Чтение онлайн

Джим попытался просунуть свои пальцы между ошейником и шеей. Выскочивший из стенной ниши маленький технический дройд, замер на середине каюты. Осмотревшись вокруг, Джим просто лёг на пол каюты, а уже через несколько секунд почувствовал, как маленькие лапки начинают ощупывать ошейник. Несколько раз что-то кольнуло в шею и, ошейник, с тихим шелестом упал на пол каюты. Джим ещё с минуту полежал на полу, разглаживая и массируя свою шею, потом резко поднялся и, подойдя к старому, хорошо знакомому пищевому синтезатору, заказал два завтрака. Один для себя, состоявший из большой тарелки супа и стакана прохладительного напитка, а второй – для Рога, найдя в меню блюдо, преимущественно состоявшее из отварного мяса.

– Амели, и когда это Витар стал правителем? – спросил Джим, вынимая из пищевого синтезатора большую тарелку с двумя кусками мяса. Запах пищи сразу заполнил небольшую каюту, заставив Рога вскочить на лапы. Джим едва успел поставить тарелку, как Рог сразу впился в верхний кусок мяса и, довольно заурчав, начал жевать.

– Двадцать шесть суток назад в секторе Ростор была основана свободная планета Ролос. Двадцать пять суток назад был создан первый флот свободной планеты Ролос, в который вошли дредноут «Гордость Иштара» и промышленный комплекс «Шат 21», временно находящийся в системе Акат.

– Вот значит как… – ложка с горячим супом замерла, не достигнув рта Джима. Витар, мало того, что прибрал к своим рукам дредноут, так уже присвоил и комплекс «Шат 21», который они оставили в астероидном поле.

– Джим, ты должен знать… – таинственно сказала Амели и активировала запись на настенном гало-экране.

– Ты не можешь так поступить, отец! – возмущенно кричала Даниель в каюте капитана и, отвернувшись от Витара, закрыла лицо ладонями. – Ведь именно он дал нам всем шанс, а ты…

– Мне тоже тяжело далось это решение, но совет старейшин признал, что он для нас может оказаться опасным. – прервал её Витар и, подойдя сзади, приобнял за плечи. – Даниель, пойми, если он решит вернуть себе дредноут, что тогда? Только благодаря этому кораблю мы сможем защитить себя и свою планету…

– Он не бросил нас тогда, не бросит и сейчас… – повернувшись к нему, сказала Даниель сквозь слёзы.

– В тебе говорит любовь. Рабство меняет всех и я абсолютно верен, что он захочет вернуть себе свой корабль и отправиться на свою планету, где его ждёт дом и, возможно, жена. – сказал Витар, выдержав испепеляющий взгляд Даниель. – Мы не забудем того, что он для нас сделал, объявим ежегодный праздник…

– Мы улетим. – вдруг, как будто опомнившись, сказала Даниель.

– Нет никаких – мы. – повысил свой голос Витар, терпение которого стало заканчиваться, но, взяв себя в руки, он отошёл от Даниель и подошёл к небольшому гало-экрану, транслирующему просторы космоса с множеством вкраплений белых точек. – Решение старейшин окончательное, мы не будем подвергать опасности свою родную планету. Пойми, Даниель, он очень опасен. Сегодня он на нашей стороне, а завтра его переманят другие и, что потом? Пока он жив, у меня нет полного доступа к управлению дредноутом… я не могу рисковать…

Оба замолчали, каждый думал о своём. Витар продолжал рассматривать звёзды на гало-экране, а Даниель тихонько смахивала ладошками соленые слёзы. Не поворачиваясь к своей дочери, новый правитель свободной планеты, жестко сказал:

– Когда он вернётся, я дам вам двое суток…

Гало-экран потух, став абсолютно чёрным, но Джим так и продолжал сидеть около него с уже остывшим супом. Его жизнь оценили в стоимость дредноута… Ну, что ж, хорошая цена, если считать, что в прошлой жизни он был всего лишь техником.

