Чтение онлайн

— Ох, Сеня, — радостно улыбается она, и новая слеза стекает по краешку голубых глаз. Но уже слеза счастья. — Я, конечно, безумно рада, но ты не забывай встречаться с девочками своего возраста. Не стригись в монахи!

— Постараюсь, — хмыкаю. Уж определись, женщина.

— Еще, сынок: сегодня вечером я улетаю в Москву. Проблемы с рестораном, шеф-повар уволился, надо нового искать, да и Лена долго уже одна, — она обеспокоенно смотрит. — Ты справишься сам с заводом.

— Да вот уже… — и я рассказываю про создание адаптируемой сигнализации за одну ночь и о том, как она уже обеспечивает безопасность экспонатов на выставке, находящейся под покровительством княгини.

Елизавета удивленно открывает рот и даже забывает о дворянском самоконтроле. Радостно, как девочка, хлопает в ладони и едва не подпрыгивает в кресле.

— Сеня! Сеня! Да ты предприниматель от бога! Тебя сам Сварог отправил в наш род!

— Эх, если бы, — вздыхаю. Никакой не Сварог, Бемижар это, скотина. — Ладно, ма, мне же в школу надо, а я еще даже не завтракал.

— Точно- точно, — подхватывается она с места. — Сейчас Тамару кликну, пускай яичницу приготовит.

В дверях появляется Феня в белой рубахе и широком голубом сарафане, подобная яркой бабочке. Рыжая девушка выставляет вперед худенькие руки.

— Барыня, не надо тетю Тамару. Она сейчас лепит пельмени на заморозку. Я сама за молодым барином поухаживаю. Разрешите? — и смотрит жалобно как щенок в приюте.

— Да без разницы кто, Фень, — аж опешила мама. — Если тебе хочется, то конечно разрешаю.

— Тогда пять минут обожди, барин, — строго смотрит на меня служанка.

— Хоть двадцать, Феня, — машу рукой. Прогулял уже и так до фига, так что без разницы, еще уроком больше или меньше.

— Нет, всего пять мину-уточек! — выпевает Феня.

И девушка с довольным выражением лица, чуть ли не вприпрыжку, уносится на кухню. Мама вздыхает, глядя вслед голым белым ножкам без колготок:

— Совсем весна девке в голову ударила.

Завтрак, душ, переодевание занимают полчаса. В школу я приезжаю к трем последним урокам. Эх, Фалгор, Фалгор. Ладно, в конце концов не учиться же приехал. Это просто ворчит мой внутренний перфекционизм. К главному-то успел — к большой перемене, на которой мы со Степкой и двумя барышнями идем в столовую.

— Ты в школу ради тыквенного супа что ли ходишь? — фырчит Ира, наблюдая, как уплетаю оранжевый крем-суп. А мне все равно, пускай пыхтит как ежик. Так даже вкуснее. Ммм, объедение, это тебе не какой-то жеваный болотопс.

— Еще на тренировку, — усмехаюсь. — Завтра ж игра.

— Оу, тебя поставят на поле? Круто! — Алеся как всегда добродушна. — Тогда мы точно разорвем этих дебилов «кардиналов»! — Э-э-э, ну почти всегда. — И никакой Цезарь их не спасет.

— Что за Цезарь?

— Кмет, — надувает щеки барышня. — Как и ты, Арсений. Только он с доспехом, конечно. А Цезарем его зовут, потому что может выдавать несколько техник одновременно. А, ну еще он воздушник.

Вот даже как? Серьезный противник. Или нет. Чего гадать? Встретимся, узнаем.

— Алеся, приглашаю тебя на прием к Волконским в воскресенье. Ты согласна?

Обе девушки застывают с разными выражениями лица.

— Я-я?! — обомлевает Алеся.

— Она?! — выдает обиженным тоном Ира.

Неуместные реплики игнорирую. Ну что за поведение, ни в какие ворота. Вы дворянки или свинопаски? Учитесь выражать только необходимые эмоции.

