Чтение онлайн

– То-то он Радзивилла прижучил в чистом поле! Тот и охнуть не успел!

Дорогу делали на 'резиновые' деньги: в Европе стали очень популярны резиновые сапоги, прорезиненные плащи и шляпы. А на Тринидаде и на Тамани заработали три завода по производству резины: один работал на натуральном каучуке, два делали искусственный. При каждом был обувной цех. В городах грязно, в моду вошли сапоги и калоши. Раскупались 'канары', как их называли, мгновенно. Так же хорошо уходили резиновые подошвы, каблуки: армии всех стран 'перевооружались' на такую обувь. Носится дольше, не мокнет. Особенно популярными были плащи, не толстые брезентовые, а хлопчатобумажные, прорезиненные. И совсем тонкие из полиэтилена. Вообще, химики за это время сделали очень много: получили полипропилен, полиамиды, полиэтилены и полистиролы. Освоили производство капрона и нейлона, технологи создали станки для производства чулок. На Кубе они не очень нужны, но женщины обратили внимание на то, что нога в эластичном чулке гораздо красивее выглядит. И пошло, поехало! А как только это попало в Крым и на Тамань, так расползлось по всему миру. Особенно много покупала Турция! Там гаремы большие, и мужики на баб денег не жалеют, хоть и держат их взаперти. Оттуда мода попала во Францию, и расползлась по Европе. Правда, нашлись деятели тамошней 'науки и культуры', то есть, протестантской и прочих религий, которые начали активно жечь теток, решившихся надеть нейлоновые чулки. Дескать, совращают их, несчастных! Имеется в виду мужиков! И заполыхали ведьмы на кострах! Спрос на чулки из-за этого только возрос! Через некоторое время уже новый Папа Бенедикт издал буллу, разрешающую носить чулки из эластика. Кстати, одними из первых их одели мужчины в Испании и Италии, потом во Франции. Там были модны короткие штанишки и чулки. Из-за этого тоже возникли споры, так как чулки в этих странах считались мужской одеждой. А её запрещалось носить женщинам. В общем, ревнителям нравственности пришлось сильно поволноваться. Заостровцев, который редко выбирался в Европу, обалдевал от количества заказов, и от возросшей торговли. Приходилось буквально штамповать серию 'Ленинградов' серии "Веди", чтобы успевать производить поставки. Правда, не забывали и о военной стороне вопроса, каждое новое судно, это две-четыре пушки. Доков теперь 16, поэтому успевали делать всё. С углём на Кубе стало свободнее, дополнительно подключили нефтяные месторождения в Венесуэле. Стали уже производим почти два миллиона тонн в год. А требуется ещё больше! Железные дороги требуют. Только Донбасс в сутки съедает триста тонн проката, а ещё две магистрали! Одна из Крыма в Запорожье, Черкассы и в Краков, оттуда в Бреславль, потом вдоль границ со Священной Империей до Балтики, в Данциг, он теперь Ливонский, оттуда в Кенигсберг, Мемель и в Венту, и через Вильно в Двинск. Помня, какую роль сыграла Восточная Пруссия в Отечественную войну, Дмитрий воспользовался ошибкой Иоганна фон Тифена, и ликвидировал Тевтонский орден, присоединив всё к Ливонии. Города и городские жители давно стремились вырваться из-под ордена, поэтому сопротивления не оказывали, а помогали. Это, правда, привело к некоторому охлаждению отношений между Дмитрием и Максимилианом. Но, там отличные девчонки работают! Которые быстренько напомнили Императору, что именно Дмитрий обеспечил возможность включить Британию в Римскую Империю! Там теперь правят свои! Так что, дашь на дашь! Просто обменялись любезностями. Плюс, Баязид Второй начал шевелиться в Хорватии, и отхватил её. Максимилиану стало не до Пруссии.

