Чтение онлайн

Из окон сначала виднелась то гладь моря, то зелень островов, а то жилые и особенно производственные и портовые постройки. Теперь, мелькавшие за окном пейзажи, стали какими-то даже обыденными. Ещё менее чем через час оказались в Майами.

При посадке в автобус в Маратоне они видели взлетающий поблизости самолёт.

Значит, рядом был аэропорт! – поразился тогда Рауль – И это на такой узкой полосе земли, длинной косой и островной грядой уходящей от южного побережья Флориды на юго-запад глубоко в Мексиканский залив!?

В пересыльном пункте в Майами беглецов поодиночке и подробно допросили. Рауль и Марта отвечали согласно своим легендам. Другая пара – очевидно своим. Вскоре пары коллег по побегу естественным образом разлучились.

Марту и Рауля пока поселили в подобие гостиницы, больше напоминавшей современный барак в местном кубинском гетто.

Вскоре Рауль и Марта были направлены в иммиграционную службу города Майами для решения вопроса о предоставлении им политического убежища в США и натурализации.

Через несколько дней их принял главный чиновник от местной бюрократии. Мужчина лет под пятьдесят, как явствовало из таблички на двери его кабинета – Мариано Фагет, оказался человеком радушным и гостеприимным. Он давно привык к неиссякаемому потоку беженцев с острова Свободы, рвущемуся на свободу в США.

По службе он непосредственно решал, кто именно из кубинских беженцев может рассчитывать на получение политического убежища, а кто нет. Вопрос с Мартой и Раулем решился положительно, возможно, из-за знания ими английского языка, наличия у них высшего образования и преподавательской практики, трудоспособного возраста, кубинского загранпаспорта и достаточного количества наличных денег, в том числе долларов. А может и по другой причине?

Вручая им американские, такие же синие паспорта, чиновник широко улыбался, пожелав им успехов, счастья и свободы в Соединённых Штатах.

А через несколько дней Л. В. Шебаршину доложили об успешном завершении операции «Троянский конь».

– «Ну, что же, Юрий Иванович, я думаю, что теперь можно вплотную заняться и непосредственно нашим Гектором?» – спросил он начальника управления «С» генерал-майора Юрия Ивановича Дроздова.

– «Я всё же предлагаю его оставить в США. Хоть мы туда его не планировали, но ведь процесс пошёл, а дело ему там всегда найдём!» – предложил руководитель нелегалов.

– «Но это может нарушить сроки проведения операции «Нефертити»! Да и вообще помешать её проведению! Не дай бог, они ещё влюбятся там друг в друга?! Тогда вообще весь замысел пойдёт прахом! Давайте всё же не рисковать!» – возразил начальник ПГУ.

– «И потом мы ему обещали испано-говорящие страны, по которым он, кстати, уже специалист!» – поддержал их общего руководителя Николай Сергеевич Леонов.

– «Тогда, как и планировали – Мадрид, университет, факультет журналистики и психологии или политологии и социологии, и далее… по обстановке! Но пока пусть всё же в штатах побудет, своё гражданство отработает, пообтешется, опыта наберётся. Да и в Испанию его отъезд после этого будет выглядеть солидней!» – всё же вынужден был согласиться с первоначальным планом Ю. И. Дроздов.

– «Да, пусть наш… Одиссей… попутешествует по миру!» – согласился с ними Н. С. Леонов.

– «Да! Давайте тогда назовём эту операцию… «Пенелопа», что ли!?» – подвёл итог Л. В. Шебаршин.

– «Хорошо! Я согласую это с Трубниковым и представлю Вам на утверждение план дальнейшего использования Гектора в США, а потом и в Испании!» – «принял под козырёк» генерал-майор Дроздов.

Вскоре красавице Марте предложили украсить собой место секретаря-референта в одном из офисов владельца туристического и развлекательного бизнеса, куда входил и Диснейленд во флоридском городе Орландо. Это вполне соответствовало её плану постепенного внедрения в элиту США.

Поэтому она сообщила Раулю, что настала пора их расставания. Основной этап операции «Нефертити» завершался. И впереди Марту теперь ждал её «Эхнатон».

Они расстались по-товарищески, понимая ситуацию, с трудом сдерживая свои внутренние порывы, заменяя их чувством долга.

Ведь их служба Родине была превыше всего.

Они обнялись как-то по товарищески, но расцеловались по любовному.

И тут Марта неожиданно прервала их затянувшийся прощальный поцелуй. Схватив Рауля за вихры на затылке, она с силой оттащила его голову от своих губ.

– «Ну, всё… Платоныч… прощай!».

От этих слов Рауль просто опешил.

Надо же! Откуда она знает моё отчество? Наверняка изучала моё личное дело. Во, притворщица! – проносилось в его голове.

А Марта, отойдя к двери, неожиданно обернулась и сжала в кулак согнутую в локте руку, на прощание мило улыбаясь коллеге-любовнику:

– «Patria o muerte! No pasar`an, amigo».

Наверное, сама Долорес Ибаррури сейчас бы гордилась этой озорной красавицей, так легко отправившейся на трудное и опасное дело?! – подумал в этот момент Рауль.

Через несколько дней и ему неожиданно предложили работу – место, вместо недавно убитого «гангстерами» продажного репортёра, в отдел криминальной хроники кубинской эмигрантской ультрареакционной газеты «Эль Нуэво Геральд», выходящей в Майами на испанском языке тиражом в полмиллиона экземпляров и финансируемой правительством США.

В Майами он снял маленькую, но удобную квартирку в угловом доме на пересечении улицы Минделло-стрит с длиннющей улицей Сансет Драйв, проходящей по южной части Майами с запада на восток к заливу Бискейн.

Майами оказался очень большим городом площадью почти в сто квадратных километров и населением почти четыреста тысяч человек.

Этот известнейший пляжный мегаполис мира привлекал сюда мировых знаменитостей и богачей. В городе было много ресторанов, баров, ночных клубов и шикарных отелей, огромный торговый центр, самые большие в мире зоопарк и океанариум в красивом Венецианском бассейне. Поблизости можно было посетить Диснейленд и Космический центр имени Джона Кеннеди, поплавать на яхте и поучаствовать в океанской рыбалке, и посетить ферму по разведению крокодилов. В отличие от других американских мегаполисов с бешеным ритмом жизни, в Майами, пригодном и для постоянного комфортного проживания, всегда ощущалась неспешная курортная атмосфера, располагающая к отдыху и развлечениям.

После получения автомобильных прав международного образца, Раулю выделили старенький чёрный кабриолет Паккард Карибиэн выпуска 1956 года, находившийся ещё в хорошем состоянии. Но первым делом, связавшись с начальником ближайшего к его дому полицейского участка, Рауль представился ему новым корреспондентом газеты, тут же подумав, что возможно как раз именно сейчас кто-то из его бывших коллег, или даже его новый сменщик в Лурдесе, прослушивает этот их телефонный разговор.

Рауль не испытывал иллюзий по повод своих репортёрских способностей, но зато хорошо знал, как надо организовать работу. Этому его давно научил его дед Пётр Петрович Кочет. Для начала надо было поработать на свой авторитет, чтобы потом он стал работать на тебя самого.