали пика удовольствия, Спар не чувствовал между ними никаких барьеров.

Во время секса Фелисити опускала стены, сокращала расстояние и просто его любила. Ему нужно найти способ заставить её навсегда опустить эти барьеры.

Спар скользнул пальцем по расщелине и нашёл чувственный комочек, срывая с губ Фелисити вздох удовольствия. Ему нравилось, как она задыхалась от ласк и хрипло стенала.

Когда он задевал особенно чувствительное место, она напрягалась всем телом, затем начинала дрожать, а после таяла под ним. Тогда он чувствовал себя богом и желал вновь и вновь пробуждать это ощущение.

Он не мог ей насытиться. Спар жаждал её даже во сне, в те короткие промежутки времени, когда он закрывал глаза и позволял себе мечтать о Фелисити.

Эти сны не были похожи на дрёму, в которую его магически погружали, и он мог легко обойтись и без него, но знал, что Фелисити необходим отдых, так что позволял себе расслабиться рядом с ней и просто лежать, давая ей заполнять себя, словно вода пустую кружку. Каждую ночь кружка пополнялась, но и жажда по Фелисити нарастала.

Его пальцы смочил мёд возбуждения Фелисити, пробуждая неистовое желание. Чем больше он ласкал её, тем сильнее она увлажнялась, пока он не захотел окунуться в неё, словно в море.

Спар переместил руки, лаская бёдра Фелисити, а она сильнее стиснула его ягодицы, желая, чтобы он вошёл в неё. Со стоном он перестал сопротивляться и поддался ей.

Она судорожно выдохнула и прошептала его имя со страстью, удовольствием и нежностью. Подтверждая, что её тело идеально подходило его, Фелисити сжала внутренними мышцами его стержень, отправляя все чувства в перегруз. Всё вокруг перестало существовать, осталась лишь Фелисити и её горячее, нежное и приветственное тело.

Когда Спар начал двигаться, она встречала каждый его толчок, изящно выгибаясь под ним. Он вбивался в её тело медленным и безжалостным ритмом, уверенно ведя их к неизбежному пику удовольствия.

Он двигался, она отражала его толчки, он задавал темп, она поддерживала его. Они терялись друг в друге и силе желания, становясь не просто, он и она, а существом созданным страстью, уважением и любовью.

Если бы мог, Спар продлил это действие навек. Он знал, что никогда не устанет от неё, что не сможет найти лучшего совершенства, чем его тело в её руках, её объятия, их дыхание, смешанное в облако жара. Но ничто не могло сдержать эту страсть, которая обрушилась на них приливной волной экстаза, накрывая обоих с головой, прежде чем вытолкнуть задыхающихся и слабых на поверхность.

Спару едва хватило сил, чтобы отстраниться и лечь сбоку, дабы не раздавить свою половинку, навалившись сверху всей массой довольного Стража. Когда он поцеловал Фелисити в бровь, то увидел, как её глаза смыкаются, а сон утягивает её за собой.

Пока он позволил сну забрать её, но вскоре Вселенная узнает, что требования Спара куда важнее. Когда Страж заявляет права на свою пару, он может столкнуться с Мраком и пожертвовать вечностью ради своей половинки.

Первым делом с утра Уинн стала настаивать на своём возвращении домой. Настаивала с пеной у рта, и Фил пришлось действовать так же.

Они совершенно не обращали внимания на то, как Спар морщился, но обе не хотели уступать. И это лежало в основе их дружбы.

— Я не смогу предсказать будущее, пока не вернусь домой. Мне нужны приспособления и алтарь, спокойствие и тишина, — настаивала ведьма. — Без обид, милая, но с момента нашей встречи, моя жизнь стала крайне бурной.

— Ты бы удивилась, сколько людей мне такое говорили, — пробормотала Фил. — Полагаю, ты не позволишь нам пойти с тобой и охранять, пока работаешь?

— Ты не понимаешь значение слова "спокойствие"? — Уинн бросила на неё уставший взгляд. — К тому же, одному богу известно, сколько мне потребуется времени на то, чтобы увидеть будущее. Магический кристалл не простое заклинание. Что бы я ни попросила, мне приходится ждать, иногда минуты, иногда дни. А бывало и недели. Вы не будете так долго сидеть у меня, смотря телевизор и поедая чипсы. Это будет концом нашей дружбы. Чёрт, да концом любой дружбы!

— Уинн, не уверена, что у нас есть недели.

Она вздохнула.

— Знаю. Я молюсь, чтобы не ушло так много времени, но глупо, чтобы вы сидели и ждали рядом со мной. Кроме того, моя квартира надёжнее Форт-Нокса. Обещаю, я буду в безопасности.

— Ты понимаешь, что я настаиваю, чтобы ты сдержала обещание?

— Mais oui (Ну да — фр.), как говорите, вы франкофоны [21] .

Фил не нашла подмигивание, сопровождающее заявление Уинн, утешающим, хотя так, скорее всего, и предполагалось. Ведьма, вероятно, как-то была причастна к новой привычке Фил вышагивать по квартире, сводя с ума Спара.

— Малышка, — второй день повторял он, — усталость не ускорит процесс. Видение придёт к Уинн тогда, когда придёт. Сядь и постарайся сосредоточиться на чём-то другом.

На третий вечер он просто взбесился.

— Ради всего добра, женщина! Сядь!

Фил посмотрела на него.

— Не могу! Почему так долго? Знаю, Уинн сказала, что видение может прийти не сразу, но прошло три дня! Сообщество могло уже ещё кого-то убить. Чёрт, да они могли уже с десяток людей убить. Нам нужно их найти.

Спар схватил её за плечи, чтобы остановить.

— Фелисити, мы все понимаем опасность. Думаешь, Уинн отнеслась к этому несерьёзно?

— Фил, — поправила она по привычке, хотя уже потеряла надежду заставить его называть себя не полным именем. — Я знаю, что она серьёзно отнеслась, просто расстроена. Я устала постоянно оборачиваться и беспокоиться о том, что успеют наворотить ночные до того, как мы их остановим. Если им удастся вернуть демону полную силу, мы окажемся в полном дерьме, особенно, если Элла не сумеет отыскать остальных Стражей.

Она положила голову ему на грудь… хотя больше походило, будто ударяешься лбом о стену… и прижала к ней левую ладонь.

— И меня раздражает, что эта метка всё ещё на мне. Знаешь, последние пару лет, я задумывалась сделать себе тату, но эта штука заставила изменить решение.

Спар поднёс ладонь Фил ко рту и поцеловал в центр ладони.

— Я не виню тебя. Вспомни, что сказала Уинн. В конце концов, она исчезнет. Наберись терпения.

— О да, ты ведь знаешь, что я — сама терпеливость.