Железные дороги были темой дискуссии на военном совете, ведь они вели к раскрытию способа движения наших судов и кораблей. То, что поселенцы тщательно скрывали целых 15 лет. Дмитрий достаточно убедительно сказал:

– Ну, во-первых, побывав в различных странах, я убедился в неспособности существующих режимов что-либо менять в экономике. Из решительных людей, готовых пойти на это, было три человека: Генрих VIII Тюдор, Иоганн фон Тифен, Иван III и Баязид II. Остальные судорожно цеплялись за власть, старые доходы, старую веру. Обратите внимание, что Генрих VIII уже не придет, то есть никто уже не разгромит монастыри в Англии и не начнёт казнить бродяг, выживая их с острова. А кинулись безземельные в Америку. И огораживаться нет надобности: шерсть исправно поставляем мы, и не будет Лорд-канцлер сидеть на этом стуле. Секуляризация пройдёт в этом случае более справедливо, и повода выбрасывать на улицу огромное количество людей не будет. Англия была нищей страной, так ей и останется. А сбрасывать народ будет во внутренних распрях. Тифен, первым из всех, организованно лишил монастыри земель, наделил достаточным количеством земли всех немцев, и всячески способствовал ассимиляции покорённых народов. Умён, изворотлив, так как не женат и наследников нет, то смысла копить личный капитал нет. Был очень опасен, так как заложил основу прусского государства. Отсюда начнётся объединение земель Германии. Иван в последний момент попал под влияние Софьи и изменил принципам построения новой России, чем отбросил её назад и очень сильно. Уже было заметно отставание России от остальных государств, а проблему окончательно пришлось решать уже Петру и Александру Второму. А это, соответственно, двести и триста пятьдесят лет, в течение которых страна не развивалась вместе с остальным миром. Правда, 'прирастала Сибирью', т.е. решала проблемы перенаселения за счёт участия в многочисленных войнах и путём переселения. Во-вторых, для производства пароходов и паровозов требуется машиностроение: станки, прокатные станы, развитое литьё. Пока, кроме пушек из бронзы да колоколов, ничего лить не умеют. И это производство штучное! Максимум - небольшая серия. Мы же, в первую очередь, создавали машиностроительные заводы под крупные серии. А автомобильный - так сразу под конвейер, которых у нас два: один выпускает грузовики, второй - бронетранспортёры на той же базе. А джипы делаем мелкой серией, их требуется много меньше. А серия нуждается в потоке грузов! У нас такой поток есть: уголь, сланец и руда. Для остальных это экономически бессмысленно. Для того, чтобы отвезти на рынок зерно достаточно лошади. Третье, у нас развитое товарное производство зерна и продовольствия. Тысячи тонн! Это - тоже грузопоток, причём большой и интенсивный. А что они будут возить? Максимум, на что они способны: соорудить дорогу для императора для поездок на дачу. 'А что б было!'. В настоящий момент времени они слишком замкнуты и самодостаточны. Перевозятся только ткани, которые мы подмяли под себя: два крупнейших региона - производителей тканей, принадлежат нам, и мы обеспечиваем их фрахтом! Везём ткани из Италии в Европу, и из Фландрии по остальной части Европы. Надобности в тоннаже только у нас! Мы способны гарантировать скорость доставки, а у них - госпожа Случай на первом месте. Вот и не строятся суда. Всю потребность во фрахте покрываем мы.

А так как протяжённость границ у нас большая, то, необходимо пойти на расходы и создать рокадную дорогу, для того, чтобы быстро перебрасывать войска в любую точку. Себестоимость металла у нас низкая, так как строительная сила почти бесплатная. Тарифы на перевозку будут тоже невысокими. Грузов пока мало. Т.е. это - стратегические дороги, не более того. Окупаться будут долго, но, мы покроем расходы за счет коротких направлений на Донбассе, и начнём разработку Кривбасса, так как собственных донецких месторождений скоро не станет. Они небольшие и бедноватые. Так что, то немногое, что увидят чужие глаза: две рельсины и небольшие станции, по которым иногда проезжает что-то гремящее. А железнодорожники будут передвигаться на ручных дрезинах. То есть, на территории бывшей Польши паровоз увидят не скоро. Пока будут только пути для него. И последнее: Все паровозы необходимо обеспечить жидким топливом, даже в Ливонии. Время, когда мы могли использовать там сланец - кончилось. А это ещё одно препятствие для создания парового транспорта. Пусть решают! А мы посмеёмся!

