Чтение онлайн

Видеть этого Хэкет не мог, но ужасные пилящие звуки подсказали ему, что лезвие, которым орудовал Кёртис, имеет зазубренную кромку.

Мастерски владея инструментом, Кёртис удалил часть затылочной кости размером два на три дюйма и положил ее на стоявший под рукой металлический поднос.

Даже издали Хэкет разглядел серое вещество, показавшееся в провале черепа. Собрав всю свою волю, он справился с рвотными позывами. Ухватившись за дверь, он спрятался за ней: одна часть его существа приказывала ему бежать прочь от этой кошмарной сцены, другая приковала, понуждая досмотреть до конца. Используя инструмент, напомнивший Хэкету кусачки, Кёртис вскрыл позвоночник.

Звук сломанной кости, похожий на выстрел, эхом прокатился по подвалу, голова лежавшего на столе мужчины будто подалась вперед, лишившись поддержки твердого остова.

Хэкет видел, как из вскрытого черепа сочится кровь, обагряя руки Кёртиса, но тот, казалось, не замечал этого.

Он взял небольшой пинцет, еще один скальпель и принялся проталкивать концы пинцета в глубь мозга, захватывая что-то в его окровавленных складках.

Осторожно вытаскивая пинцет с зажатым в нем гипофизом, Кёртис улыбался. Одно точное движение — и железа у него в руках. Он держал ее перед собой, как драгоценный трофей, любуясь ее лоснящейся поверхностью, затем опустил в сосуд с прозрачной жидкостью.

У Хэкета сдали нервы.

Он повернулся и бросился прочь, одержимый одним стремлением — оказаться подальше от этого места и немедленно сообщить все в полицию. Рассказать жене. Сью! Сью! Что Кёртис сделал с ней?..

Хэкет поскользнулся на ковре, упал, снова поднялся, уже не беспокоясь о том, слышит его Кёртис или нет. Он вломился в очередную дверь, пробежал коридорчик, приемную и бросился к двери, выходящей в холл.

Скорее, скорее к машине!

За спиной зазвучали шаги — Кёртис поднимался по лестнице. Хэкет распахнул дверь и оглянулся, уверенный, что опережает доктора. С улыбкой облегчения он вбежал в прихожую. У него на пути, преграждая дорогу к выходу, стоял человек. Он поднял взгляд.

И его глаза в ужасе вылезли из орбит, он упал на спину и закричал так, что у него чуть не разорвались легкие.

— Не понимаю, — прошептала Сью Хэкет, — зачем вы это делаете? — Слезы продолжали непроизвольно литься по ее щекам.

Рональд Миллз сорвал очередной струп с левой руки и молча мял его в затвердевших пальцах.

— Зачем вы убили Лизу?

— Разве это важно? — улыбнулся он. — Дело уже сделано.

Он приблизился к Сью, взял ее за плечо, словно собирался массировать его. Но тут же суставом указательного пальца надавил в ямку между ключицами так, что она вздрогнула от боли.

— Она была хорошенькой, твоя малышка, — сообщил Миллз. — И такой спокойной.

Сью все еще не могла справиться со слезами, а он уже поглаживал ее по шее, неуклюже гладил по волосам.

— Когда я зашел к ней в спальню, она не произнесла ни звука, — продолжал он. — Даже тогда, когда я забрался к ней в постель.

— Пожалуйста, — тихо попросила Сью.

— Я спросил, как ее зовут, и она ответила мне: «Лиза». Такое красивое имя. — Одной рукой он потянул Сью за волосы, вторую запустил ей под блузку и положил на грудь.

— Прекратите! — всхлипнула Сью.

— Когда я достал нож, она решила поднять шум, — произнес Миллз. — Я подумал, что она заплачет. Поэтому пришлось закрыть ей рот рукой.

Слезы струились по лицу Сью, стекали по подбородку, капали на лапавшую ее руку Миллза. Он ухватил ее за одну грудь и так сильно сжал, что Сью застонала от боли.

— Когда я начал ее резать, она пыталась кричать, — мягко проговорил он, чувствуя, как поднимается его член от этих воспоминаний. — Но я ее утихомирил. — Он улыбнулся. — Я втолкнул ей в глотку нож, видела бы ты, как распахнулись ее глаза, будто какая-то пружина сработала в ее голове. Я нажал сильнее, и глаза ее раскрылись еще шире. Чем дальше я проталкивал нож, тем шире раскрывались глаза. Я подумал, что они прямо-таки выскочат из головы.

Сью беспрерывно плакала, рука Миллза грубо мяла ее грудь. — И когда я трахал ее, — вздохнул при этом воспоминании Миллз, — она была такая тугая. Такая восхитительно тугенькая!

— Ты грязный псих! — взвыла Сью, и снова ее стали сотрясать рыдания.

— Я псих? — спросил он, чуть отступив. — Разве сумасшедший мог бы провести такую работу, какую провел я? Выследить вас здесь и спланировать свою месть?

Сью только трясла головой, щеки ее горели, в глазах помутилось.

— Я собираюсь убить твоего гребаного мужа, — сообщил он. — И знаешь, почему?

Сью не переставая лила слезы.

— Знаешь?! — зарычал он.

— Нет! — завопила она, содрогаясь всем телом. — Нет! Нет!

Миллз сделал шаг вперед, выставил перед собой нож и, приставив острие к подбородку Сью, надавил, приложив ровно столько силы, сколько нужно, чтобы проколоть кожу. Крохотная струйка крови побежала по ее шее.

— Потому что он убил моего друга. Единственного моего друга. Твой муж убил его. Заставил упасть под поезд. И я все это видел. Я видел, как он это сделал, и теперь поплатится за это.

— Разве вам не достаточно нашего ребенка? — всхлипывала Сью.

Миллз коварно улыбнулся.

И принялся расстегивать блузку Сью.

— Достаточно? — прошипел он, кривя губы.

— Да я только начал.

Хэкет был совершенно уверен, что разум оставил его. Он сошел с ума, вот в чем дело. Человек в здравом рассудке не может увидеть то, что Хэкет видел сейчас перед собой. Он стал отползать по полу назад, когда фигура сделала шаг по направлению к нему.

Учитель попробовал подняться, но, похоже, силы окончательно покинули его. Он чувствовал, что на него накатил приступ медвежьей болезни, а волосы встали дыбом. Он медленно покачал головой, мучительно раздумывая, на самом ли деле он вдруг сошел с ума.

Существо, смотревшее ему в лицо, походило на кошмарное видение. Никакой мозг, каким бы большим он ни был, не смог породить образ, который бы отдаленно напоминал то, что предстало сейчас перед учителем.

Никакой кошмар не мог быть настолько ужасным.

Оно было полных шести футов ростом, около пятнадцати стоунов весом, возможно — больше. Громадный человек. Человек?.. Помутившийся ум Хэкета внес поправку — чудовище, стоявшее перед ним, не было человеком. Две ноги поддерживали огромный торс, слишком мощный, слишком тяжелый, чтобы его могли носить даже такие мощные конечности.

Бледная кожа, руки покрыты черными волосами. В этих руках ощущалась громадная сила. Хэкет мог видеть каждый рельефно очерченный мускул чудовища. Кисти свисали огромными кувалдами, сами же лапищи казались слишком длинными для человеческих и скорее походили на обезьяньи. В грудной клетке туловище неимоверно расширялось, и под тонкой рубашкой, напяленной на чудовище, просматривались странные выпирающие наросты, один под правым соском, другой — на левом плече.