Чтение онлайн

Итак, как ты включаешься, дружок? Подскажешь?

Палец коснулся одного бугорка, другого, третьего. Четвёртый упруго продавился.

Линза «часов» покрылась сеточкой светящихся «трещин», из невидимых прежде отверстий выдавились три тонких стерженька: красный, синий и жёлтый.

Роман вошёл в транс, прислушался к своим ощущениям.

Вопреки человеческим оценкам, красный не вызывал ощущения беспокойства и тревоги. Аппарат был создан существами с иным диапазоном зрения, в котором красный цвет воспринимался иначе.

Жёлтый стерженёк казался холодным как лёд. Он явно что-то останавливал. Синий едва заметно подрагивал, красный просто ждал, когда его нажмут.

Роман нажал на красный.

«Стекло» линзы с рисунком змеящихся трещин выгнулось чашей, внутри которой заклубился вихристый красноватый туманчик. В воздухе растаял тонкий стеклянный звон. Лемурийский телепортатор дал понять, что ждёт указаний.

— Мне надо домой, — проникновенно сказал Роман; откашлялся, унял поднявшееся в душе волнение. — Объясняю на пальцах: ближайший портал! Не Луна и не другие планеты Солнечной системы. Земля! Планета, на которой мы находимся. Как понял?

Красный стерженёк мигнул.

— Отлично! — обрадовался Роман. — Мы понимаем друг друга. А теперь неси меня…

Он задумался на несколько мгновений, но ничего более умного и правильного не придумал.

— Неси меня в Москву!

Представил столицу мысленно: сверху, из космоса, с высоты в сто километров, потом с меньшей высоты — в два-три километра, выделил район Тверской улицы, ярко высветил здание Министерства образования, указал кабинет министра: сюда!

И нажал на синий стерженёк.

Ничего не произошло! Он по-прежнему находился в отсеке управления базы. Разве что взгляд компьютера Колыбели изменился: стал презрительным.

Впрочем, это скорее всего Роману просто почудилось.

Тем не менее он покраснел от досады, понимая, что ведёт себя по-мальчишески, взял себя в руки, сосредоточился на решении задачи.

Итак, начнём с начала. Мне надо сюда!

Он повторил мысленный финиш в здании Министерства.

Понял?

Красный стерженёк мигнул.

— Поехали!

Палец коснулся синего стерженька… но в последнее мгновение Роман уловил знакомый мистический трепет и одним движением вдавил оба стерженька сразу, красный и синий.

Удар темноты! И тишины! И стремительное падение в бездну пополам с полным отсутствием движения!

Сознание померкло… чтобы восстановиться через ничтожную долю секунды. Тьма перед глазами рассеялась. Он судорожно хватанул воздух ртом, ощущая его тепло — пахнуло знакомыми запахами, — заворочал головой и облегчённо вздохнул. Теснота вокруг тоже была знакома. Лемурийский телепортатор перенёс-таки его из Колыбели туда, куда он и хотел, в недра Министерства образования.

Вспомнился опыт выхода в кабинет министра.

Роман унял бешено колотившееся сердце, надавил ладонью на стенку кабины перед носом. Створки двери разошлись в стороны. Он вышел в знакомую комнату отдыха, где стояли диван, кресла, столик с чайным сервизом, книжные шкафы и вазы. Ничего здесь не изменилось, если не считать одного: в комнате находился человек!

Роман замер, решая, включать «засос» или нет. Присмотрелся к сидящему на диване толстяку в дорогом фиолетовом костюме.

Тот был мёртв!

Несколько секунд Роман разглядывал мертвеца.

Этого человека он не знал. Хотя догадался, что перед ним тот, кто заменил прежнего министра. И этот новый глава Министерства образования России сидел, откинув голову на спинку дивана, и смотрел перед собой остекленевшим взглядом, уходящим в бесконечность. Челюсть его отвисла. Изо рта сползала на подбородок уже подсохшая струйка крови.

Роман сглотнул слюну. Мыслей не было. Он не часто встречал мертвецов, да ещё в такой ситуации, и совершенно не представлял себе, что надо делать.

Взгляд упал на столик, где между чашками — чай пили двое, один из них, очевидно, убийца, который и оставил хозяина кабинета после убийства, — лежал листок бумаги. Роман наклонился над столиком.

Писали по-русски, но неумело, как курица лапой, отчего буквы русского алфавита казались незнакомыми.

«Позвони по телефону, висв (далее шёл номер мобильного). Договоримся о встрече. Не докладывай никому об этом — убём жену (так и было написано — через букву «ё»), она у нас. Даём на размышления двадцать четыре часа».

Подписи на записке не было.

Похолодело в груди. Роман уставился в листок остановившимся взглядом.

Они знали, что он выйдет именно здесь! Но главное, у них была Юна! Как они её нашли?!

Какой-то звук вторгся в мёртвую тишину комнаты отдыха.

Роман вскинул голову, прислушиваясь.

Звук повторился. Точнее, не звук — мысленный вызов:

«Рома, ты меня слышишь?»

«Алтын?!»

«Слава богу, объявился! Мы тебя ждём!»

«Юну похитили!»

«Знаю, встретимся, поговорим».

«Они дали двадцать четыре часа…»

Ылтыын помолчал.

«Ты с ними встречался?»

«Нет, несколько минут назад я вышел в министерстве».

«Как славно, и мы тебя ждём у министерства! Извини, не дослушал».

«Убит какой-то тип, в кабинете».

«Дьявольщина! Наверно, Метельский, бывший зам Фурсенюка, он сейчас и.о. министра. И что?»

«На столе меня ждала записка: «Юна у нас» — и всё такое прочее».

«Понял, выбирайся оттуда. Помощь нужна?»

«Нет, справлюсь, ждите».

«Машина стоит в Козицком переулке, серебристый «Фольксваген Туарег», номер «три четвёрки».

«Найду».

Роман очнулся, ещё раз пробежал глазами текст послания, бросил взгляд на тело мертвеца (интересно, кто его убил и каким образом удалился без шума — свои?) и направился к двери.

Кабинет министра не изменился. Новый глава министерства ничего не стал в нём менять, словно чуял, что хозяином будет недолго.

Роман успокоил дыхание, зажал сердце в тиски воли, сосредоточился на важении, нажал кнопку селектора, проговорил неразборчиво: