Чтение онлайн

Ботинки! Кожаные! Очуметь! А вот их надену сразу. Мои лапти уже давно держаться на честном слове и нескольких слоях скотча. С ботинками проще. Пройти через две-три лужи, а то и в какое-то дерьмо вступить, и никто не поймет, что обувка новая.

Зелье регенерации… Насколько мне понятно значение слова «регенерация», оно должно восстанавливать силы. А я сейчас мухе крылья не оторву. Да и не поймаю. Попробовать? Почему нет? Вряд ли кто-то озаботился мне в экипировку яд сунуть. Хотели б убить — так вчера это можно было сделать щелбаном.

Достаю флакон. Неожиданно маленький в сравнении с визуальной картинкой. Максимум грамм пятьдесят. Выдергиваю пробку и выливаю содержимое в рот. Ничего, вкусно. Мятные капли напоминает. Жду немного и ощущаю, как приятное тепло распространяется от живота по всему телу. Еще минута, и я уверено сажусь на топчане, свесив ноги. Голова прошла, нигде ничего не болит. Сил — хоть снова иди в пункт сдачи крови. Одновременно с этим приходит ощущение голода.

Не задумываясь достаю из инвентаря кусок хлеба и уничтожаю его в три укуса.

Ох, как вкусно! Настоящий! И не вспомню когда ел такой последний раз. В том хлебе, который можно получить на талоны, больше синтетических примесей, чем муки. Рука сама тянется за вторым куском, но я сдерживаюсь. Я и так уже съел больше чем моя обычная дневная порция. Так что до вечера вполне можно подождать.

Нож. Нет, не так. Нож! Не какая-то тупая железка, не способная разрезать ничего тверже пластилина, а настоящее оружие. Лезвие длиной в полторы ладони. Шириной — в два пальца. Миллиметров пять толщиной. Удобная рукоять, с упором для пальцев. Вглядываюсь пристальнее и читаю подсказку.

«Нож новичка. Оружие. Урон колюще-режущий 6-10 ед.»

Вещь! С таким и на охоту можно смело отправляться. Это не палкой от крыс отмахиваться. Сегодня же испытаю. Если отнести Возгену десяток тушек, можно получить взамен буритас и пиво или ли пять монеток.

Кстати! Я настолько не привык к кошелькам, что до конца не замечал его наличие в инвентаре. А он есть… И не пустой! Высыпаю содержимое на ладонь и глазам не верю — две серебряные монеты! Это же двести медяков! Две сотни! Да за такие деньжищи можно месяц жить припеваючи. И каждый день с новой биксой. Которые из барака. Ух! Вот это подфартило! За что ж мне такое счастье? Кого для этого надо убить?

И только теперь пришло воспоминание о вчерашнем хмыре, бухтевшем что-то о космических кораблях. А еще — понимание, что я ровным счетом ничего из сказанного не запомнил.

Закрыл глаза, сосредоточился… Нет, ничего. То есть, совсем. Отдельные слова, бессмысленные обрывки фраз. Даже лица визитера вспомнить не могу. Облом. А с другой стороны — сам виноват. Не видел, что ли, в каком я состоянии? Так что это целиком его косяк. И нечего париться. Нужен буду, найдут еще раз. Адрес знают. А пока..

Кстати, а что именно «пока»? Может, покуда сил много, сходить еще раз кровь сдать? Лишний продуктовый талончик всегда пригодится.

Тьфу! Вот баран! Какой, на фиг, талончик? Чувак, у тебя на кармане две сотни монет! Считай, пол сотни талонов. Два месяца можно ни о чем не думать. Сходил раз в неделю в пункт сдачи, и все — свободен. А если влом, за пять-шесть монет всегда найдется кого вместо себя отправить. Лафа… Целых два месяца сытой жизни и полного безделья… Впервые за многие годы, после того, как исполнилось двенадцать и матери уже нельзя было сдавать кровь вместо меня. Даже не по себе как-то. Вздремнуть, что ли? А то что-то я захмелел от сытости.