Аргументы были признаны убедительными. Государство сильно разрослось, и проблемы с транспортом и управлением возникали постоянно. Особенно этим грешила европейская часть страны. Во-первых, бурно увеличивалась территория, по масштабам она уже превосходит Речь Посполитую в период её расцвета вдвое. Доходность новоприобретений маленькая, так как территория сильно отсталая. Лишь промышленный Юг что-то производит, но там большие проблемы с электричеством. И начали иссякать запасы железной руды в самом Донбассе. Всё приходится возить из Крыма. Зато народу много! Как в Крыму, так и под Мариуполем и Азовом. Но, сказывается то обстоятельство, что образованного народа мало. Ликбез - это не профессия. Открыли несколько техникумов, спецшкол, в том числе и для государственной службы. Готовим кадры, которые должны решить всё. А на Кубе заработал технический университет.

Там преподавателями стали все инженеры корпуса и кораблей. Набор строго по экзаменам, и после учёбы обязательное государственное распределение. На пять лет. По одному году за год учёбы. Набор с 15 лет, выше - без возрастных ограничений. Многие техники и технологи решили повысить своё образование, а там, глядишь, и удастся заткнуть кадровую дыру в Европе. Предложение набрать людей в Европе было отвергнуто всеми. Новгородский университет выпустил первый выпуск, среди них много теологов, и мало инженеров. Так дело не пойдёт. Но, математический факультет там сильный, хотя сопромат у них сильно страдает, так как многие формулы ещё не открыты. Николай Борецкий предложил лучших выпускников направить для продолжения учёбы на Кубу. Правда, с 'лучшими' пришлось поработать контрразведке Ходырева. Двух человек отсеяли, остальных взяли. Уж слишком велик кадровый голод на местах.

Сам Николай, при Дмитрии Первом, быстро стал посадником Новгородским и Псковским, то есть губернатором двух крупнейших областей России, которые входили в удел самого государя. И, когда железная дорога дошла до Смоленска, сумел убедить Дмитрия Московского в целесообразности сообщения с Нарвой, как с морскими воротами России. По восточному берегу Псковского озера хотел пустить путь, но изыскания выявили большие сложности при прокладке, да и не дал Дмитрий Первый столько денег. Построили ветку от Пскова до Печоры и соединили ее с Юрьевом. Потом достроили и путь до Влеха. А вот 103 километровый путь до Пыталово Николай строил самостоятельно, без казны. Собрал деньги у купцов, организовал товарищество, и построил дорогу в Двинск. Первые 156 километров российских железных дорог. Из них 52 километра - государевой. И то хлеб!

А как только на юге дорога дошла до порогов, началось строительство Днепровской ГЭС. Произвели изыскания, и начали строить по 'Александровскому проекту', но не в две очереди, а в три. Саму плотину с водосбросами, затем два шлюза и канал, а потом корпус станции и установку оборудования. Большой надобности в создании сразу крупной станции пока нет. А так: закрываем пороги, в первую очередь, создаём условия для сквозного грузопотока на всём протяжении Днепра, задействуем полноводную Припять, а по мере надобности будем, как на Кубе, устанавливать дополнительные турбоагрегаты. Временные паротурбинные установки уже готовы и транспортируются в Запорожье водным путём. Мощностей цементной промышленности Крыма и Мариуполя вполне хватает. Опыт по строительству подобных станций и плотин есть. Так как основное строительство в 'Азовстали' заканчивается, то появилась свободная рабочая сила. Её и перебросили на строительство. А согласовывать уже не с кем! Земля-то наша! Елена, хоть и числится княгиней, но больше занимается сама собой. В 1506-м она сделала попытку всё решить по-женски: дескать, я ещё молода, хороша собой, истосковалась по мужской ласке. Принадлежу к старейшему императорскому дому Палеологов и к Рюриковичам. А почему бы тебе не принять православие, Дмитрий, и не женится на мне? Все твои браки этим будут аннулированы!

