Возрождение
Шрифт:
При виде удивления чужака хронист понимающе улыбнулся, а на сердитый взгляд Белки только виновато развел руками.
– Прости, что так долго: Лунная сталь слишком капризна. Я не маг, чтобы всего за сутки отковать тебе нужную форму и с достаточной емкостью.
– Если бы ты сегодня не успел, я б тебя потом живьем закопала, - мрачно просветила его Белка, сверкнув глазами.
– Я тут целый час Ей зубы заговаривала, дуростью всякой занималась. Прыгала, скакала, как ненормальная. Злила Ее, как только хватило фантазии... а тебя все нет и нет! Ис, ты меня едва не подставил!
Рен Истаэр флегматично пожал плечами.
– Ну, не подставил же.
– Сволочь ты ушастая!
– буркнула Белка, сунув "амулет" под забавно шевельнувшийся нос мужа. Потом вовсе положила на камни и отошла.
Элиар разом обмяк и чуть не рухнул от облегчения на землю.
– Белка... хвала небесам, живая!
– А то. Зря ты надеялся попировать на моих похоронах.
– Бел!
Таррэн шумно втянул ноздрями горячий воздух.
– М-м-м... наконец-то, ты пахнешь как раньше! Эта гадость чуть не испортила твой запах!
– он уткнулся в мягкий живот Гончей и снова вдохнул.
– Мр-р-р, до чего же дивный аромат. Мне его так не хватало!
– Кыш, - отмахнулась она.
– Лучше гадость эту прибери и проверь, все ли в порядке.
– А что за гадость-то?
– торопливо погасил ненужное больше заклятие Элиар и быстро подошел, едва сдерживаясь, чтобы не завопить от радости, прыгнуть навстречу хищным коршуном и цапнуть ее при всем народе, чтобы бессовестно прижать к груди и никуда больше не отпускать.
– И почему именно Лунная сталь?
– Потому, что у Лунной стали есть одно редкое свойство, Эл: оно умеет без остатка поглощать нестабильные субстанции. Например, остаточные эманации всяких там заклятий, рваные щиты, чью-то непрочную защиту, всяких неприкаянных духов...
Светлый округлил глаза.
– Что? Вот так просто?!
– Ну, не просто, конечно, - совсем обычно усмехнулась Белка, снова отпихнув от себя треугольную морду урчащего Дракона.
– Мне пришлось порядком побегать, чтобы наша старушка поверила и рискнула слиться со мной без предварительного ритуала. Убить Ее, как ты понимаешь, невозможно. Да и не с руки мне: все-таки чья-то Мать. А вот обезвредить - пожалуйста. Заточить, например, в хороший такой слиток Лунной стали и закинуть в какую-нибудь глубокую впадину, чтобы никто не достал. Я про Лунную сталь только накануне поняла, когда Тоаркана по морде царапнула. Клинок, правда, сломался, но перед этим энергию из его щита вытянул. Потом Истаэр подсказал, как надо поступить, вот я и запрягла его, чтобы выковал такую же штуку, только нужного размера.
– Но ведь ты могла не успеть, - нахмурился Элиар.
– А Она вполне могла воспользоваться каким-то другим способом, чтобы заполучить твое тело.
Белка снисходительно посмотрела.
– Эл, друг ты мой ушастый... как ты думаешь, что я делала две долгих недели, когда вы вольготно тут жили в гордом одиночестве?
Элиар вопросительно приподнял одну бровь.
– Полагаешь, я не знала, что за руны на мне горят? Или понадеялась, что Мать даст мне хоть один шанс?
– Ну, ты у нас девушка осторожная, предусмотрительная... а и правда: где ты была?
– У меня она была, на Острове, - хмыкнул рен Истаэр, опрометчиво не заметив, как недобро блеснули глаза у стоящего рядом Дракона.
– Свалилась, как снег на голову, наговорила чего-то, напугала, потребовала Хроники выложить и прочитать от корки до корки...
– А потом занялась обезвреживанием этих дурацких рун, - согласно кивнула Гончая, вовремя придержав мужа за ноздри.
– Таррэн, не шали. Ревновать тут совершенно не к чему: Ис всего лишь помог мне сменить рисунок.
– Он ЧТО с тобой сделал?!
– ошарашено моргнул Элиар.
– Ничего особенного: пару линий подправил, чтобы утратили доминирующее значение, и подтер несколько других. Заодно, выведя из меня некоторую часть Драконьей крови и избавив от влияния Матери. Только и всего.
– Но как?!
– Таррэн!
– возмущенно прикрикнула Белка, дернув недовольно зашипевшего Дракона за круглое ухо.
– Ис мне помог, ясно? И я не желаю, чтобы твоя горячая кровь испортила ему прическу! Хватит ворчать! Я же сказала: он был так галантен, что даже не распустил руки! Впрочем, если бы это было не так, я бы ему уже оборвала не только их, но и все другие выступающие части тела! Понял?!
Таррэн задумчиво оглядел напрягшегося кузнеца, только сейчас вспомнившего об извечной вспыльчивости Драконов, а потом медленно наклонил голову и перестал пытаться дотянуться до Истаэра зубами.
– Так-то лучше, - буркнула Гончая, убедившись, что он угомонился.
– Зверь. И еще неизвестно, кто из нас больший монстр: ты или я.
– Ладно, - облегченно вздохнул Элиар.
– С одним делом разобрались. Остается решить, что делать с вашим "лунным" амулетом и куда его засунуть так, чтобы никто не спер.
– Да чего тут думать? Закопать и все.
– Ага! А потом какой-нибудь гад выкопает и выпустит Ее обратно?!
Белка раздраженно покосилась на излишне беспокойного друга, но тот всегда предпочитал предусмотреть все заранее. Даже щитами своими озаботился сразу, как только узнал, что им предстоит визит на Алиару. А теперь вот надеется, что ему разрешат-таки испробовать это новое заклятие (жуть одна, а не заклятие!) на подходящей для этого сомнительного эксперимента цели. Маньяк какой-то!
Она собралась было возразить и заверить, что знает такое место, где Драконицу уже никто и никогда не разбудит, но донесшийся сверху свист и стремительно нарастающий гул избавили ее от необходимости что-либо предпринимать. Таррэн едва успел отодвинуть супругу и побратима в сторону, как на мирно лежащий амулет с неба упала неистово горящая капля расплавленной лавы. Раздался оглушительный взрыв. Во все стороны брызнули горячие ошметки. На месте амулета образовалась приличная воронка, а пролетевшая по небу стремительная тень довольно рыкнула сверху:
– Вот теперь ее точно никто больше не выпустит! Будет знать, как обижать мою маму!
Глава 24
От удивления у Элиара даже дар речи пропал. Но окончательно его добил не сам факт безжалостного и бесповоротного уничтожения ценного артефакта... не видение испуганно брызнувшей во все стороны, разорванной на миллионы кусочков тени бывшей Драконицы... а то, что пронесшаяся над Скальными берегами крупная птица на самом деле вовсе не была птицей. А когда рядом с Таррэном, раздуваясь от гордости и ослепительно блистая на солнце красивой золотистой чешуей, довольно уверенно приземлился молодой Дракон, Золотой Владыка окончательно понял, что сходит с ума.