Вытянулся на топчане, заложив руки за голову, и закрыл глаза.

Полежал пару минут и снова сел. Избыток силы, который, к слову, тоже был весьма редким гостем, обычно я по три дня после кровопускания валялся полутрупом, потом с трудом добирался до пункта питания, отоваривал талон и уползал обратно, отъедаться и отсыпаться перед очередной сдачей.

А сегодня мне просто некуда себя деть. Прям зуд по коже, так хотелось чем-то заняться.

Зуд? Может, просто надо сходить в баню? Когда я последний раз мылся? Кажется, перед Новым годом? А сейчас конец апреля… Хотя… Перед глазами возникла вонючая, осклизлая кабинка душевой в городской бане, и меня аж передернуло. Странно… Никогда не замечал за собой излишней брезгливости. Да и откуда ей взяться у человека живущего в полуразвалившемся доме среди обширных трущоб, в которые превратился некогда цветущий город, еще до того, как земляне сдались на милость Хантерам. Собственно, как и все остальные города на этой планете.

Поговаривают, где-то в южных широтах инопланетяне сохранили несколько полисов, в которых сами и останавливаются, когда спускаются на Землю. Там же содержится Временная Оккупационная Администрация, после вторжения сменившая все правительства на планете. По слухам, в этих городах даже работают рестораны, варьете и стриптиз-бары.

Сморчок, который когда-то был пилотом, и мне об этом рассказывал, мечтательно закатывал глаза и чуть слюни не пускал. А я так и не смог понять, что особенного в голых девках, танцующих на сцене или у шеста? Ресторан, предлагающий множество разнообразных блюд — другое дело. Но без денег там ловить нечего. Причем, реальных денег. Даже с моими двумя серебрушками на ресторан можно только снаружи поглядеть.

Решено. В баню не пойду. Лучше в следующий раз напрошусь на санобработку в станции переливания. Они хоть и добавляют в воду какой-то щелок, зато кафель чистый, и полотенца одноразовые, а не одно на двадцать человек, как в общественных «помойках».

Может, в доме прибраться?

Окинул взглядом каморку и поморщился. О чем ты, бро? Уборка здесь не поможет. Если только все собрать и выбросить, оставив голый топчан, табурет и стол. Поскольку они из нержавейки и пластика. А потом содрать со стен остатки заплесневевших обоев, обильно укрытых следами жизнедеятельности клопов и мух, и сжечь. Лучше прямо в комнате. Заодно и сырые бетонные стены хоть немного просохнут.

Гм… А почему нет? Новый сентипоновый матрас, одеяло, подушка и комплект белья обойдутся мне монет в сорок. Не так уж и дорого, учитывая нынешнее состояние кошелька. Да и с обоями — реальная тема. Если уж обзаводиться обновками, стоит хотя бы клопов выжечь.

Одно плохо. Такие перемены не скроешь от соседей. Значит, пойдет шепот по району, и раньше или позже ко мне заявятся «Злыдни» с одним единственным вопросом: «С каких барышей шикую? И нет ли желания поделиться?» А я что отвечу? Нашел? Тогда с деньгами можно попрощаться. У главаря «злыдней» Сидора правило простое: заработал — твое, нашел, украл — девять десятых отдай в общак. Значит, прежде чем засветить деньги, надо их как-то легитимировать.

Как? Сложный вопрос. Хотя… Есть вариант. Часто о нем подумывал, в те дни, когда сил было больше. Все тот же Возген. Готовый скупать крысиные тушки в неограниченном количестве. Народ из бараков редко задает вопросы, какое мясо внутри, если цена на буритасы или шаверму доступная. И платит хозяин харчевни при этом вполне прилично — одна монетка за пару тушек. Но даже при таких расценках поставщиков у него не слишком много. Крысы увертливые, а сил гоняться за ними у поставщиков крови не хватает. Устанешь больше, чем восстановишь заработанным.