Чтение онлайн

–  Посмотри на меня.

–  Я смотрел. - Он поерзал на месте, не решаясь выполнить мою просьбу.

–  Пожалуйста. Мне нужно, чтобы ты посмотрел. Мне больше некого просить, потому что эти двое не знают меня так, как знаешь ты.

–  Чего ты хочешь?

–  Посмотри на меня и скажи, что ты видишь. - Я и сам боялся, но не знал, когда еще мне представится такая возможность. Годы поиска своей судьбы, начертанной светом в его душе, будут трудны и полны забот.

Александр кивнул и внимательно посмотрел на меня тем взглядом, каким он оценивал будущих союзников и лошадей. В его взгляде не было магии, просто внимание, ум, природная мудрость, жившие за его юношеской беззаботностью и гордостью. Он заморгал, глядя в мои глаза, но не отвернулся. Прошло много времени, прежде чем он заговорил:

–  Ты тот человек, которого я знал.

Я прерывисто выдохнул.

–  Спасибо. - Я не совсем поверил ему, но все же он снял камень с моей души.

Потом принц вскочил на ноги и натянул кожаные перчатки.

–  Я мог бы отомстить этим эззарийцам за то, что они сделали с тобой, Сейонн. Перерезать им глотки. Ты знаешь.

–  Они уже и так наказаны, мой господин. Правда иногда страшнее казней. Оставь их.

–  Выздоравливай, мой хранитель.

–  Ступай с миром, мой принц.

Блеза я почти не видел. У него тоже были обязанности. Как только лекарь Александра заявил, что я передумал умирать, Блез поспешил к Фарролу с приказом прекратить набеги. Он вернулся через два дня, сразу после отъезда Александра, и пробыл всего несколько часов.

–  Они удивились, увидев меня, - со смехом рассказывал он. - Сэта все время гладила меня по щекам и приговаривала: "Не безумный, не безумный, не безумный".

Теперь у меня была память Денаса о том, что нужно Блезу и таким как он, и о неминуемых последствиях подобного вмешательства.

–  Мы не можем изменить то, что уже сделано, даже в Кир-Наваррине, сказал я.- Наверное, ты знаешь это лучше меня.

Как всегда, радость и печаль разом отразились на лице Блеза.

–  Я знаю. Но я рассказал Сэте и всем остальным о Кир-Наваррине и Источнике и о том, что то ужасное, что случилось с ними, никогда больше ни с кем не произойдет. Я думал, они никогда не прекратят смеяться. - Он улыбнулся. - Я послал весточку всем, кому тоже надо попасть в Кир-Наваррин.

–  Надо научить тебя открывать Ворота. - Со временем Блез научится и сможет убирать запирающие вход заклятия. Эти Ворота были частью его наследства, такой же как способность превращаться или двигаться особым образом. Он еще ни разу не использовал своей настоящей силы.

–  Я сказал Фарролу, что он может и дальше командовать, но он тут же захотел сложить с себя все полномочия. Приближается зима, люди вернутся по домам. Это не так-то просто для них, всем придется многое переосмыслить. Но я рассказал им о чудесах, которые видел. Знаешь, какая часть моего рассказа поразила их больше всего? - Он улыбнулся.

–  Понятия не имею.

–  Как принц Дерзи сам ухаживает за раненым эззарийцем. Как он помчался выручать тебя!.. Это больше всего меня подкупило.

–  Ты не пожалеешь. - Наверное, будут моменты, когда Блез станет сомневаться, но потом он лучше узнает Александра.

–  Надеюсь. Сейчас я не могу больше оставаться, хотя мы должны так много сказать друг другу. Мне надо рассказать тебе о Кир-Наваррине, а ты должен многому меня научить.

–  Когда эта юная особа позволит мне наконец вставать на ноги, я разыщу тебя, - ответил я. - Я должен... - Я не сумел сказать ему, что я должен, чувствуя себя виноватым перед ними из-за своей затянувшейся болезни. Но я не мог придумать для себя места лучше, чем рядом с Блезом.

–  Я вернусь за тобой через неделю, - сказал он, хлопая меня по плечу. К тому времени ты уже сможешь путешествовать. - Последовала радостная вспышка заклятия, он изменил форму, я смотрел, как он вылетает из домика и исчезает в утреннем небе.

После ухода Александра и Блеза мы с Фионой проводили спокойные дни, наслаждаясь последним осенним теплом. Потом стали выходить на прогулки, я опирался на ее плечо, поскольку ноги плохо меня слушались. Фиона была необычайно тихой с тех пор, как они привезли меня сюда, и не позволяла мне упоминать о ее роли в моем спасении. Я не настаивал, понимая, что чувствует человек, недавно совершивший шаг, после которого нет пути назад. Но дни шли, а она все еще оставалась погруженной в себя, и я начал опасаться, что ее исцеление слишком затягивается.

–  Что ты собираешься делать дальше? - спросил я Фиону как-то вечером, когда она принесла мне миску жидкой овсянки, единственной пищи, которую не отказывался принимать мой измученный желудок. - Я уверен, Блез был бы рад...

–  Я ни о чем не жалею, если ты об этом, - ответила она, подбрасывая дров в огонь. На западе угасал неяркий день, запах в воздухе ясно говорил о близкой смене времени года. - Не беспокойся обо мне.

–  Как я могу не беспокоиться о тебе, Фиона? Ты столько раз спасала мне жизнь. И сделала гораздо больше того... больше, чем сама можешь представить. Я действительно хочу знать, что ты собираешься делать. Мне и самому нужно понять, что мне теперь делать.

–  Я думала, ты останешься с Блезом. - Она явно удивилась.

–  Пока что да. Я надеюсь научиться у него, как не испытывать отвращения к самому себе. - Я не хотел говорить так. Даже в своих размышлениях я не осмеливался так прямо заявлять об этом. Я выдержал худшую битву в своей жизни, и мне нужна была крошечная надежда, что борьба того стоила. - Больше я ничего пока не знаю. Тот, кто живет во мне, перестал подавать голос, когда я умирал. Не знаю, что это означает. Викс говорил, что, когда я окажусь в Кир-Наваррине, Денас умолкнет навсегда и мы станем одним целым. Все мое существо стремится в Кир-Наваррин, но сначала мне надо решить, смогу ли я жить с последствиями этого поступка, какими бы они ни были, или мне лучше остаться как есть.

–  А твой сын?

–  Надеюсь увидеть его. Блез опекает его, мы вместе решим, что будет лучше. Я не хочу стать причиной гибели собственного ребенка.

–  Гибели? - Она с такой силой швырнула в очаг полено, что искры запрыгали по всей комнате. - Боги, есть ли на свете другой такой слепец, как ты?

–  Я прожил страшную жизнь, Фиона. Куда бы я ни шел, я нес с собой смерть. Какой из меня отец?

–  Я никогда не рассказывала тебе, кого я убила у фонтана Гассервы, сказала она вдруг, встала и подошла к двери. Вся ее поза выдавала волнение, которого не было в ровных спокойных словах.

–  Ты и не обязана...

Но Фиона не слушала меня.

–  Мне было шесть, когда пришли дерзийцы. Моя история мало отличается от историй других эззарианских детей. Я видела, как моего отца подвесили за ноги и распороли ему живот. Он кричал и извивался, как обезумевшее животное. И я видела, как мою мать изнасиловал дерзийский воин. На его доспехах был петушиный гребень. Он изнасиловал ее прямо на глазах моего отца, а потом велел заковать ее в кандалы и бросить в повозку. "Изгнать из нее всю эту магическую чепуху,- сказал он,- и из нее выйдет сносная шлюха".