– Ты у нас с Лорой в Дамме была?

– Нет, конечно!

– Вот и съезди туда! Посмотри, что и как. А там и поговорим.

Елена его совершенно не привлекала, именно своей набожностью и нерешительностью. Да и заводить врагов в Московии было рановато. Далеко не всё было готово к тому, чтобы убирать Рюриковичей. Сейчас больше требуется укрепить западные границы, и начать индустриализацию края. Понятно, что если Елена станет его женой, то у всех, и Дмитрия Первого, и у Палеологов, первое что возникнет, так это ощущение, что сейчас их начнут 'убирать', со всеми родственниками, чтобы расчистить путь к престолу для Елены и самого себя, любимого.

Дома, в Дамме, Василия собирали в университет в Матвеев-форт. За последние два года он вытянулся, окреп, появился пушок над губой. Отец спел ему старинную песню на прощание:

Во французской стороне, на чужой планете,

Предстоит учиться мне в университете.

До чего тоскую я, не сказать словами.

Плачьте ж милые друзья, горькими слезами.

Hа прощание пожмем мы друг другу руки,

И покинет отчий дом мученик науки.

Вот стою, держу весло --

Через миг отчалю,

Сердце, бедное, свело

Скоpбью и печалью

Тихо плещется вода - голубая лента

Вспоминайте иногда вашего студента.

Там, правда, такой же дом, как и тут, с мамой Таней и мамой Варей, но, возле мамы Лоры ему было проще. На голове у сына гуанчская шапка с королевским значком, на поясе шашка с дамасским клинком. Прадед научил его неплохо фехтовать.

– Это всё снимай, там это не понадобится. Одевай камуфляж.
– сказал Дмитрий.

– Я знаю!
– баском ответил Василий.
– У меня всё с собой, на корабле переоденусь, папа. А сейчас Маргариты приедут с этой противной Элеонорой. Это правда, что эта ломака станет моей женой?

– Нет, скорее всего, нет. А кто это сказал?

– Старая Маргарет.

– Меньше думай об этом, больше об учёбе. И, после университета, надо будет послужить у Мальцева в разведбригаде.
– 'Ничего, за пять лет ты забудешь, то, что говорил об Элеоноре Австрийской. Впрочем, девицы на Кубе его не пропустят! Это точно! Нравы там свободные! Бог с ним! Жаль, времени нет проследить за этим. Тане надо написать.' - подумал Дмитрий.

Действительно, появились герцогини Маргариты с племянницей и целой свитой. Устроили проводы, даже всплакнули, забывая о том, что Василий едет на Родину. Он там родился, а вырос, скитаясь по Канарам, Мальте и Фландрии. Здесь его со всех сторон атаковали представители местной знати. Успел побывать при дворах Максимилиана, Маргариты I, был обласкан Людовиком XII с той же целью: выдать за него свою малолетнюю Клод. А Элеонора - наследница испанской короны. Во всех королевских домах Европы был кризис: не было наследников! И только Хуана Безумная, королева Кастильская, удачно раз за разом разрешалась от бремени. Но, всё перечеркнула чума, пришедшая на Пиренеи в конце 1505 года. Отец Элеоноры, Филипп уехал в Испанию и занял место регента при постоянно беременной и немного сумасшедшей Хуане. А Элеонору, как и самого Филиппа, воспитывала его сводная бездетная тётка. Василий, детство которого прошло вне стен королевских дворцов, хоть и обучался этикету, но, оставался сыном гор и пастбищ Канарии. Церемонии его мало привлекали, больше хотелось сбросить школьные обязанности, и поводить танк или бронетранспортёр. Очень хотел научиться управлять самолётом. А все эти 'слюни', которые устраивала Маргарет и Лора, его бесили. Наконец, он взошёл по трапу на борт 'Кронштадта', помахал собравшимся у причала рукой, и отбыл в университет. Все возвратились из Зее-Брюгге в Дамме. Там Маргарет представили княгиню Елену. Маргарита внимательно осмотрела одежду княгини, и сразу заявила, что в Европе так не одеваются!