Чтение онлайн

И тут я случайно вспомнил награду одного из заданий — Скрывающий Могущество Амулет. Это было задание стоимостью тысяча двести очков. За такую цену это определенно был артефакт. А судя по названию, скрывал он развитие. Именно то, что мне сейчас надо. И накопить на него до турнира успею.

— Как будто звезды совпали, — ухмыльнулся я, отбросив тревоги, и направился к массиву практики.

Но когда я к нему подошел, то с удивлением обнаружил, что массив был кем-то занят. На постаменте лежал средний низкокачественный камень природной энергии и испускал ровный малиновый свет, что значит, энергии в нем еще оставалось в избытке.

Обслуживание массивов требует огромных затрат, поэтому в клане Ран установлено всего два: один для практиков Земной области, другой для Небесной.

— Ничего не поделаешь, придется подождать.

Чтобы не терять времени даром, я прихватил со стойки два коротких меча и встал напротив манекена.

Манекен выглядел хлипким, и казалось, его не сложно разрушить. Но так только кажется. Ведь материалом, из которого он был сделан, являлось не обычное дерево, а дорогое черное железное дерево.

После того, как черное железное дерево высушивается больше года, оно становится поистине твердым, почти нерушимым. Сил Земной области не хватит, чтобы оставить на нем даже вмятину. Практики Небесной области смогут помять, но не порезать. И лишь Звездные практики способны его разрубить. Конечно все это без использования боевых навыков.

У меня за плечами была школа карателей, многолетний опыт в обращении с мечами и тысячи побежденных противников. Я не должен был испытывать трудностей. Но знать — не значит уметь. Тело мальчика на первой ступени телесной сущности просто не справлялось с нагрузками.

Точность хромала. Связки запаздывали. После минутного боя я выдохся и, скрючившись в колено поклонной позе, тяжело дышал. Ну и какой из меня после этого мастер меча?

— Позор! Видел бы меня сейчас мастер, плеть бы не остановилась покуда живого места на спине не осталось.

Злость на свою беспомощность придала мне сил, и я снова взял мечи. А затем еще раз и еще, под конец даже задействовал телесную силу. И так до тех пор, пока не упал на землю без сил.

Легкие разрывались, все тело болело, и, тем не менее, на лице у меня играла улыбка. Когда отдаешь всего себя тренировке, когда превышаешь предел и выдерживаешь, когда с болью в мышцах приходит сила — это чувство пьянит.

Когда ко мне вернулись силы, не все, лишь чтобы двигаться, я привстал и сел в позу для медитации. Я прекрасно понимал, что впустую потрачу почти треть природной энергии, но все равно достал из пространственного кольца малый камень природной энергии и положил его себе на колени.

Я сфокусировал на нем духовный взгляд и выпустил истинную сущность, направляя внутрь тонкую желтую струйку, и когда он засиял, сложил руками печать и произнес:

— Сломайся.

Камень взорвался и разлетелся в мелкое крошево. Осколки размером с песчинки, излучающие легкий малиновый свет, мягко окружили меня и повисли в воздухе.

Я закрыл глаза, нажал на нужные энергетические точки, и с третьей попытки активировал Ревущий Дракон, Разрывающий Коготь. Плотная природная энергия хлынула в мое тело и понеслась к сосуду души.

Незаметно прошло два часа. Техника развития безостановочно поглощала природную энергию, а я тем временем распутывал узел. И как раз когда я закончил распутывать пятую нить, тишину тренировочного поля нарушил пронзительный треск.

Я извлек сознание из тела, открыл глаза и посмотрел на массив. Сияние камня, лежащего на постаменте, почти угасло. Лишь крошечный огонек искрился внутри. Его поверхность покрывала сеть мелких трещин, вырастающих из одной глубокой. Он вот-вот должен был разрушиться.

И в этот момент на площадке в конце ступенек появился разлом. Секунду спустя из него вышла девушка. Она выглядела старше меня примерно на год и была выше на пол головы. Ее лицо было красивым и полным жизни, и у нее была хорошо развитая фигура. Две холмистых вершины сильно оттягивали халат, невольно приоткрывая разрез и показывая соблазнительную ложбинку. Ее длинные шелковистые волосы золотисто-медного цвета ниспадали до поясницы, словно водопад, и тщетно пытались скрыть аппетитную выпуклость в форме сердечка. Она изящно спускалась вниз по ступенькам, выставляя напоказ стройные белоснежные ножки.

Я вырос в Ордене, но не был монахом, и с юношеских лет предпочитал женщин постарше. Меня манил их шарм и созревшие прелести. Они как наливные яблоки становятся слаще.

Но смотря на нее, огонь желания неожиданно разгорелся в груди. И не только там. Ниже стал набухать корень жизни.

— Ты! — заметив меня, воскликнула красавица.

— Я, — улыбнулся я и кивнул.

— Ты что здесь забыл? — спросила она ледяным тоном.

— Ну что за глупый вопрос, — вздохнул я и ответил: — Тренируюсь.

— Хм. — Ее сдавленное «хм» очень скоро переросло в заливистый смех.

Я подождал, пока она отсмеется, и тактично спросил:

— Закончила?

— Тренируется он, как же. Такой как ты только и может, что за девушками в купальне подсматривать. — Вдруг ее лицо стало серьезным, и она начала кричать на меня: — А ну быстро свалил! И чтобы я тебя рядом с собой близко не видела!

Она красива и грациозна, и в то же время какая-то дикая. Характер у нее был, прямо скажем, не очень, однако за свою короткую, но насыщенную жизнь я понял одно — дикого зверя всегда можно приручить. Даже тигры становятся ручными.

— Может для начала представишься, прежде чем ноги об меня вытирать?

— Ах да, потеря памяти. Слышала. Только знаешь, что: других ты может и обманул, но я, Кьюнг-Сун, знаю, какой ты на самом деле. Ты трус! Трус и слабак! Прикинулся мертвым, когда остальные сражались! Ты позор нашего клана! — крича на меня, она топала ножками, совсем как ребенок.

Не обращая внимания на ее возгласы и оскорбления, я сразу вспомнил это имя:

— Кьюнг-Сун? Моя невеста? Хе-хе.

— Даже не думаю меня так называть! — немедленно взорвалась она. — Ничтожество, ты не стоишь и моего мизинца! Ты….

Если до этого, называя меня трусом и слабаком, Кьюнг-Сун кричала, но не была в гневе, то сейчас, когда я называл ее своей невестой, ярость и убийственные намерения явственно ощущались в ее словах. Мысль о том, что она станет моей женой, была настолько противна ей, что, как мне кажется, Кьюнг-Сун скорее покончит со мной. Хотя, скорее, это я стану трупом.

Слушая все это, я оставался спокоен, и когда она замолчала, спросил:

— Неужели ты так сильно меня ненавидишь? Это из-за того что я слаб, или дело в чем-то еще?