Чтение онлайн

У Фил начала сильнее кружиться голова. Она прижала правую руку к боку, пока из левой вытекала кровь.

Было такое ощущение, словно она пять километров пробежала, но увидев, как Рикки дёрнул ногой, кинулась к нему. Но её схватили за плечи и прижали к месту.

— Нет, ты не можешь, — донесся знакомый, твёрдый и жесткий голос Эллы. — Слишком опасно.

— И поздно, — добавила Уинн, заставляя всех посмотреть на алтарь. — Твой друг уже умер.

Моргнув, Фил постаралась сосредоточиться на алтаре, но завитки выросли и, связавшись клубком, закрыли его, пульсируя от злости. Фил поняла, что ничто не могло выжить среди них, и её сердце разбилось при мысли, что душу Рикки поглотило зло.

Всё из-за неё. Если бы она не обратилась к нему за информацией, он бы не впутался в это всё и не оказался бы полезной пешкой в психической игре Общества. Как ей теперь жить с этим?

Она задрожала под натиском горя, боли и усталости. Плечом, слава Богу, левым, она опёрлась об Эллу.

— Господи, как она? Она почти отключилась.

— Ей нужно в больницу. Прямо сейчас.

Такое ощущение, будто Уинн говорила издалека, находясь в милях от неё, а по бокам зрения Фил вновь всё начало сереть. Теперь же, теряя сознание, она видела перед собой яркие всполохи.

— А как же демон?

— Это не демон, а просто питающиеся завитки. Демон где-то в другом месте, охраняемом Обществом. Спар и Кес позаботятся об этом.

Земля резко приблизилась.

— Чёрт возьми, Фил!

Мир вновь потемнел.

"Проклятье, только не снова".

— … по крайней мере, ей понадобятся ещё день-два, и это при условии, что она очнется без признаков дезориентации или более серьезной травмы. Ваша невеста сильно пострадала, мистер Ливингстон. Надеюсь, полиция сможет найти того, кто с ней сделал это.

Фил было плевать, найдёт ли кто-нибудь остатки Монреальской ячейки Общества Мрака, но если и да, то оставалось надеяться, что они наткнутся лишь на их останки. Крошечные, окровавленные останки, по которым ползали бы личинки.

Застонав, она заставила себя открыть глаза и начала задыхаться, словно за четыре минуты пробежала два километра. Никогда в жизни она ещё не переживала такую усталость, мерзость и отвратительный дискомфорт.

Если она в больнице, то ублюдки должны, как минимум, оплатить лечение.

— Фелисити.

Она хотела повернуть голову, но ощутила такую боль, что вскрикнула.

Фил узнала голос Спара, и даже больше, поняла, что он в облике человека, а не гаргульи, но прежде чем смогла увидеть его, какой-то садист в белом халате появился перед ней, поднял её веко и посветил в глаз фонариком.

— Мисс Шалтис, вы знаете, где находитесь? Можете сказать, что чувствуете?

Так как закатить глаза Фил не могла, она позволила врачу проверить реакцию зрачков и ощупать голову.

— Я в больнице, — попыталась выдавить она, но получилось лишь "больнице" и то так, словно проквакала умирающая лягушка.

— Хорошо. Как вы? Что болит?

— Полная развалина.

— По шкале от одного до десяти, где один это ничего не болит, а десять самое страшное, что только можно представить.

Так она могла представить себе многое, в том числе и ощущение ножа, рассекающего плоть и кости, Фил поморщилась и сосредоточилась.

— Семь и три четверти.

— Ладно, я пришлю медсестру с обезболивающим. Вы пережили чертовски тяжёлую ночь. Несколько ножевых ранений, сломанная ключица, три сломанных кости в руке, многочисленные ушибы и раны, легкая гипотермия и адское сотрясения мозга. Ваш жених рассказал, что на вас напали почитатели какого-то культа. Вы что-нибудь помните о произошедшем?

Ну, она точно не помнила, чтобы Спар делал ей предложение, но она сомневалась, что доктор спрашивал об этом.

— Кое-что, — выдавила она, понимая, что это не его дело. — Всё, как в тумане.

— Не удивительно, учитывая тяжесть травмы головы. Кто-нибудь будет регулярно проверять вас всю ночь и будить, чтобы удостовериться, что вы отвечаете правильно, без нарушения речи.

— Хорошо. — Чёрт, она бы согласилась принимать Испанскую Инквизицию всю ночь, если они принесут с собой обезболивающее, которое врач обещал, пока щупал её голову.

— Вам очень повезло, мисс Шалтис, но нужно время на восстановление. — Доктор убрал в карман фонарик и отступил в сторону.

— Полиция хотела с вами поговорить, но я сказал им вернуться после полудня, чтобы вы пришли в себя. До этого отдыхайте, я пришлю медсестру.

— Спасибо.

Она закрыла глаза. Чтобы держать их открытыми, нужно было слишком много сил, которых у неё не оказалось. Фил услышала, как закрылась дверь, затем какой-то шорох и ощутила нежное прикосновение пальцев к щеке.

Спар. Пошевелится было не вариантом, так что она не могла накрыть его руку своей, как и повернуть голову, чтобы поцеловать его ладонь, поэтому она просто немного подалась к его руке, прошептав в тишине его имя.

— Спар.

— Я люблю тебя, Фелисити. — Его голос пронесся по её телу, почти снимая всю боль, и она почувствовала, что улыбается.

— И я тебя, — прошептала она и вновь отключилась.

В следующий раз Фил очнулась от ощущения, что кто-то дёргал её за руку. Открыв глаза, она увидела, что медсестра поправляет капельницу, воткнутую ей в вену.

Через несколько секунд боль, чуть не заставившая Фил свернуться в клубок, отступила, а по венам растеклось благословенное облегчение, так же известное как морфин. Вздохнув, Фил позволила себе расслабиться.

— Ох, хорошо, вы очнулись и не ворчите на меня, — поддразнила медсестра. — Какая милая смена настроения. Кстати, я Джейми. Полагаю, ваш жених знает, что не стоит пытаться разбудить вас. Вы можете быть такой грубой.

Осмотревшись, Фил поняла, что бой кувалд в голове стал не громче шума колотушки, а желание проблеваться не возникало при каждом движении. Прогресс! К несчастью, она поняла, что кроме Джейми и её в палате никого не было.

— Куда он ушёл?

— Только вниз, дорогая, — поспешила успокоить Фил медсестра. — Приходили ваши друзья и уговорили его пойти в кафе поесть. Он почти двенадцать часов не отходил от тебя! Бедолаге нужно подкрепиться. Парню его телосложения необходимо много еды.

Фил расслабилась и улыбнулась медсестре.

— Точно. Рада, что он ест.

Хотя обрадовалась она, потому что поняла, что он ушёл не навсегда.

Она его всё равно потеряет, но надеялась, когда выздоровеет, в последний раз заняться с ним сексом, прежде чем он нырнёт в каменный спальный мешок. Фил не была готова его отпустить.