– Амели, каков шанс возврата полного контроля над кораблём? – спросил Джим поднявшись и, отправляя недоеденный суп в утилизатор. Заказав новую порцию супа, он облокотился спиной о стену, сейчас все его мысли лихорадочно метались в поиске решения.

– Искин Амбрус перепрограммирован, но мне удалось оставить несколько важных закладок. Все попытки доступа к себе я пресекала, попытку удалённого перепрограммирования приняла на ложную матрицу. – начала пояснять Амели. – Полный контроль над кораблём невозможен, из-за отключения от меня нескольких функций и передачи их Амбрусу. Все системы непосредственной обороны корабля находятся под моим контролем.

– Кто, кроме нас, находится еще в системе? – спросил Джим, садясь на край дивана с новой порцией супа.

Вместо ответа вновь активировался гало-экран, транслируя визуальные данные с оптических сенсоров корабля. Дредноут занял место, где когда-то находилась орбитальная станция, зайдя прямо в поле обломком. Из-за нехарактерной конструкции станции, при её уничтожении кораблём, она развалилась на несколько частей. Амели выделила отдельно медленно вращающуюся часть станции, которая когда-то была стыковочным доком. К его верхней части были пристыкованы несколько яхт знати Конфедерации. Первые две яхты, расположенные в стройном ряду, были уничтожены, их корпуса просто смял близкий разрыв. Третья имела уже меньшие повреждения, но несколько пробоин в корпусе говорили, что улететь далеко она не сможет.

За десять минут беглого осмотра, стало ясно, что из семи яхт, только одна могла хоть куда-то его доставить. Она была самая маленькая среди остальных, скорее всего, поэтому, и уцелела при уничтожении станции. К сожалению, ни Джим, ни Амели не могли сказать, какой класс имела яхта и каковы её ходовые характеристики.

– Амели, есть варианты, как попасть на её борт? У меня есть сомнения, что Витар будет этому рад. – с ухмылкой на лице сказал Джим, отправив ложку с супом себе в рот.

– В четвёртом техническом трюме стоят два истребителя класса «Долу», временно перемещённые туда до завершения десантной операции. Мной будет подготовлен ложный пакет информации с оптических сенсоров и датчиков корабля. С вероятностью 92 % ваш полёт останется незамеченным для экипажа корабля. – Джим был рад, что искин Амели остался его другом, теперь необходимо решить, как забрать её с собой, ведь время на взлом и перенастройку, имеющегося на яхте искина, нет. Да, и не может он оставить здесь единственного, кто ни предал его…

– Остался вопрос, как забрать тебя с собой… – начал Джим, но был прерван пискнувшей панелью у дверей каюты.

– К вам посетитель, впустить? – спросила Амели.

– Да. – ответил он и дверь сразу отъехала в сторону, за которой стояла взволнованная Даниель.

– Здравствуй. – еле слышно сказала она, войдя в каюту и глядя на Джима своими красивыми глазами.

– Здравствуй, Даниель. Ты, наверно, единственная на корабле, кто рад моему возвращению. – жестко сказал Джим. Даниель покраснела, зная то, о чем Джим мог только догадываться.

– Я полечу с тобой. – умоляюще произнесла Даниель и посмотрела на него глазами, полными слез.

– А с чего ты решила, что я улетаю? – спросил Джим, сдвинув брови от удивления.

– Просто… просто чувствую это. – ответила она, опустив.

– А как же отец? – решив уйти от вопроса, касающегося его отлёта.

– Он сильно изменился, с тех пор, как его выбрали правителем… – сказала Даниель. Больше всего сейчас она не хотела, чтобы Джим догадался о замыслах ее отца, которого она любила и ненавидела одновременно. Предательство человека, который спас тебя и твой народ, ничего не требуя взамен, невозможно оправдать ничем. – Многие поменялись после нашей победы, я их просто не узнаю. Жестокость, с которой были убиты почти все пленные наёмники в первые два дня после победы, мне непонятна. Даже Эдон уже другой…