Чтение онлайн

После осмотра нескольких специалистов и МРТ Сану направили на дополнительную консультацию к хирургу.

— Войдите! — доктор Шанталь оторвала глаза от монитора и перевела взгляд на посетителя — Прошу вас, Александр! Я как раз смотрю ваше дело, возникли некоторые отклонения от нормы, их заметили на результатах томографии.

— Что-то серьезное?

Сана впервые видел нового врача. Интересная женщина, около тридцати, густые волосы убраны с узел на затылке, ни грамма косметики на ухоженном спокойном лице. Все в ней выдавало профессионалку.

— Снимите, пожалуйста, майку, — она поднялась и вышла из-за стола, чтобы помыть руки. Белый халат выгодно подчеркивал красивую фигуру, такому врачу приятно отдавать себя в руки — Повернитесь спиной!

Она прошлась пальцами вдоль позвоночника, несколько раз задерживаясь на одном участке, попросила поднять руки. Задала несколько попутных вопросов, касающихся самочувствия.

— Никаких болей. Нагрузки нормально. — коротко отвечал Сана

— Как на счет бедра?

— Не хотите объяснить, в чем проблема, доктор?

— Пока не могу… мне надо закончить осмотр.

Пока она ощупывала его ногу, Сана заметил ответную реакцию своего организма, нормальную для мужчины, но никак не уместную для роли пациента. Он невольно опустил взгляд на «коленопреклоненного» хирурга в надежде, что она вовремя остановиться и не станет исследовать его более подробно. В это самый момент рядом с кабинетом послышались шаги, дверь открыла уверенная рука и на пороге появился сам доктор Герхард, а вместе с ним Кетрин.

На их приход врач не отреагировала почти никак, если не считать короткого приветствия, зато юная ассистента мгновенно изменилась в лице. На ее щеках выступили красные пятна, а в серых глазах загорелся нехороший огонек. У нее только что закончился домашний арест, а первый же выход из дома дед связал с началом практики.

Полураздетый Сана и хирург на коленях перед ним были слишком большим испытанием, особенно после того объяснения в больнице. Ей захотелось применить один из приемов айкидо к этой красивой шатенке и пришлось собрать всю волю, чтобы ничем себя не выдать. Наконец, осмотр окончился, и доктор Шанталь попросила Герхарда посмотреть результаты и записи в медкнижке. Сану пока попросили выйти, позволили покинуть кабинет и Кетрин.

Как только оба они оказались в коридоре, терпение покинуло мисс Грехард. Она стремительно подошла к телохранителю, села рядом на кушетку и заговорила раньше, чем он успел что-то объяснить.

— И это после того, как ты просил не скрывать ничего друг от друга? Почему ты здесь?

— Обычный осмотр. Кет, у меня в костях натыкано полно железа, за ним нужно следить. — он старался говорить тихо и спокойно.

— Ничего себе осмотр! Если только я займу место деда, духу ее здесь не будет!

— Она врач, Кетрин, перестань!

— Она голодная стерва! Зачем только дед привез меня сюда, это что такая проверка?

— Вполне может быть. Не забывай, у него были причины сомневаться во мне… в нас с тобой, Кети. Не надо давать лишнего повода, это не кончится ничем хорошим.

Она вспомнила разговор в больнице и замолчала. Тогда, после неудачного эксперимента с таблеткой, Сана многое ей сказал о своих чувствах и об их неопределенном будущем. Просто уехать и начать с нуля было нереально, слишком длинные руки у Герхарда и слишком сильно он любит внучку. Путь лежал только через обретение независимости. Ради этого Кет готова была молчать, ждать и притворяться столько, сколько потребуется. Сегодняшнее ее испытание к счастью подошло к концу. Дед вышел из кабинета и позвал ее с собой, а пациент 1268 продолжил общение с медиками, которые просвечивали, прощупывали изучали состав его крови.

В конце рабочего дня Раш Герхард ждал отчета от комиссии. Особенно интересовало его мнение психолога, который появился точно в указанное время, зная педантизм начальника.

— Слушаю, — Герхард снял очки и устремил на коллегу бесцветные глаза под тяжелыми веками.

— Случай незаурядный. Я провел тестирование и оценил записи с камер. Вы знаете, что я скептически был настроен с самого начала. Наш пациент вполне стабилен и с его управлением не наблюдается никаких сбоев, кроме одного.

— Какого? — ни один мускул не дрогнул на лице старого доктора, его руки со скрещенными пальцами неподвижно лежали на столе.

— Его эмоциональная связь носит не только рабочий характер.

— Подробнее, прошу вас.

— Привязанность, дружеские чувства и физическое влечение.

— Хотите сказать, они состоят в любовных отношениях?

— Вне всякого сомнения.

— Значит, Кет влюблена в него… что ж, это выходит за рамки. Где-то я серьезно просчитался… — он говорил скорее с самим собой — Гены — это загадочная сфера.

Решить проблему с одного набега было нельзя. Это нарушило бы чистоту эксперимента, нужен был новый план и какое-то время на воплощение. Пока Герхард принял решение не вмешиваться в ситуацию и наблюдать со стороны. Наблюдать…. Александр почувствовал это кожей. Когда он был еще салагой и их закинули в джунгли недалеко от противника, старшина высказал одну жестокую истину: выживает только тот, кто все видит и слышит, кто чувствует спинным мозгом. Расслабился — погиб, отвлекся — погиб. Сейчас у него появилось знакомое чувство, как будто ему дышат в затылок, но только теперь нужно было защищать и себя, и Кетрин.

Какие бы планы не строит господин Герхард, выпускной в школе никто не отменял. Кетрин предпочла бы отделаться получением аттестата, но мечтать об этом даже не приходилось.

— Участие в общественных мероприятиях — это не столько развлечение, Кетрин, сколько обязанность. Ты же знакома с историческим традициями? В прошлом аристократы не представляли себе без этого жизни и получить твою визитную карточку мечтало бы большинство тех, с кем ты сейчас учишься. Запомни это и используй в жизни — по статусу ты выше всех, кто тебя окружает, держи спину ровно и голову высоко.

— От меня потребуется речь, а ты знаешь, как я их не люблю, — понуро проговорила Кет.

— Я тоже не великий оратор, но меня цитируют во многих изданиях и даже на некоторых страничках твоих любимых соцсетей. Я помогу тебе написать текст, и мы отрепетируем выступление. И да, ты уже выбрала платье?

— У меня не было для этого времени… — ответ явно был не из тех, которые устроили бы Герхарда.

— У каждого из нас двадцать четыре часа в сутках. Своим временем ты распорядилась неправильно, и сама это признала, ведь так?