Возрождение голубого ангела
Шрифт:
Ксеннокс спустился вниз, где в холле его ждала Вайла. Она сидела, скрестив ноги, в шикарном кресле, и смотрела на улицу сквозь стеклянные стены отеля. Этим вечером Вайла сменила свой кожаный байкерский прикид на непривычно женственный наряд. На ней был бирюзовый брючный комбинезон и черные туфли на высоких каблуках. На лице виднелся легкий макияж, а нежные пухлые губы выгодно подчеркивала розовая помада. Шикарный образ прекрасно дополняли распущенные густые волосы.
Ксеннокс подошел к погруженной в раздумья девушке сзади и нежно коснулся пальцами ее оголенных плеч. Вайла тотчас обернулась и широко улыбнулась, увидев его. Было такое ощущение, что оба уже успели соскучиться друг по другу за недолгое время их расставания. Ксеннокс галантно помог ей подняться с кресла и, как заправский кавалер, протянул руку в сторону ресторана и произнес:
– Прошу!
Вайла удивленно посмотрела на молодого человека и пошла вслед за ним.
Ресторан Galaktion Plaza, как и сам отель, был выдержан в стиле барокко. С потолка свисали громоздкие люстры, ярко освещавшие помещение. Вишневые бархатные шторы на серебристом карнизе-трубе придавали особый шик залу, в котором преобладали золотые и белые цвета.
Молодые люди уселись за круглый стол на двоих, на котором уже были расставлены холодные блюда. Невольно поджав губы, Вайла первая начала разговор:
– Я думала, что мы с тобой просто поговорим, без всего этого, – сказала она, разводя руками в стороны.
– Я просто хотел сделать тебе приятно. Сегодняшний день был насыщен всякими событиями, и я подумал: «Так почему бы не насытить его еще больше?» – ответил Ксеннокс, пытаясь оригинально пошутить.
– Это точно! Столько разных эмоций я еще никогда не испытывала…
– Каких эмоций? – заинтересованно перебил Ксеннокс.
– Ну, во-первых, было чувство неопределенности по поводу того, о чем нас попросят в Магистрате. Во-вторых – страх по поводу выполнения их поручения. В-третьих – гнев, связанный с тем придурком и его поступками. В-четвертых – жалость, когда я тебя увидела после драки.
– Значит, я не вызвал у тебя ничего, кроме жалости? – с ноткой недовольства спросил Ксеннокс.
– Подожди! Я еще не закончила. Ну и, наконец, в-пятых – огромный интерес, вызванный нашей сегодняшней встречей.
Поправка Вайлы обнадежила слегка нахмурившегося парня. «В конце концов, интерес куда лучше, чем жалость. Да и потом он может перерасти в нечто большое, чем просто интерес», – подумал Ксеннокс, питая себя призрачными надеждами на продолжение их с Вайлой отношений.
– А в моих планах на сегодня, во-первых, и во-вторых, и в-сотых – только встреча с тобой, и ничего больше! Честное слово, я никогда не встречал таких умных и красивых девушек, как ты! – выдохнул он.
– Уф-ф-ф! Хватит подлизываться! Тем более что с комплиментами у тебя не очень. Это мы сегодня уже выяснили. Ты не меньше меня заинтригован нашей дальнейшей судьбой. Здесь явно что-то нечисто. Иначе для чего им такая секретность? Почему бы не придать все это гласности, например, показать нас по телеку? Типа, вот это – спасители нашей планеты, и все такое… Мне показалось, что ты знаешь обо всем этом больше остальных. Уж слишком спокойным ты выглядел, когда этот Магистр нам все разъяснял, – сказала Вайла, уплетая какой-то сиреневый фрукт.
– Даже не знаю… – пробормотал Ксеннокс, несколько секунд глядя под стол. – Ну да ладно! Не хочу от тебя что-то скрывать. Дело в том, что несколько дней назад мы с другом доставили посылку одному очень важному человеку – ганну Генри Бейнсу. Он коллекционер, так он сам нам объяснил. У него было много разных вещей с Земли. А еще он держит животных, настоящих животных! Представляешь? – увлеченно продолжил он. – Одно даже напало на нас – болотный буллок, он чуть не перегрыз мне глотку, я еле спасся от него.
Вайла внимательно слушала собеседника, время от времени откусывая от сиреневого фрукта, который она держала в руках.
– Так вот. Этот Генри сказал, что очень скоро меня ждут большие приключения и что Магистрат на самом деле занимается грязными делами. Да, и он дал мне книжку, как раз о спутниках, на которые нам предстоит отправиться.
– А где эта книжка? – вдруг спросила Вайла.
– Здесь, наверху, в моем номере. Я взял ее собой, как будто заранее знал, что она мне пригодится.
– С ума сойти! Да ты у нас, получается, избранный! Хи-хи! Я ничего не знаю, но ты мне должен ее показать. Чего бы это ни стоило!
– Хорошо! Обязательно покажу, после ужина, – сказал Ксеннокс, подумав, что это будет отличным поводом затащить Вайлу к себе в номер.
За ужином молодые люди бурно обсуждали то, что произошло с ними за день. Со стороны могло показаться, что они знакомы уже много лет и у них нет никаких секретов друг от друга. Их увлеченный диалог периодически прерывалась слегка истеричным хихиканьем Вайлы, из-за чего даже сидящие вблизи посетители ресторана оборачивались посмотреть, в чем дело.
В ходе беседы Ксеннокс выяснил, что Вайла – очень умная девушка. В отличие от него, после Калеондрата она окончила университет и выучилась на врача. Она даже выписала ему рецепт на лекарства, которыми нужно обрабатывать его ссадины и синяки. Мужа и детей у нее не было, только лучшая подруга по имени Рейша. В целом у них с Ксенноксом было много общего.
Ксеннокс, в свою очередь, рассказал о себе все: и о Надреме, и о своей работе. Из своих увлечений он почему-то решил упомянуть, что любит засыпать на плантациях и по утрам любоваться восходом Глантеи. Это показалось Вайле довольно странным. С особым энтузиазмом он рассказал о приключении в доме Генри Бейнса. Вайле особенно понравилась история о Буле и о том, как молодые люди напились виски и уснули на лужайке. Услышав ее, она долго и искренне хохотала.
Спокойная и мелодичная музыка навела Ксеннокса на мысль пригласить девушку на танец. Он набрался смелости и, поднявшись с места, подошел и галантно протянул даме руку. Вайла стеснительно ответила молодому человеку взаимностью – и вот они закружились в вихре танца в центре зала. Ксеннокс осторожно обнял девушку за талию и неловко перебирал ногами. Было заметно, что в этом деле опыта у него совсем немного. Все его познания в области «медляков» ограничивались просмотрами старых фильмов. Вайла же, напротив, двигалась очень ритмично и грациозно.
– Я ходила в танцевальный кружок в Калеондаре, – пояснила она, как бы предвосхищая вопрос Ксена.
– Оно и заметно, – сказал Ксеннокс, немного смущенный собственными неуклюжими движениями.
Но главным для Ксеннокса был вовсе не танец. Пухлые розовые губы Вайлы находились на расстоянии одного наклона головы для поцелуя. А ее большие добрые глаза смотрели прямо на него. Одно это стоило всех богатств мира!
Когда музыка закончилась, Вайла, не выпуская Ксена из объятий, нежно и явно заигрывая, шепнула ему на ушко: