Чтение онлайн

— Выберемся.

Над затхлой водой сгустилось зеленоватое облачко и тут же рассеялось, открыв тонкую фигуру Леночки. Девушка по инерции сделала шаг, тут же оступилась и рухнула бы в воду, если бы Руфус не поддержал её.

— Какая… гадость.

— Кто бы спорил, — экзорцист помог девушке добраться до кочки. — Эти болота огромны. И трясин хватает, так что поосторожнее.

Хлюп… шлёп… плюх… В чём разница, спрашивается? А всё очень просто. «Хлюп» — это сапоги. Выливай из них воду, не выливай — всё едино, через шаг она уже снова наполняет обувь по самые края голенища, поскольку ни дорог, ни тропинок, ни достаточного количества относительно плотных кочек здесь нет. Болото без конца и края. «Шлёп» — это каждый шаг, когда то торопливо, то осторожно опускаешь ногу в подёрнутую ряской тёмную жижу и не знаешь, на что наступишь — на более или менее плотный слой пропитанной влагой почвы, на скользкий корень или на какую-нибудь гадину, притаившуюся у самого дна и размышляющую, то ли укусить, то ли удрать побыстрее. Ну а «плюх» — это когда ты всё-таки наступил на упомянутый корень или гадину и, поскользнувшись, летишь головой (мордой, как правило) вперёд в эту самую жижу, успевая лишь закрыть рот, дабы не обменять рвущиеся наружу ругательства на изрядную порцию болотной воды.

Отряд брёл через болото уже часов пять. Именно «брёл» — силы были на исходе, ноги переставлялись с трудом, а выглядели все так, что их вполне можно было принять за некую болотную нечисть, шляющуюся в этих недобрых местах в поисках какой-никакой добычи. Об отдыхе не заговаривала даже вымотавшаяся больше остальных Лена — понимала, что отдыхать тут просто негде. Стоило остановиться, и дно тут же начинало поддаваться давлению, расползаться, норовя проглотить усталого путника. Один раз она всё-таки попыталась перевести дух, прислонившись к показавшемуся устойчивым дереву — мало того, что с веток ей на голову тут же свалилась жирная, с небольшой огурец размером, пиявка, так и деревце тут же поддалось, резко склонилось, словно корневой системой не обладало в принципе, и Лена в очередной раз упала, не успев толком среагировать и как следует хлебнув вонючей воды.

Как и следовало ожидать, наиболее бодрым выглядел Фёдор, несмотря на то, что его дорожный мешок оказался самым тяжёлым. Миша, явно непривычный к путешествиям по болоту, старался держаться гордо и независимо, однако это не слишком удавалось — трудно принимать мужественный вид, будучи с ног до головы облепленным грязью. Но он хотя бы пытался. Ник… Николаус дер Торрин выглядел жалко. Мало того, что он толком не пришёл в себя после полученных ожогов и отравления, так ещё и столичный житель… Руфус поглядывал на подопечного с искренним сочувствием — юноша вырос среди тех, кто лозунгу «лучше плохо ехать, чем хорошо идти пешком» однозначно предпочитали краткий «лучше хорошо ехать». Парень совершенно не приспособлен к длительной ходьбе, вот и сейчас еле двигается, болезненно морщась при каждом шаге. Наверняка снова сбил в кровь ноги… хотя в мокрых сапогах это и неудивительно.

Сам Руфус, хоть и испытывал отвращение к болотам, к столь неприятному для всех путешествию относился довольно равнодушно. В юности, задолго до достижения звания экзорциста и получения назначения в относительно безопасный Сольфелл (периодические появления порождений Зла в расчёт можно не принимать, они везде встречаются, бывает, что и намного чаще), ему приходилось участвовать в действиях Ордена на севере, как раз на границах этих самых болот. Он тогда был моложе, выносливее и равнодушнее ко всяким неудобствам… ну или старался выглядеть таковым, дабы не огрести вал насмешек от более опытных товарищей. Постепенно привык и к болотам, понял, что хоть места здесь и опасные, но при должном внимании и чуточке везения выжить можно и здесь. Отряды не раз уходили вглубь болот на несколько часов, а то и на пару-тройку дней — как правило, в надежде найти и уничтожить гнездо каких-нибудь тварей до того, как те подрастут, заматереют и решат попробовать на прочность орденские заслоны.

К тому же вокруг было тихо. Либо им везло, либо, в полном соответствии с доведённой Зантором Клуммом информацией, все твари двинулись к южной границе северных болот с расчётом сломить сопротивление орденских отрядов и прорваться к городам и сёлам.

Правда, помимо порождений Зла, болота славились и обилием обычной живности, способной доставить неосторожным путникам кучу неприятностей. И тот факт, что кроме заурядных водяных змей, очень ядовитых, но почти слепых и неспособных прокусить плотную кожу сапог, им пока никто не встретился, заставлял насторожиться. Что-то распугало местных тварей… что-то, пока не показывающееся на глаза, и от этого становящееся особенно опасным.

Внезапно Руфус замер, поднял руку, требуя от спутников последовать своему примеру, и неторопливо потащил из ножен меч. Тео тут же шагнул вперёд, готовясь принять удар на себя. Хоть его раненая рука пока действовала не слишком хорошо, экзорцист не обольщался — и с одной рукой суашини будет куда опаснее, чем все остальные члены отряда вместе взятые.

— Что-то заметил? — оборачиваться Тео не стал.

Его взгляд обшаривал колышущуюся поверхность болота, на мгновение замирал, осматривая кажущиеся подозрительными кочки, цеплялся за тонкие корявые деревца, путался в зарослях колючего водяного кустарника. Пока шли, Теодор уже успел объяснить Руфусу, что на Земле кустарник на болоте означал если и не присутствие сухого участка, то, как минимум, относительно надёжное, свободное от трясин дно. Здесь же всё происходило с точностью до наоборот. Водяной кустарник — та ещё дрянь… хлипкими, способными легко порваться корешками он не столько укреплял, сколько разрушал торфяной слой. Именно у зарослей легче лёгкого было угодить в трясину.

— Не знаю, — пробормотал Руфус. — Почудилось что-то…

— Идём дальше?

— Нет, погоди…

Он сунул руку в замызганный мешок, извлёк оттуда пару небольших яблок. Непонятно, зачем подданные суарра Растера включили их в состав подготовленного для путников запаса провизии. Для формирования дорожного рациона существовали более подходящие продукты — сыр, закопченное до каменного состояния мясо, сухари… Не слишком вкусно… вернее, вообще невкусно, но достаточно питательно. И влаги не боится. И сухари не боялись — их и захочешь-то, не сразу размочишь. А яблоки… может, для девушки? Хотя — кислятина.

— Михаил, ты луком хорошо пользуешься? — вполголоса спросил Руфус.

— Если по голове им дать — то замечательно, — хмыкнул парень, — а если стрелять… могу попасть в сарай. С трёх шагов.

— Я могу… — Лена требовательно протянула руку к странной конструкции, висевшей у Михаила за спиной.

— Хорошо, — экзорцист не стал уточнять, что явно необученная лучница, да к тому же в потенциально критической ситуации, может быть куда опаснее для своих товарищей, чем для врага. Потому, что враг — он где-то, а товарищи тут, рядом, и попасть именно в них куда проще. — Приготовься… на всякий случай. И ты, Тео. Встречается здесь одна тварь… Готовы? Молю Сирилл, чтобы я ошибся.

— Погоди, — Тео по-прежнему стоял чуть впереди остальных, выискивая опасность. Сосредоточенность ему говорить явно не мешала. — Если ты хочешь сказать, что эта тварь… как её зовут-то?

— Болотный дракон.

— Вот, болотный дракон, да… если она где-то рядом, так не нападает же? Может, мирно разойдёмся?

— Не разойдёмся, — вздохнул экзорцист. — Тварь опасная, но глупая. И голодная. Всегда голодная. То, что нас больше, дракона не остановит. Мне кажется, я его вижу — как и он нас, не сомневайся. Видишь вон то чахлое деревце…

— Они все здесь чахлые.

— … у которого ствол раздваивается в метре над водой?

— Да.

— Кочка в полуметре от него слева.

— Обычная кочка вроде.

— У обычных кочек, — наставительно заметил Руфус, — отсутствуют, как правило, глаза. Так все готовы?

Услышав дружное «да», Руфус метнул яблоко. Почти попал. И в то же мгновение вода в том месте, где только что находилась вызывавшая опасения кочка, взметнулась гейзером. Щелкнула тетива лука — как и следовало ожидать, девушка не попала в стремительного вырвавшегося из столба брызг хищника. Неудивительно, тут надо было бы быть настоящим мастером. Или эльфом.

Тварь, именуемая болотным драконом, оказалась не так уж и велика. Размером с большую собаку. Другое дело, что в момент нападения никто разглядеть и оценить размеры противника не успел. Тео вскинул меч, готовясь нанести удар, и почти в то же мгновение раздался грохот. И ещё один… Снова взметнулся фонтан брызг, похлеще первого. Путников окатило водопадом гнилой воды, перемешанной с тиной, Лена взвизгнула и, потеряв равновесие, упала на спину. Миша рванулся ей на помощь, тут же, вполне предсказуемо, поскользнулся и завалился на девушку сверху, вбивая её в податливый торфяной слой.