Чтение онлайн

– Стэн Деккер. Это тот демос, что помогал тебе?

В отличие от изгоев, демос, рабочий класс, зарабатывал себе на паек и получал его полностью. И демос, и изгои стояли ниже кратоса, членов Синода и жрецов Церкви Морского Оракула.

– Стэн был храбрым человеком, – подтвердил Джона. – Помогал мне таскать детали для подлодки, которую мы собирали втайне… и поплатился жизнью.

На той самой подлодке Майра, Возиус и их друзья бежали на Поверхность.

Моди священным жестом покрутила ладонью у груди. – Да упокоит его душу Святое Море, – тихо помолилась она. Прочие изгои повторили за ней и жест, и слова. Они никак не могли избавиться от суеверий.

– Сколько патрульных охраняет дверь в сектор? – спросил Джона.

– Пятеро, – ответил Грили. – Мой отряд вчера прочесал коридор. Синод, похоже, не заботится о Складе, иначе прислал бы больше людей.

– Бэрон Донован и Хорас Гринт? – уточнила, глядя на него, Моди. – Они ведь отвечают за этот сектор? Утром я читала твой рапорт.

– Да, шеф, – сказал Грили и тут же нахмурился. Он обменялся взглядами со своими людьми, которых все называли просто громилами. – Шеф, эта миссия слишком опасна. Лучше тебе поскорее вернуться в Инженерную. Или хотя бы отсидеться в трубах, пока мы зачищаем сектор от патрульных.

– Грили дело говорит, – подал голос изгой с жиденькой бородкой, которого звали Прэтт. – Шеф, вы слишком важны для подъемышей. Синод только рад будет заграбастать вас в свои надушенные ручонки. Сами знаете, что с вами сделает отец Флавий.

Джона вздрогнул, припомнив время, проведенное в Тени. Отец Флавий тогда частенько навещал его, подвергая излюбленной пытке.

– Он станет мучить тебя, держать в кромешной тьме, – сказал он, машинально касаясь шрамов – плотных и бугристых полос на спине. – В конце концов ты станешь умолять отца Флавия выбросить тебя в море, потому что казнь покажется тебе милосерднее пыток. Вот только Флавий станет истязать тебя дальше. Сильнее тела будет страдать твой дух.

Моди ответила упрямым взглядом.

– Грили, я знаю, твоя задача – охранять меня, но я устала сидеть на заднице, пока вы делаете всю грязную работу. Клянусь Оракулом, я подняла это восстание и я же приведу его к победе.

Сказав это, она положила руку на заизолированную рукоять висевшей на поясе дубинки. Это оружие спроектировал и смастерил Джона. Его выдали всем, даже близняшкам Бишоп – для них Джона смастерил особые, облегченные модели.

– Как скажешь, шеф, – сдался Грили. Прэтт тоже уступил, хотя и без особой радости. Они знали: спорить с предводителем бесполезно, а Джона лишний раз убедился, что его вдовая соседка не зря сделалась грозным вождем повстанцев.

Изгои пустили по кругу банку машинного масла, которым вымазали руки и плечи. Следом пошла фляга огненной воды – к ней приложились все изгои, и даже Моди сделала глоток едкой самогонки. Джона от предложения выпить отказался, ему нужна была светлая голова.

– Готовы? – спросила Моди, доставая дубинку и кладя большой палец на встроенную в рукоять кнопку. – Подъемыши, по моей команде… на счет «три»…

Грили и все остальные вооружились, достали дубинки и девочки. Свет, проникающий сквозь решетку, отражался в зеленых глазах двойняшек. Сердце Джоны дико заколотилось в предвкушении битвы. Пальцы свело, но он все же сумел схватиться за рукоять дубинки.

– Один, два… три, – тихо досчитала Моди. – За Поверхность!

