Чтение онлайн

Смотрю на нее, и чувства путаются. Красивая. Нет, я бы даже сказал идеально-красивая! Настолько правильные черты лица и тела, что кажется, перед тобой умело созданная скульптура гения. Светлая фарфоровая кожа, черные, как уголь волосы, уложенные волосок к волоску. Одежда самых дорогих брендов; украшения из драгоценных камней, поражающих твое воображение; шуба из натурального меха – моя семья была богата, но то, что носила моя мама, не шло ни в какое сравнение с тем, что было надето на этой женщине.

В каждом ее движении читалось столько превосходства, элегантности, и я бы сказал шика, что дух захватывало. Она знала себе цену. И эта цена была непомерно высока. Но все же, передо мной была бездушная и пустая статуя. Невероятно прекрасная, но всего лишь статуя.

Не осознавая своих действий, я двинулся в ее направлении, и остановился, когда услышал разговор.

– Кризис миновал, но сейчас я волнуюсь за психическое состояние вашей дочери. Ей необходима помощь специалистов. То, что пережила ваша девочка, не каждый выдержит.

– Вы хотите сказать, что она сошла с ума? Ей нельзя! У моего мужа имеются на нее большие планы, а то, что я сейчас видела… Почему она молчит и не реагирует на меня?

– Она только вчера пришла в сознание. Мне необходимо провести еще ряд анализов и тестов, но смею предположить, что это следствие произошедшего. Но она ни в коем случае не сошла с ума, как вы выразились. Я могу вам посоветовать одного очень хорошего психотерапевта, но реабилитация может занять месяца, годы. Все зависит от самого пациента.

– Боже! Этот ребенок с самого рождения портил мне жизнь! Ладно, так я могу забрать ее домой?

– Я бы не советовал этого. У нее была очень тяжелая травма головы, помимо всего остального. В любом случае сейчас лучше не тревожить ее. Телу нужно больше времени на восстановление. Может быть через тройку недель – слова доктора не понравились ей. И она очень хорошо дала понять это.

Не в силах больше выслушивать слов этой стервы, я решительно двинулся вперед, уже осознавая, что сделаю все, для спасения и защиты Габриэллы. Но мои ноги перестали двигаться, когда я узнал ее. Когда понял, кому принадлежала жизнь девушки, ставшей для меня настолько важной и оказавшейся знакомой мне.

Встряхнув головой, я вернулся в реальность. Моя рука лежала на ручке двери, и теперь я был готов, повернуть ее и узнать, что происходит внутри. Медленно, словно опасаясь, я зашел внутрь. Громкость, с которой звучала музыка, оглушала. Создавалось ощущение, словно она наполняла собой все пространство комнаты, вытесняя все остальное. Но это было только до того момента, пока я не увидел Габи.

Она сидела на полу, подогнув под себя ноги и схватившись руками за голову, качалась из стороны в сторону. На ней была надета одна из моих рубашек, уже запачканная краской. Пальцы, ладони, кисти рук – они тоже были перемазаны смесью различных оттенков. Она рисовала что-то, но видимо картина расстроила ее, потому что холст, лежавший перед ней, был уничтожен. Разрезан и разорван на множество лоскутов.

– Габи, что произошло? – я присел перед ней, и попытался убрать руки, но она резко оттолкнула меня, что я даже упал. С непониманием я уставился на нее, но она не смотрела на меня. Ее взгляд был безучастным и отстраненным. Обхватив себя за плечи, она продолжила раскачиваться.

– Малыш, что происходит?

– Много. Слишком много пустых глаз. Они живы, но внутри них все давно умерло. Бездушные – вот кто они. Их нельзя спасти, потому что они не знают другой жизни. Но старшие… Там еще живет надежда. Те, кто не искусились. Тех, кого не поглотил беспощадный мир похотливых хищников – за них еще можно бороться. Но одной мне не справится. Одной мне слишком страшно. А тебя нет. Тебя нет…

– Только не это – мои руки затряслись, когда я понял, что произошло. Сумрак. Габриэлла ушла в сумрак!

