Чтение онлайн

– Матрасные пружины, – пробормотал он.

Она снова улыбнулась и устроила запястье напротив его губ.

Обняв ее своим взглядом, Тро укусил так аккуратно, как мог, не желая причинять ей ни крупицы боли… и он пил, разглядывая ее лицо, запечатлев его в памяти так, чтобы держать ее образ ближе к сердцу.

Потому что, скорее всего, сейчас он видит ее в последний раз.

Воистину, он разрывался, желая воспеть хвалу Деве-Летописеце за то, что такая женщина вошла в его жизнь, и, тем не менее, он видел в этих двух встречах своеобразное проклятье.

Он опасался, что она останется с ним. Будет преследовать его словно призрак…

Все закончилось слишком быстро, и он вытащил клыки из ее нежной плоти. Он облизнул ее кожу один раз, второй, лаская своим языком…

– Окей, на этом закончим, – Фьюри поднял ее с кресла, сердечно улыбаясь ей.

– Сейчас найди Куина… тебе нужно набраться сил.

Это правда, подумал Тро, почувствовав укол вины. Воистину, казалось, она побледнела и испытывала головокружение. С другой стороны, она кормила его дважды в столь короткий срок.

Хотел бы он, чтобы его звали Куин.

Фьюри проводил ее до двери и попрощался с добрыми пожеланиями на Древнем Языке. А потом развернулся… и проверил, что дверь заперта.

Сбоку прилетел кулак, и, заметив мельком черную кожу, он понял, что это был Вишес.

И последовавший треск был таким громким, словно бревно переломили надвое.

С другой стороны, у него всегда был крепкий подбородок.

Когда церковные колокола зазвенели в голове Тро, и он сплюнул кровь, Вишес мрачно сказал:

– Это за то, что смотрел на нее так, будто мысленно трахаешь.

В другом конце комнаты Брат Фьюри сжал руку в кулак и начал стучать по раскрытой ладони другой руки. Подойдя, он зловеще добавил:

– А это, чтобы убедиться, что ты не реализуешь свою блестящую идею.

Тро улыбнулся им обоим. Чем больше они будут бить его… тем вероятней ему снова потребуется кормление.

И они были правы: он хотел ее… хотя «заниматься любовью» – более подходящее определение. И проведенные с ней мгновения стоили всего, что они с ним сделают…

***

В особняке, Тор сидел на нижней ступеньке парадной лестницы, упершись локтями в согнутые колени, подбородок лежал на кулаке, а телефон – рядом с ним, экраном вверх.

Его задница онемела.

На самом деле, просидев на одном месте в течение последних – сколько он просидел? Пять часов? Вероятно, придется попросить удалить ковровый ворс с его «багажника» хирургическим путем… Охранная лампа издала «бип», и Тор подскочил на ноги, подбежал к панели, снова взглянул на экран и открыл замок.

Лэсситер был один, вероятно потому, что Джейн предпочла вернуться в Яму. Ангел был в костюме Адама… и выглядел прекрасно. Нет пулевых отверстий, шрамов, ушибов.

– Продолжишь так пялиться на меня, и будешь должен мне ужин после.

Тор зыркнул на ангела.

– Ты чем, черт возьми, думал?

Лэсситер покачал пальцем.

– Не тебе задавать мне этот вопрос. Не относительно прошлой ночи.

И на этой ноте… и абсолютно не беспокоясь о своей наготе… Лэсситер направился в бильярдную комнату, к бару. По крайней мере, он встал за стойку, наливая алкоголь, не сверкая своим «портовым грузчиком» и двумя «буйками».

– Виски? Джин? Бурбон? – спросил ангел. – Я выбираю «Оргазм».

Тор потер лицо.

– Можешь не произносить это слово, пока я рядом, а ты – с голой задницей?

Его слова вызвали волну «Оргааааазм, оргааааазм, оргааааазм» в такт пятой симфонии Бетховена. К счастью, фруктовая дребедень, что он намешал в своем стакане, оборвала поток слов, когда он выпил ее залпом.

– Ааааах… – Ангел улыбнулся. – Выпью-ка еще один. Не желаешь? Или этим днем у тебя было достаточно оргазмов?

От молниеносного образа груди Ноу-Уан в его руке, член Тора радостно подпрыгнул.

– Лэсситер, я в курсе, что ты сделал.

– Снаружи? Ну да, я с солнцем на «ты». Лучший доктор из возможных… и никаких доплат. Я-хууу!

И снова пить. Значит, бравада была выдавлена через силу.

Тор устроился на стуле.

– Какого хрена ты закрыл меня собой?

Ангел демонстративно занялся третьей порцией.

– Я скажу тебе то же, что сказал Доку Джейн – я вообще без понятия, о чем это ты.

– О пулевых ранах по всему твоему телу.

– Да?

– Ага.

– Чем докажешь? – Лэсситер слегка поднял руку. – Можешь доказать, что я вообще был ранен?

– К чему отрицать это?

– Это не отрицание, если я понятия не имею, о чем это ты.

С очередной очаровательной улыбкой он опрокинул стакан. А потом сразу же взялся за четвертый.

Тор покачал головой.

– Если хочешь расстаться с жизнью, почему бы не сделать это как настоящий мужчина?

– Обожаю вкус фруктов.

– Ты то, что ты пьешь.

Ангел посмотрел на часы.

– Дерьмо. Я проворонил «Мори»[1]. Но записал «Эллен»[2].

Лэсситер подошел к дивану и растянулся на нем… и Тор счел себя счастливчиком потому что, по крайней мере, ублюдку хватило приличия укрыть свои причиндалы покрывалом. Когда ТВ включилось, а Эллен Дедженерес[3] протанцевала вдоль выстроившихся домохозяек, стало очевидно, что ангел не настроен на разговоры.

– Я просто не понимаю, зачем ты это сделал, – пробормотал Тор.

Это так не похоже на парня, который печется только о своей заднице.

В это мгновение в арочном входе в бильярдную появилась Ноу-Уан. Она была в своей мантии с поднятым капюшоном, но Тор увидел ее обнаженную и расслабленную, и его тело снова ожило.

Когда он соскользнул со стула и направился к женщине, то мог поклясться, что услышал слова Лэсситера – «вот почему».

– Хэй, ты получила еду?– сказал он, подойдя к женщине.

– Да, – прошептала она. – Но я волновалась, когда ты не вернулся. Что-то стряслось?