Возмездие
Шрифт:
Меня беспокоят твари из чёрной жижи. Ага, они до сих пор нас преследуют. То здесь, то там на сером кирпиче проступают их уродливые физиономии. Способность протискиваться сквозь мельчайшие трещины — очень удобна.
— Подождите, родные… мы вместе вернёмся на пляж… уже совсем скоро… — прошептала воительница, поглаживая пальцами залитую кровью и жиром поверхность клинка. С кем она говорит? Надеюсь, не с «душами ушедших». Боже, упаси свою дщерь от веры во всякую мистику ненаучную!
Чтобы привести спутницу в чувство, я пинком вышибла ближайшую дверь и повелительным тоном произнесла:
— Привал на покушать!
Хокори уже открыла рот, собираясь возразить, поэтому я добавила:
— Приказ санкционирован офицером Андропонии, мной! Все возражения через дуэль!
Что, дорогая, нечем крыть? То-то же! Нечего превращать МОЁ задание в личную вендетту!
* * *
Астра:
Выбранная наугад комната встретила нас запахом нафталина. Внутри стояли укрытые тканью серванты и стулья из красного дерева, обтянутые пятнистыми шкурами. Склад мебели? Неважно.
Смахнув пригоршню пыли с небольшого туалетного столика, я разложила на нём наши припасы. Можно сотню былин сложить о вечной стойкости духа и стремлении к цели, однако голод не тётка, во двор не выгонишь. Пустой живот даже величайшего героя сведёт в могилу.
Магический жест и простенькое начертание согрели мяско. Приятный запах оленинки быстро одолел затхлость сырого подвала. Селёдка стояла позади, наблюдая за моими нехитрыми манипуляциями…
— Апчхи! — Я едва успела ей рот ладонью прикрыть.
— Будь здорова.
— Прости, здесь так…
— У людей на «будь здоров» принято говорить «спасибо». Извиняться будешь, когда что-то плохое сделаешь.
— А-ага, спасибо.
— И не забывай рот прикрывать, если чихнуть хочется, вот тебе платочек.
— Поняла.
Взгляд Хокори просветлел, холодная ярость отступила. Принюхиваясь, она то и дело косилась на еду. Питомец мой, ей-богу.
— Дверь на место поставь и садись кушать. Оружие магов за следующим поворотом, отдохнём перед последним шагом.
Под землёй невозможно понять — день сейчас или ночь, благо в углу нейроинтерфейса есть часы. Развалившись в кресле, я тяжело вздохнула. Вроде только-только проснулась, а уже полночь…
— Какой у нас план? — набив полную моську, спросила рыбина. И когда уже манерам научится?
— Пойду с Обозревающим Небеса разговаривать, будем надеяться, он выслушает.
— Да *****?! Порежем его на куски и дело с концом!
— Думаешь, смерть дедушки что-то изменит? Людей кормили ненавистью к «монстрам» за сто лет до основания Лампары. Покажись любому имперцу в своём истинном облике, он за вилы схватится, не раздумывая. Нужно действовать тоньше, подготовить почву…
— Видела я, как они с акулинами поступают! — Хокори сморщила верхнюю губу. — Зря только воздух будешь трясти!
— Послушай…
— Не стану! Человеки были моими врагами, ими и остались! Я — твой телохранитель, буду исполнять свой долг даже ценой жизни… — Подружка прищурилась, нехорошо взглянув на меня исподлобья. — Ровно до той поры, пока считаю тебя родной.
— Т-ты чего это?! Намекаешь, что я пойду против химер, на сторону гильдии встану?!
— Вот и поглядим, — хмыкнула воительница, закинув в рот очередной кусок и недвусмысленно сжав рукоять меча.
Дожили! Угрожать она мне ещё будет! Пригрела на груди змеюку! Вот и «благодарность» за доброту…
Селёдка с самого детства одна, единственный её близкий — чудовищно сильный ангел-нахал, любитель кожаного тряпья! Ей некого терять!
— Я… когда я покидала замок дядюшки с Энтинусом… у меня были мама и папа… Теперь… их нет… — В горле встал ком, благо глоток из фляги помог не разреветься. — Если… если установится мир… дедушка и дядя выживут! Никому больше не придётся страдать!
— Боюсь вас разочаровывать, офицер, однако вероятность успеха данного плана…
— Ты чего вылез, Железка?! Тебя не спрашивали!
— Отбросьте наивность, прошу вас. Глава гильдии, считайте вчера, собирался выпотрошить мою носительницу, как утку.
— Заткнись! Это приказ! — Я ажно подскочила. Разговор с рыбиной перетёк в ссору с профессором.
— Отклонено — мозговые импульсы пользователя хаотичны. Успокойтесь и повторите попытку.
— Ага, ага, да, чудесно! Вы все такие замечательные, умные, пока самих петух жареный в зад не клюнет! У меня ведь… почти никого не осталось…
В итоге… слёзы, крупными, горячими каплями таки хлынули по щекам… Довели, гады!
— Астра, — Селёдка встала и положила руку мне на плечо, — близкий не тот, кто связан с тобой кровью, а тот, ради кого ты готова проливать кровь…
— Я и готова! Пусть хоть всё до последней капли выжмут, лишь бы… лишь бы моё поганое сердце перестало болеть! Хватит взрослую из себя строить, чёртова…!
Хлесь!
Не меняясь в лице, рыбина выписала мне звонкую пощёчину, сдобренную красной маной. Боли я не почувствовала — поле костюма сдержало удар, но само действо… вышло отрезвляющим.
— Лучше?
— А… да, вроде…
— Идём искать твоего «близкого». Я ему руки не подам после всего, ты же… поступай, как знаешь. Твоя миссия.
* * *
Остаток пути прошёл в молчании — девушки были слишком напряжены, чтобы выяснять отношения. «Не время и не место».
Коридор закончился массивными вратами с плотно приточенными друг к другу металлическими створками. Астра, как и в прошлый раз, приложила ладони, собираясь «вскрыть замок», однако дверь молчала, ни единого всполоха маны. Девочка попыталась применить грубую силу, ударить, толкнуть — без толку.
— Дай-ка я… — Хокори уже подцепила силу, облачившись в беснующиеся алые ленты, когда позади, из стен, сквозь сырой кирпич, начали просачиваться десятки чёрных существ.
Твари, чавкая и рыча, бросались друг к другу, сплетаясь своими склизкими телами в единую, бесформенную массу.
[«Ничтожные», значит, да, профессор?] — хмыкнула Росса, принимая боевую стойку.
[Поодиночке — разумеется. Полагаю, дальнейшая скрытность избыточна — все вспомогательные системы активированы.]
Тем временем сонм чёрной грязи вытянулся, обретая человеческие очертания. Первой появилась голова, затем руки.