Чтение онлайн

Но это еще не все. Солнце ударило мне в лицо, а чьи-то руки стащили с меня шлем. Звуки стали громче, крики отчетливее.

Ага, честные горожане должны видеть наши мерзкие бандитские рожи.

Эстегон взмахнул своими черными кудрями, его шлем тоже валяется на земле рядом с моим. Он невозмутимо стоит с гордо вскинутой головой. Где бы мне набраться такой силы духа. Остро захотелось шлепнуть себя по щеке — там кто-то ползает и шевелит своими мерзкими лапками.

— Оу! — Впервые почувствовала укус местного комара или мухи. Довольно болезненно. Поднимаю глаза вверх и к своему ужасу вижу над собой гудящее от предстоящего пиршества облако насекомых.

— Держись, Лера! — Эстегон дернул головой, уворачиваясь от летящего камня.

Я была не так ловка, и косточка какого-то местного плода величиной с яйцо угодила мне в лоб. На глаза навернулись слезы, но я стиснула зубы. Только не реви, закричала на себя, покажи этим обезьянам, кто тут человек.

Эстегон открыто смеется над толпой, поэтому львиная доля внимания достается ему. Я мысленно поблагодарила его и, в который раз, обозвала долбанным рыцарем.

Он даже в таком состоянии пытается прикрыть меня, — успеваю подумать, прежде чем брошенный чьей-то меткой рукой камень разбивает мне бровь. Кровь тонкой струйкой потекла по щеке, заливая правый глаз. Мошкара с плотоядным воем накинулась на мое лицо.

Через час я уже перестала реагировать на боль от ударов. Полное отупение овладело мной. Какая-то часть сознания еще держалась во мне, не давая полностью отключиться от этого кошмара, поэтому я услышала, как сквозь толпу протиснулся Рой. Видно мне было плохо из-за насекомых и крови, но голос его я ни с чьим другим не спутаю.

— Рандор, эти люди — моя собственность, и они мне нужны живыми.

— Тебе бы надо о себе подумать, а ты о людишках волнуешься. — Голос вождя звучал насмешливо и беззлобно.

— Пока я не осужден, мое имущество не может быть тронуто. — Рой не реагировал на насмешку и держался ровно. — Убери их с площади.

— Ба, да он еще и командует. — Рандор усмехнулся. — Ты ничего не перепутал, сейчас нам не по десять лет и ты не вожак нашей малолетней банды.

— Хорошо, я прошу тебя, убери моих пленников с площади. — Голос Роя смягчился, и в нем действительно появились просительные нотки.

Огромная черная горилла с золотым обручем на голове удовлетворенно кивнула.

— Совсем другое дело. — Мириам кивнул своим бойцам. — Заметь, нарушаю приказ отца только из уважения к нашему героическому прошлому.

Дюжие мохнатые чудища ловко отвязали меня и, подхватив под руки как куль, подняли головы на своего принца.

— В подвал обоих. — Коротко бросил Рандор.

Толпа вокруг недовольно заворчала.

Вот видишь, что ты наделал. — Мириам обнажил клыки, в улыбке обращаясь к Рою. — Лишил развлечения столько народу. Совесть у тебя есть?

— Это моя собственность. — Истар по-прежнему оставался мрачен. — Развлечения твоих подданных ее испортит.

— Вот за это вас белых и не любят. — Рандор издевается уже в открытую. — Уж больно вы меркантильны и расчетливы. Нет в вас буйного веселого духа настоящих истмари.

Носители этого самого буйного духа как раз тащили меня мимо. Ловлю на себе взгляд Роя и вижу в нем только жалость и боль.

Насколько же жутко я сейчас выгляжу, если он на меня так смотрит, проносится в голове. Представляю, лицо распухло от укусов и метких попаданий. Синяки, рассечения и волдыри, а где-то в глубине всего этого один открытый глаз, а второй заплыл и почти ничего не видит.

Красава. Ну и плевать, пусть видит меня такой. — Черчу безвольными ногами по земле. — Никто мне не нужен, лишь бы вырваться отсюда.

Слышу впереди скрип открываемой двери, затем мои ступни больно пересчитывают ступени и, наконец, лечу в столь долгожданную охапку гнилой соломы. Закрываю глаза. Вот оно счастье. Никто не жужжит, не жалит и не бросает в лицо камни. Просто покой. Не трогайте меня лет сто, я полежу здесь тихо, никого не трогая, только не лезьте ко мне.

Рядом, с грохотом, падает тело гранда. Морщусь, зачем так шумно. Оставьте же меня в покое. Поджимаю ноги и складываюсь как эмбрион в вонючем, соломенном чреве. Кажется, последние силы оставили меня, ничего не осталось. Может умереть здесь и больше не мучиться. Отличная мысль, никакой больше боли и мучений. Умерла и все, полный покой.

— Лера! Лера! — Эстегон прерывает мой жалостливый бред.

Но я не хочу пробуждаться, я хочу увидеть горестную мину моего деда, когда ему выбросят обратно в наш мир мой холодный труп. Жаль только, что я не смогу в этот момент уничтожающе бросить, — ты этого хотел, дедуля?

— Лера! Да очнись же ты, наконец. — Гранд трясет меня как грушу, а я вижу лицо деда и кричу во весь голос.

— Что, ты этого хотел, этого?

Эстегон лупит меня по щекам и я, наконец, прихожу в себя. Лицо деда пропадает, зато появляются испуганные глаза гранда.

— Лера, что с тобой!

Де жавю, меня так уже лупасили по щекам, только тогда это был Рой, и я сказала ему.

— Хватит уже! Понравилось маленьких девочек обижать.

— Лера, о чем ты! Каких девочек?

— Не понял, дурачок. — Хихикаю как идиотка.

Но сознание потихоньку возвращается, начинаю осознавать реальность. Вижу Эстегона, его озабоченный взгляд, слышу свой безумный смех. Все хватит! Надо просыпаться.

Приподнимаюсь и пытаюсь сесть. Руки затекли и плохо слушаются, но мне все же удается.

— Ну, слава богу, вернулась. — Эстегон вглядывается в мои зрачки. — Напугала ты меня до ужаса, думал уже все, с ума сошла.

— Не дождетесь. — Стараюсь улыбнуться тем, что когда-то было моими губами.

Гранд радостно улыбается мне в ответ.

— Молодец, Лера! Мы еще вернемся и сожжем это поганый городишко дотла.

— Хорошая мысль. — Мстительная искра вспыхивает во мне. — Как стану королевой, вернусь и запалю здесь все.

Вопросительный взгляд Эстегона говорит, что я сболтнула чего-то не то. Надо срочно менять тему.

— Как я выгляжу? — Пялюсь на него своим единственным видящим глазом. — Только честно. Ужасно?

— Если честно, — парень сердобольно вздыхает, — то да, неважно.

— Красавицей тебя сейчас точно не назовешь. — Он смотрит на меня и давит рвущийся из него смех.

— Что так ужасно? — И мне почему-то тоже становится смешно.

— Хуже. — Эстегон уже еле сдерживается. — Ты бы себя видела. Жуть!

Он уже ржет в голос, и я глядя на него, не могу удержаться. Хохочу, аж живот сводит, и не могу остановиться. Рядом катается от хохота гранд.