Чтение онлайн

Самыми исправными поставщиками запчастей были немцы. Поэтому, большинство машин на ходу, в данный момент, были именно трофейными. Поставляли фрицы и россыпью, и в виде готовых, так сказать, машинокомплектов. Особенно щедрыми эти поставки были как раз в период наступления. Оставалось только изыскать или открутить нужное с трофея. Беда была в том, что отыскать подходящий трофей было не так просто.

С советскими грузовиками было совсем просто: ЗиС-трехтонка и ГАЗ-полуторка. Американцы поставляли "студебеккеры", "шевроле", "форды" и "додж" три четверти. А немцы? "Опель", "мерседес", МАН, "бюссинг" и еще всякой хрени. И все разных моделей, с разной грузоподъемностью и моторами. А еще попадались итальянские "фиаты", французские "пежо", "рено" и "ситроены". Да много чего еще попадалось, "штайры" австрийские, например, еще какая-то не опознаваемая экзотика. Вот и ищи, носом землю рой, а нужную железяку найди.

– Главное, чтобы руки на месте были, а запчасти найдутся.

– Значит, берешься поставить машину на ход?

Вова понял, что Кальман его на слове поймал, но отступать было некуда.

– Берусь.

– Сколько тебе времени потребуется?

– Не знаю еще, надо разобраться.

– Разбирайся, только очень долго не тяни, машин не хватает, да и скоро вперед двинем. Если потребуется - обращайся, чем смогу - помогу, но сам понимаешь…

– Понимаю, Аркадий Львович.

– Пошли, - бросил Кальман горе-водителю, - пока у ремонтников поработаешь, опыта наберешься.

С неисправностями Вова разобрался быстро. Крыло, фара, колеса - ерунда. Мотор рабочий, с ним пацан ничего напортачить не успел. Масло из редуктора заднего моста упустил, на ходу, наверняка, будет гудеть, но не смертельно, некоторое время можно ездить и так. Основная проблема скрывалась в корпусе раздаточной коробки. Не выдержал один из подшипников промежуточного вала, а мальчишка попытался дотянуть до нужного места своим ходом и убил раздатку окончательно. Теперь ее проще поменять целиком, чем ремонтировать. Только где ее взять? Пришлось идти на поклон к ротному.

– Ты думаешь, мы сами не догадались? Всю округу обшарили. Где успели, где не успели, но сейчас одни только рамы можно найти.

Вова на несколько секунд задумался, но решил не отступать. Ротный прав - все, что лежало на виду уже давно растащено, копать нужно глубже и некоторые мысли по этому поводу у него были.

– Тогда, разрешите, я с другими водителями покатаюсь.

– Катайся, только не очень увлекайся, о деле помни.

– Еще мне несколько банок консервов потребуются. Тушенка, а лучше - сгущенка.

– Зачем?
– удивился Кальман.

– За информацию надо платить.

– Хорошо, - кивнул старлей, - получишь.

Несколько дней Лопухов мотался по разбитым и раскатанным танками фронтовым дорогам. Водители охотно брали его с собой, и в дороге веселей, и, случись чего, в четыре и два ствола проблему решить будет проще. Несколько раз Лопухов оставался переночевать в населенных пунктах, выбирая деревни и села поблизости от переправ и мест, где немцы пытались остановить наше наступление. Через неделю он вернулся в автороту, попросил у ротного карту и трижды ткнул в нее пальцем.

– Вот здесь "студебеккер" с понтона ушел, там и остался. Вот тут "шевроле" на мину наехал. Его с дороги в овраг спихнули, кверху колесами лежит, раздатка и задний мост целые. Тут еще один "студер" под мостом лежит, даже кабина над водой торчит.

– Откуда сведения?
– удивился Кальман.

– Источник надежный, - улыбнулся Вова, - "шевроле" надо раздеть побыстрее, пока кто-нибудь другой не подсуетился.

– Еще что-нибудь есть?

– Есть еще ЗиС и полуторка. Три пушки ЗиСки.

– Дивизионки?

– Конечно!

Если кто не знает, то семидесятишестимиллиметровая дивизионная пушка - это не только ствол, люлька, станины и противооткатные устройства, но еще и два дефицитнейших колеса от полуторки, славная была у Вовы охота.

– Ну хорошо, - почесал лоб Кальман, - А как мы "студебеккеры" вытащим? У берегов уже лед намерз.

– Мы, в конце концов, танкисты или где? Возьмем в ремроте тягач, и готово.

– Как все у тебя просто. Ладно, насчет тягача я договорюсь, завтра будет. А ты бери ремлетучку, механиков и прямо сейчас приступай, а то вон ряху в медсанбате наел, аж смотреть противно.

Ремлетучка А - полуторка с деревянной будкой. В будке набор инструментов, тиски и автоген. Выехали сразу, как рассвело. Начать решили с пушек, но тут не повезло - одна оказалась разбита в хлам, просто груда железа с нелепо торчащим из нее покореженным стволом, вторую кто-то успел раздеть до них, на ходу подметки режут, сволочи. У третьей, годным признали только одно колесо, второе посекло и покорежило осколками. Ну, хоть что-то.

До перевернутого "шевроле" добрались в вечерних сумерках, в декабре темнеет рано. Лезть в уже заметенный снегом овраг никому не хотелось, как и гайки крутить в темноте.

– Здесь село рядом, там переночуем, согреемся, а утром начнем.

Остальные согласились, кому охота ночью, на пусть и небольшом морозе, в железе ковыряться? Хата, в которой Вова ночевал в прошлый раз, оказалась свободной. Только расположились, ватники скинули, фляжечку заветную достали, как вернулся сын хозяйки и по совместительству тайный Вовин агент - парнишка лет десяти-одиннадцати.

– Дядько Володя, в сусидний хати теж вийськови зупинились!

– Ну и что?

– Воны говорили, що теж до тией машины приихалы!

Вот гады, если в кузове их машины пошуровать, то наверняка отыщутся снятые со второй пушки колеса. Но это будет уже перебор.

– Слыхали, хлопцы? Па-адъем.

Подъем сопровождался изысканным набором чисто русских выражений. Вова сунул пацану заранее припасенную для таких случаев шоколадку.

– На, держи. Про нас молчок.

Ночь, минус пять, тусклый свет фар и четыре русских мужика с набором гаечных ключей, парой ломов и автогеном. И какая-то там мать им в помощь. К утру от "шевроле" осталась рама, изуродованная кабина и поврежденный взрывом блок двигателя, с которого было снято все, что не пострадало, и было признано годным к дальнейшему использованию. Даже руки никто не отморозил.

На следующий день вся компания отсыпалась, потом приступили к подъему затонувших "студеров". Начать решили с того, что лежал под мостом. Тут и глубина меньше, и машина осталась на колесах, и с моста до нее добраться проще. Операцию возглавил сам Кальман.

– Ну, кто полезет?

Желающих лезть в стылую декабрьскую воду не нашлось.

– Флягу спирта даю и два дня увольнения.

Ротный хорошо знал своих подчиненных, нашлось сразу несколько добровольцев. Кальман выбрал одного.