Возвращаясь на Землю
Шрифт:
– Мы в своей дружбе и в семье – как на теплом острове в безграничном океане невежества.
– Да, - Шурик быстро уловил его мысль и посмотрел слегка удивленно, с озарением в глазах.
Оба смиренно покивали сами себе и притихли ненадолго.
– Но, - начал вдруг Алексей, в его интонации уже чувствовался наплыв энтузиазма, - позавчера ты сказал мне, что мы будем все менять. – Шурик посмотрел на него озадаченно, ожидая продолжения. – Мы не будем прятаться на островке, а лучше поплывем. У нас вся жизнь впереди, есть время сделать мир лучше, так?
– Ты прав, - кивнул Шурик, многозначительно выдвинув вперед скулу.
Алексей хотел, было, продолжить свое наставление, но тут за их чуть напрягшимися от прохлады спинами появился Тим:
– Вы что не спите, психи? – На его припухшем лице замерзло странное выражение – глаза были едва открыты, а левая бровь поднята на невозможную высоту.
– Мы тут решили все менять, - ответил Алексей и, не заметив на лице Тима реакции, добавил, - прямо сейчас.
Лицо друга тут же оживилось, засветилось улыбкой, глаза округлились, он будто проглотил столовую ложку крепкого кофе:
– Погнали! С чего начнем?
– Ну, как я слышал, “хочешь изменить мир – начни с себя”. – Произнес Алексей.
– Давай, с тебя и начнем, - тут же подхватил Шурик.
На этом началась живая пауза, все трое пожали плечами, переглянувшись, и Тим выступил первым:
– Пора раздвинуть пределы…, - бросил он с выпадом вперед. То, что он хотел сказать далее, тут же вылетело у него из головы.
– …Взвесить свои силы, - продолжил Шурик практически на автомате.
Алексей начал качать в ритм, остальные двое тут же подхватили его. Тим попытался набить перкуссию губами, но понял, что достойного бита у него не получится, и, не раздумывая, подскочил к Славику, тихо сопевшему, у скамейки:
– Вставай, нига! Нам нужен твой рот. – И сразу добавил четверку ударов. – Бум, бум, пст, бум, пум, пст-пум!
– Иди в лес. – Прозвучал нечленораздельный ответ.
– Эй, ё! – Он толкнул тело рукой, но так ничего и не добился.
– Давай, я. – Выкинул Шурик и начал набивать бит. Получалось весьма неплохо – оба товарищей подметили это.
– Со второго куплета? – Спросил Алексей, уже накачивая головой ритм.
– Ага. – Ответил Тим и занес руку, чтобы ударить ей по сильной доле. – Пора раздвинуть пределы, взвесить свои силы, со звездной высоты взглянуть на все, что было, чем сердце жило и почему не остыло, когда в нем боль ныла – в твоем сердце наша сила.
Алексей не думал, когда начать свою часть, слова полились сами собой:
– Вера в тело и разум тебя делает сильней, выше людей, что живут лишь болью своей. Сделать мир добрей – не мечта, а план скорей, на дороге к вечной жизни среди сотен идей.
– Постой! – Бросили они хором и начали усиливать подачу с каждой строчкой. – Ты еще не герой, землянин простой. Дышишь атмосферой над своей головой. Ее мы видели снаружи, как и весь мир твой, хочешь быть с нами – будь самим собой.
– Теперь ты сильней других и духом, и телом…
– Среди черных и белых, диких душ опустелых...
– Наш новый союзник в борьбе за правое дело.
– Смело за дело, твоя цель – дойти до предела! – Вылетело, словно очередью из автомата.
Теперь они не отрывали глаз от неба и читали только хором, с трудом попадая в бит, но уверенно и задорно:
– Всему во вселенной есть свое место? Можно поспорить, но не в том наша цель небесная. Ну что, готовы? Мы скажем честно: в вашем мире нам все известно. Все, что захочешь, изменишь в нем, ты нас ждал, и мы придем. Сквозь тысячелетья правду несем, в этом мире нам известно все!
Припев разлетелся утренним горном по дачному поселку. Друзья крепко обняли друг друга, продолжая качать. Теперь душа, как никогда, рвалась в небо, и после короткого затишья раздался сокрушительный крик:
– Все будет охрененно!
За ним тут же последовал другой:
– Заткнитесь там!
В прозрачной утренней тиши было видно и слышно издалека, как трое лучших друзей резвились на крыше летнего домика. Их молодая энергия будила и заряжала жизнью природу вокруг, а неотступная вера в себя росла и разгоралась, как желто-красное Солнце, светившее позади.
Алексей не мог понять своих эмоций и метался между смехом и плачем. Выражение его лица менялось через каждые две секунды, взгляд быстро перебегал из стороны в сторону, дыхание было резким и неровным, в таких случаях он до боли кусал кулаки и тянул себя за волосы, будто от стыда, но в стеклянном шлеме он мог лишь встряхивать головой, в надежде собрать мысли в порядок. Вместе с тем, он даже не представлял, каким стало его лицо за прошедший час: поры расширились, пот лился и застывал под ними на щеках и шее, глаза, кожа и потрескавшиеся губы налились пугающим цветом крови.
Вместе с тем, мертвая тишина все больше давила на мозг, он старался выдыхать громче, даже хотел, было, допеть недопетую друзьями песню, но цель была всего в одном прыжке от него. Он остановился в нескольких метрах от гигантской, устрашающей капсулы и в течение минуты осматривал ее неотрывно, чувствуя, как комок страха копился в горле, препятствуя дыханию. С трудом проглотив его, он поднял руку к шлему и включил рацию.
– Звездный, это лейтенант Плутов. Я на месте. Прием. – В ожидании ответа он не двигался с места и лишь смотрел на огромную грушевидную конструкцию.
– Алексей, отлично! Капсула цела? – Генерал Руденко тут же вышел на связь. Более двадцати минут в Центре управления царила тишина, все ждали лишь одного – когда лейтенант Плутов выйдет на связь.
– На вид – в порядке. Сколько у меня времени?
– Двадцать четыре минуты. Щит управления почти на вершине, в углублении, где шлюпка отделяется от бомбы, поднимись туда.
– Есть. – На этом Алексей, наконец, сдвинулся с места. Сделав пару шагов для разбега, он лихо вскочил на вершину и низко присел, чтобы восстановить равновесие.
На гладкой керамической поверхности под его ногами выделялись очертания крышки люка на склоне ровного эллипса шириной около метра. У центра он заметил две небольшие выемки, судя по всему, предназначенные для открывания.
– Я готов. – Бросил он, удерживая взгляд на одной точке, и тут же почувствовал, как на лице начали собираться ощутимые только кожей капли пота.
– Хорошо. Теперь открой крышку щита. Для этого нужно надавить на выемки, тогда она отойдет.
Алексей сделал все, как сказал генерал – с усилием надавил кулаками и увидел, как крышка чуть приподнялась над поверхностью. В одно движение он вынул ее и зафиксировал в вертикальном положении. Перед ним была открыта овальная приборная панель с множеством кнопок и двумя небольшими дисплеями.