Джона быстро отпер замок на решетке, и та распахнулась вниз. Грили с удивительной для своей комплекции ловкостью сиганул. Смазанные маслом плечи легко прошли в узкий люк. Он приземлился на пол в приседе, вскинув над головой оружие. Следом один за другим спрыгнули остальные изгои. У Джоны вышло не так грациозно: приземлившись, он завалился вперед и чуть не упал.

– Что… происходит? – завопила работница службы Снабжения. Она вскочила из-за стойки, и к ней бросился Бейли. Его босые ступни покрывал слой пыли. Паренек целыми днями метался между кучами деталей, и лицо у него тоже было вымазано сажей вперемешку с пылью и Оракул знает чем еще.

– Ма, это подъемыши, – шепнул он. – Глянь на их форму.

– П-подъемыши, – повторила мать, глядя на синие комбинезоны и вышитые на отворотах золотистые символы: кулак с направленным вверх указательным пальцем. Она уже распахнула рот, готовая закричать, но Грили схватил ее и зажал рот.

– Не вздумай орать, – угрожающе буркнул здоровяк на ухо женщине, которая извивалась, пытаясь вырваться. – Если только не желаешь отведать дубинки.

Воспользовавшись моментом, Бейли кинулся бежать в дальнюю часть сектора, но Стелла и Джинджер устремились за ним. Девочки юрко лавировали между горами деталей, грозившими обрушиться им на головы, и наконец загнали Бейли в тупик.

– Только не бейте… пожалуйста, – взмолился мальчик, закрываясь руками.

Близняшки встали перед ним в вихре пылинок, подняв дубинки.

– Мы тебя не обидим, – пообещала Стелла. – Клянусь Оракулом.

– Если только повода не дашь, – добавила, грозно улыбаясь, Джинджер.

Бейли молча кивнул, и девочки отвели его обратно к стойке. Там Грили, добившись наконец обещания не кричать, отпустил маму мальчика. Крепко прижав к себе сына, та обвела лица мятежников испуганным взглядом.

– Чего вам от нас надо? – спросила она звенящим от страха голосом. – Мы же просто демос, следуем правилам и не хотим неприятностей. Прошу вас… я все сделаю. Только не обижайте моего сыночка. Я уже потеряла дочь во время эпидемии, когда она еще малюткой была, в пеленках, а снова родить мне Синод не разрешил. Кроме Бейли, у меня никого и нет больше.

Моди опустила оружие и посмотрела на женщину смягчившимся взглядом.

– Последняя большая эпидемия забрала у меня любимого мужа и двух деток. С тех пор я вдова и изгой. Твой цех занял сторону Синода, но подъемыши не желают зла твоей семье. Мы хотим помочь.

– Мы слышали… всякие ужасы… – сказала Пенелопа.

Грили хмыкнул:

– Якобы мы мучаем и убиваем детей?

– А потом едим их на завтрак? – Прэтт похлопал себя по животу.

Женщина боязливо кивнула и присмотрелась к синим комбинезонам.

– А еще – что вы сдираете с них кожу и обшиваете ею форму.

– Это клевета, которую распространяют отец Флавий и Синод, – возразила Моди, гневно сверкая глазами. – Это они запирают детей в Тени и пытают их, а не мы.

– Да, вот кто истинные грешники, – мрачно подтвердила Стелла. – Они убили наших родителей, обоих выкинули в море.

По лицу Пенелопы промелькнула тень сомнения.

– Нас обеих держали в Тени, – добавила Джинджер. – Хотя мы просто дети, чуть младше вашего Бейли. Но Майра Джексон спасла нас.

Пенелопа покрутила ладонью у груди.

– Грешница и еретичка! – процедила она сквозь зубы и сплюнула. – Не смейте произносить ее мерзкое имя. Надо было отцу Флавию выбросить ее в море, пока был шанс.

– И это ложь, – отрезала Моди. – Майра Джексон – герой, а вот отец Флавий, Синод, патрульные – настоящие грешники. Они забыли нашу истинную цель: мы не должны оставаться под водой, нам было предначертано вернуться на Поверхность…