Чтение онлайн

КирРа повернулась к полу-падальщикам.

– Вы желаете зла кому-то из птилаков?

– Да, - ответил вожак, - но клянемся не причинять им вреда, если на то не будет желания нашей Царицы. Клянемся верно служить КирРакКанУа. До последнего вздоха, ибо жизнь наша принадлежит ей.

– Очень громкие слова, - заключила она, не уверенная, что ей самой нравится то, что она услышала. – Торжественные. Значит, жизнь твоя принадлежит мне?

– Да, - твердо ответил он, глядя ей в глаза. – Каждого из нас.

Она знала, что он говорит правду. Чувствовала. Но это еще нужно доказать ПиткКарРу.

– Отсеки им головы, - предложила она Царю птилаков.

– Что? – был откровенно поражен Правитель авантюриновых земель.

Он долго всматривался в её лицо, пытаясь понять, где подвох. Втянул носом запах её решимости.

– Отсеки всем им головы, - повторила она твердо, игнорируя в себе чужую печаль и обречённость.

Их эмоции.

Они готовы были умереть за неё, не колеблясь, но быть просто казнёнными…

Смирение.

«ТелЛани», - пронеслась у неё в голове мысль, пока она пыталась совладать с чужими эмоциями странных существ, которые чувствовала, как свои.

Хранители Тела и Души.

– Что ты задумала? – вырвал её из размышлений и водоворота чувств всех пятерых, Царь птилаков. – Даже если они позволят убить себя, следуя твоему приказу, что, бесспорно, докажет их преданность, ты ведь уже не получишь того, что хотела!

– Но тебе это докажет их преданность? – спросила она.

ПиткКарРу почувствовал, как в нём расправляют крылья негодование и гнев.

От её попыток манипулирования. Им!

Он перевёл взгляд на смиренно стоящих перед ним тварей. Опасных тварей.

Их жизни для него совершенно ничего не значили.

Ну что ж…

Всего какая-то доля секунды и их туши повалились на землю.

ПиткКарРу нахмурился. Надо было заставить их сражаться! Он перевёл яростный взгляд на нелина.

Глава 8. Уговор.

КирРа, как завороженная наблюдала за тем, как к её ногам катилась одна из голов.

Владыка не предполагала, что это может быть настолько тяжело. Нет, больно!

Она осторожно подняла голову и пошла к телу её владельца.

Попыталась перевернуть его на спину, но он был таким тяжёлым…

– Не сметь! – гаркнул Царь птилаков и она непонимающе подняла глаза.

Его яростный предупреждающий взгляд был обращён на троих кронов, стоявших всё это время в стороне.

Кто-то из них хотел ей помочь?

Неважно. Она справится сама. Справится. Обязана справится.

Из уст вырвался отчаянный всхлип. КирРа прикусила губу, не позволяя слезам пролиться.

Зачем она это затеяла?

А вдруг ей не удастся исцелить их?

Вдруг она ошиблась?

Почему она не нашла другой выход?

Почему они такие тяжёлые?

КирРа ещё раз попыталась перевернуть тело на спину. Очень мешали огромные крылья.

Кое-как ей удалось повернуть его на бок. Владыка приставила голову к шее, соединяя атомы его тела: мышц, кости, плоти.

Получалось!

Владыка взмолилась Создателю в благодарности.

Удивительные глаза моргнули. Абсолютно удивительные и неповторимые. Ниточка тумана его багровых глаз потянулась к её руке. Приласкала.

КирРа созерцала это чудо. Эту игру цвета от нежно-багрового до глубокого, уходящего в черноту. Цвет ярости, перетекающий из одного состояния в другое.

– Кин’Арр, - произнесла она, что на языке птилаков означало Ярость.

– Моя Царица, - благоговейно прошептал он.

Она пошла за другой головой.

Кин’Арр на этот раз ей помогал.

Еще одни глаза моргнули и ожили. Бело-серо-чёрные цвета плыли в его глазницах, не застывая ни на секунду, меняясь, смешиваясь друг с другом, то опять становясь контрастно бело-чёрными.

Такие контрастные тона, как, порою, сама жизнь, нет, жизнь более многогранна. Это скорее похоже на смерть.

Смерть неоднозначна.

Для каждого своя.

Кто-то её ждет, зовёт.

Для кого-то она является избавлением, кажется белоснежным спасением.

Для кого-то - мрачным концом, от которого бегут и боятся.

Кого-то она настигает неожиданно.

Кто-то просто принимает её как данность.

Ни белая, ни чёрная. Ни хорошо, ни плохо. Она просто есть.

– Рок'Кх, - произнесла КирРа.

Он улыбнулся.

«Смерть разве должна улыбаться?».

Следующие глаза, открывшись, причинили острую боль.

Палящая белизна стала отступать, тускнеть. Так выжигает Душу лишь боль, лишая тебя интереса к жизни, когда всё вокруг становится неважным, неинтересным, бессмысленным.

– Ти’Аррк, - сказала она. Боль.

– Мне жаль, - чуть виновато ответил он, уводя от неё взгляд.

Последним из четверых оказался вожак.

Его глаза полыхнули живым пламенем. Будто искре дали разгореться и она взорвалась возмущением. Окутала её всю, заплясала вокруг. Где-то в этом пламени скользнула Тень.

– ДэкКарр, - произнесла она вслух и вспомнила Его, третьего Бога, о котором не все знают и часто забывают.

Он поддерживает Равновесие Добра и Зла, Жизни и Смерти, Гармонии и Хаоса, и лишь Создатель знает чего ещё, не являясь ни тем, ни другим, ни третьим.

Человечество знало его под именем Люцифер, но приписывало ему совсем иную роль, считая чистым злом.

Это не так.

Ад – это место, где живет зло, которое иногда являет себя в мир живых для поддержания Равновесия.

Люцифер правит в своём мире, являющимся, своего рода, параллельным этому и, тем не менее, неотъемлемой его частью.…

– Ты по-прежнему будешь утверждать, что просто нелин? – вывел её из раздумий Царь птилаков.

Владыка поднялась на ноги.

– Птилаки питаются жизненной энергией других существ, - заговорила она, - поэтому выживаемость и живучесть у них уникальна. Отсечение головы птилака не убивает, если её приложить обратно до того, как истлеет тело.