— Я, кажется, вопрос задал.

— Конечно, согласна! — Алеся кивает несколько раз подряд. — Только потом скажи в чем пойдешь, чтобы подобрать образ. И, Арсений, откуда у тебя приглашение? На том приеме же далеко не все рода будут. Точнее все рода, но не все их члены. Узкий круг как бы, в основном старшие — главы и наследники.

— Мать князя, Галина Константиновна, выразила мне благодарность за то, что я поймал вора ее картин, и пригласила на прием.

— Поймал?! Вора?! — Новый всплеск удивления. На нас даже оглядываются из-за соседних столов. Замечаю любопытную мордашку Маши Свиридовой.

— Чудеса-а! — Ну это Степка, ему простительно, парня с детства не таскали на курсы этикета.

Алеся улыбается, довольная. Ира мрачно зыркает по очереди на нас с подругой. Резко дергает себя за рыжую прядь.

— Ну и ладно. Арсений, ты на спарринг-то придешь в гости?

— Обещал — приду. На следующей неделе на буднях.

— Жду, — встает она первой из-за стола.

На тренировке меня ставят в команду основного состава, как и синеволосую Агафью. Оказывается, барышня на играх часто выходит на поле. Мягко говоря. Она вообще зам атамана. А так впрягалась за сидящих на скамейке запасных! Видимо, чувство справедливости взыграло.

Вообще, запасных же действительно много. Целых одиннадцать человек! Столько же и в стартовом составе. Из этой "недодюжины" на поле пускают регулярно лишь четверых. Остальные нужно чисто для имитации команды соперника для репетиции тактических комбинаций. Как по мне, это справедливо. Если ты очень хорош, то выбьешься на поле, как сделал я. Если нет, то нечего подводить команду плохой игрой. Помогай в репетициях.

— Беркутов, вы с Русланой на пару наши главные штурмовики, — взяв меня за плечо, втолковывает Богдан. — Вы оба — убойный таран. Не подведи, понял?

— Пф, — отчетливо звучит фырк «терминаторши».

— Комбинацию на завтрашнюю игру запомнил? — не обращая на малявку внимания, донимает меня атаман. Беспокоится, понятно. Ведь неясно, как новичок себя впервые на поле поведет. Вдруг убежит с испуга. — Никаких пташек, понял? Ты и без них хорош. Прибереги козырь для «буйволов». Так запомнил?

— Назубок, атаман, — усмехаюсь. — Сейчас покажу.

Мы начинаем тренировку игры, и я, правда, показываю. Первые линии сшибаются, а атаман, приняв мяч от центрового, пасует его «терминаторше». Руслана газует. Несется к зачетной зоне, как бронепоезд, сшибая бедных запасных. Я держусь чуть в стороне, за оберегающими Руслану флангистами. Их почти сразу сносят перехватчики защиты.

Руслана мощно бежит, но недолго. Малышку на всем скаку тормозят «брошенные кулаки» Богдана, он сегодня за атамана противников. Затем барышню сшибают. Я не даю выроненному мячу упасть. Ловлю у самой земли. Считается за пас. Ну а дальше стремительный бег с мешаниной бросков, подсечек, уклонов. Словно сквозь болотопсовские дебри пробиваюсь. И вот я беру город, а позади остается ковер из стонущих на траве противников.

— Чего разлеглись?! — кричит тренер. — Играйте, мать!

— Дайте отдышаться…Федор Виталич, — кряхтят парни, ползая как ужи. — Беркутов так тряханул, что всё внутри дребезжит. Даром, что в доспехе.

А вы что думали? Рукопашка легионеров как раз и рассчитана, чтобы наподдать мягкой тушке под пластинами силовой брони. Сила противника направляется против него самого.

Сам я вытираю рукой ливни пота на лице. Устал, не привыкло тело к мощным нагрузкам, на одной воле вытягиваю. Ко мне подходит Руслана, бежевая форма зеленая от травы. Смотрит хмуро.