Чтение онлайн

Ярок от безысходности стал приглядываться к девушке. Она была ему не знакома. Наверное, это та вредина, что вчера отказалась выходить замуж. Интересно, что она здесь делает, ведь Вьюжен её вчера на кухню определил, а там сейчас самое рабочее время, пора готовить ужин. Ярок потянулся к мыслям девушки, и узнал много интересного. Эта тростинка дала не плохой урок хороших манер повару. А ещё она начудила с картошкой. А и правда, девочка-то с характером. Интересно… интересно…

– Что, на кухне работа кончилась? – поддел Ярок девушку.

– Всё что повар мне сказал, я сделала, вот он и отпустил меня погулять до ужина, – девушка продолжала перебирать мечи, даже не повернув в его сторону голову, вся такая скромная-прескромная.

– Рассказывай сказки, деточка, выгнал он тебя, так и скажи, – засмеялся юноша.

– Не то, чтобы выгнал, – девушка посмотрела на него, и Ярок увидел её смеющиеся глаза, в которых плясали мелкие демоны, – просто, мы с ним договорились, что я буду только мыть посуду. Так что до ужина мне делать там нечего.

Она наконец выбрала меч и теперь не торопясь размахивала им, разогреваясь.

– А ты откуда всё знаешь? – удивилась она.

– Я с девчонками на кухне дружу, вот они мне всё и рассказали, – соврал Ярок не моргнув глазом, – и о том, как ты об повара тарелку разбила, и как колпак ему к стене кухонным ножом пришпилила, а в следующий раз пообещала промахнуться, – засмеялся он, – а выгнал он тебя за то, что ты вместо трёх ведер картошки ему девять начистила.

Он уже откровенно хохотал над изумленным видом новенькой посудомойки.

– Слушай, а зачем ты столько картошки почистила?

– Откуда я знаю сколько надо, я его спросила, он говорит сиди и чисти, тебе чистить с обеда и до вечера. А тут пришел и разорался, что я продукты перевожу. Обещал князю пожаловаться и из зарплаты вычесть. Скажи, а картошка у вас здесь дорогая?

– Думаю, твоей недельной оплаты, как раз хватит рассчитаться.

– Плохо, а ещё тарелка разбитая, за неё тоже придется платить.

– Слушай, а это правда, что повар тебя с довольствия снял, когда ты его ножом попугала?

– Нет, я сама отказалась. Проживу и без его стряпни.

– И на что жить собираешься? – удивился Ярок, такой глупой гордости.

– Сейчас заработаю, вот с тебя Малыш, и начну. Ставлю… – и девушка, порывшись в кармане кафтанчика, вытащила оттуда несколько монет, – десять монет, что продержусь против тебя десять минут.

– Ха, десять минут, ты, Козявочка? Продержись хотя бы пять. И не зови меня Малышом.

– А ты докажи, что не Малыш. Продержусь десять, буду звать Малышом, – подзадорила она его.

– Смотри, сама напросилась, – усмехнулся Ярок, подавая ей руку и помогая перелезть через бортик.

…

Когда последняя песчинка в часах пересыпалась, девушка. отскочив, опустила меч, воскликнув:

– Всё, Малыш, ты проиграл.

Ярок с удивлением взглянув на часы отметил, что действительно, прошло десять минут.

– Да, Козявочка, не ожидал. Ты молодец. Я не смог предугадать ни одного твоего маневра, – юноша не сознался, что так и не смог прочитать её мысли о поединке, их там не было, что его слегка удивило.

– А как ты мог, предугадать, если я и сама не знала, что вытворю через мгновение.

– Это как?

– Да, очень просто. Даешь установку своему телу, вроде как: «Надо продержаться в поединке десять минут», и всё. Пусть тело само о себе заботится, а ещё оно и время само определит с точностью до секунды. А когда не думаешь, то и не устаешь. Усталость тоже мысли приносят, только подумал об этом как сразу и устал.

– И что, научился давать команду телу и тренироваться не надо?

– Нет, тренироваться надо обязательно. Вот ты когда ходишь, думаешь куда и как ноги ставить?

– Нет, конечно.

– Но, чтобы научиться ходить, ты ведь долго тренировался.

– Не помню, маленьким был, – засмеялся Ярок, разговор с ней забавлял его.

– А если тебя сейчас посадить, и не давать несколько дней ходить, то первые шаги опять с трудом дадутся. Так что тренировка нужна обязательно. Всё, мне пора бежать, там, наверное, перед ужином грязной посуды накопилось, а сколько её ещё после ужина будет.

– А ты что, одна её мыть будешь, там же обычно две девушки работают? – удивился Ярок.

– Одна, мы с поваром договорились, что я мою посуду и больше ничего не делаю. Но зато одна. Ничего справлюсь. И знаешь, Малыш, спасибо, – поблагодарила она юношу.

– За что? – удивился тот.

– За то, что поддался и не дал умереть бедной девушке с голоду, – звонко засмеялась она собираясь уходить.

– Постой. Скажи хотя бы, как тебя зовут? – Ярок попытался дотянуться до её мыслей и узнать настоящее имя, а не то которое она сейчас себе придумает.

Девушка остановилась, задумавшись. В уме она перебирала разные варианты, но они ей не нравились. Истинное имя не всплывало.

– Что задумалась, забыла своё имя? – спросил Ярок, через некоторое время, чтобы спровоцировать выплеск мыслей.

– Да, ты прав, я запретила себе его вспоминать. А вот новое придумать не могу, все не нравятся. Может поможешь? – попросила она его.

– А чем тебе твоё прошлое имя не угодило?

– Да так…– смутилась девушка, и Ярок ощутил волну панического страха исходящего от неё, в её мыслях пронеслось несколько видений. Испуганные крики, женский резко оборвавшийся визг, топот бегущих ног и всё это резко сменилось темнотой туннеля или прохода, где пахло сыростью.

– Ладно, не хочешь не говори, – сжалился он.

Ярок задумался и через некоторое время сказал:

– Я тут, недавно, книгу читал. Сказки народов севера. Там у них была одна богиня, её звали Фрея. Как тебе? Мне нравится. И коротко, и красиво.

– Фрея, Фрея, – повторила девушка, задумавшись, и как бы пробуя имя на вкус, – мне нравиться, очень даже ничего, – одобрила она, – значит, буду Фреей. Всё. Пока. Надо бежать.

– Завтра придешь?

– Не знаю, как со временем будет. Скорее всего, приду, есть то каждый день хочется.