Глава 6

Вернон

Я не понимал, что произошло. Что я сделал не так?! Прошло пять дней, как она оттолкнула меня и уехала. Да, в тот раз наш поцелуй превратился в нечто больше, чем мог ожидать кто-то из нас. Это была страсть, неприкрытое желание, столкновение двух стихий. Нам обоим снесло крышу. Кристин первая оседлала меня и начала раздевать. Мой мозг не соображал, все, что оставалось – это эмоции, ощущения. Я прижимал к себе ее разгоряченное тело так крепко, что не оставалось и дюйма пустого пространства. Но все кончилось в тот момент, когда я повалил ее на спину и лег сверху. Между поцелуями я шептал слова о том, как сильно хочу ее, и одно время руки девушки блуждали по моей голой коже. Но это длилось недолго. Ей стало вдруг некомфортно. Упершись ладошками мне в грудь, она быстро вылезла из-под меня и поспешно покинула мой дом.

Тогда, я остался сидеть на месте, пораженный произошедшим. Но после, как бы я ни пытался с ней связаться, у меня ничего не выходило. На мои звонки и сообщения она не отвечала, в Колумбии не появлялась. Я даже пытался подкараулить ее у дома, но это тоже не сработало.

Мистер Высокомерие, казалось, пропал вместе с ней. Вчера я даже плюнул на собственную гордость и набрал его номер, но меня быстро переключили на голосовую почту. Может, если бы я был умнее, то еще несколько суток назад осознал, что меня кинули. Но так не хотелось мириться с этой мыслью, что я продолжал делать это дерьмо.

 Но сегодня я принял решение поставить точку. Послать ее, как она сделала это со мной. И звонок Мари помог мне с этим, быстро обеспечив горячее свидание на вечер, а может быть и целую ночь.

Надев черные джинсы и простую обтягивающую футболку, я накинул сверху кожаную куртку и нацепил темные очки на глаза. Добравшись до ночного клуба, в котором мы с моими ребятами часто зависали, я прошел внутрь и двинулся в сторону столика, за которым уже сидел народ.

– О, какие люди! – заметив меня, воскликнул Теренс. Это был тот еще засранец, но он являлся частью команды, и именно через него я узнавал о месте проведения следующей гонки. А еще он отвечал за ставки и наличность. И хотя это была одна из самых безответственных личностей, которых я знал – парень заслуженно назывался моим другом.

Отсалютовав ему двумя пальцами, и кивнув остальным в знак приветствия, я рухнул на кожаный диван, закидывая руки на его спинку. Я знал, что здесь мне удастся забыться на какое-то время, хоть это будет и не лучший способ. Но на большее я не тянул.

– Жалкое зрелище, приятель – приземляясь рядом со мной, сказал Роб.

Я ничего не ответил ему, потому что говорить о сучке Оуэна мне не хотелось. И хотя я еще ничего не рассказывал Робу о ней, он знал, что что-то происходит. В тот первый раз, когда она села ко мне, он видел нас. Предпринимал несколько попыток отговорить меня от всего, что бы я ни задумал. Но я только отнекивался, говоря, что это ничего не значит. Вот только сейчас, это «ничего не значит» влияло на меня. Чертовски сильно влияло.

Окинув взглядом рядом сидящих, я заметил пару ребят знакомых мне. Они всегда тусовались рядом, не пропускали ни одного заезда. Единственно, я не мог вспомнить больше половины имен парней, которые сейчас были здесь.

Увлеченно обсуждая что-то, все пили и смеялись. Рядом с некоторыми сидели девушки, руки которых находились на телах их спутников. Знакомая привычная атмосфера – только я не мог включиться в нее.

– Привет, милый – в нос ударил резкий запах спонсорских духов и сигарет. Сев в максимальной близости ко мне, она тут же смело положила одну руку мне на грудь, а другую – на бедро. Губы девушки прокладывали дорожку поцелуев от моей шеи к скулам, и я был готов поклясться, что следы яркой помады останутся на моей коже, потому что только одна фурия могла себе это позволить.