Возвращение экспедиционного корпуса
Шрифт:
Елена понятливо кивнула. Бардак хоть и тянулся с десятого года, но закончился в феврале семнадцатого принятием конституции объявившей землю и все природные богатства собственностью государства и отделившей церковь от государства, а ее собственность становилась достоянием нации. Устанавливался восьмичасовой рабочий день право на создание профсоюзов и забастовок.
Там еще воюют партизанские армии неких Сапата и Вильи, да и шаек откровенных бандитов хватает, и хотя уставшие от семи лет войны и революционного бардака крестьяне и рабочие с принятием конституции получили минимум из того что хотели, недовольных еще много, но без посторонней помощи тех же немцев, перспектив у них нет.
— А как ты собирался добраться до Мексики? Ведь на море хозяйничают англичане, да и американцы у своего побережья сильны — не пропустили бы, не говоря уже о том, что французы могли не пустить нас дальше Гибралтара.
— Взял бы заложников в том же Марселе загрузил бы ими несколько пароходов и пообещал взорвать их один за другим если бы нам помешали.
— Это…
— Действенно, — жестко закончил Михаил за несколько опешившую Елену, что не сразу смогла подобрать нужные слова на такой пассаж.
— А как теперь?
— Если честно, то с вариантами пока не очень. Есть минимум три и все одинаково плохие.
— Аж три?! Какие?!
— Можно попробовать прорваться сухопутным путем через Италию, благо транспорт есть. Но мне этот вариант сильно не нравится. Слишком легко нас остановить и зажать где-нибудь в горах…
— В северной Италии сильны социалисты… они могли бы нам помочь.
— Это после того, как мы открыли фронт немцам? — невесело усмехнулся Климов. — Они все-таки союзники Франции и Англии.
— Все равно, воевать всем надоело… а если рассказать, как дивизию целенаправленно подставили под удар немцев и фактически послав на смерть…
— Нет, риск слишком велик. Хватит небольших лояльных Риму сил, чтобы нас блокировать. Придется пробиваться с боем и большими жертвами. По факту повторить поход Суворова. Это потеря минимум половины дивизии и всей техники. И потом, даже если проскочим через Италию, придется проезжать через еще несколько государств, причем союзных немцам. Мы хоть и открыли для их же союзников фронт, но все равно… не надежно. По большому счету немцам, а точнее австрийцам, тоже не нужно наше появление в России, ведь мы станем точкой кристаллизации, так что могут сделать все, чтобы нас уничтожить.
— Тогда остается морской путь, в Черное море и в Крым. Тоже будем брать заложников, чтобы добраться до России?
Все-таки как видно от идеи с заложниками Елену морально коробило.
— А ты уверена, что эти заложники остановят от решительных действий тех же немцев, не говоря уже о турках?
— Но это же гражданские…
— Напомнить, как немцы поступали с нашими гражданскими? Я уже молчу про турок.
— Не нужно… — нахмурилась Елена. — Как же тогда быть?
— Я вижу только один вариант… пересидеть где-то до окончания войны. Если немцы не встанут и смогут разбить франков и англов на севере, то война долго не продлится. В одиночку франки перед немцами не устоят. Стоит только возникнуть угрозе Парижу, и они запросят мира на любых условиях. И если немцы не станут пережимать с требованиями с притязаниями на территории самой Франции, тем более что им самим продолжение войны долго не вытянуть, то мир установится быстро.
— А англичане с американцами?
— У англичан, я более чем уверен вскоре своих проблем возникнет в достатке в той же Ирландии, а американцы… им придется сражаться с немцами фактически один на один, на что они не пойдут. Они вступили в войну под самый ее конец не для того, чтобы умирать, а получить прибыль. Так что еще полгода, максимум год и войне конец.
— И где ты хочешь пересидеть все это время?
— Два варианта. Первый — Испания. Но тут тоже все очень ненадежно. Нас скорее всего попробуют разоружить и потом интернируют тоже с голыми руками. Как понимаешь, возвращаться домой без оружия я не собираюсь.
Елена кивнула.
— А второй вариант?
— Сардиния. Итальянцы конечно будут сильно возмущаться, но по большому счету сделать ничего не смогут. Тем более что мы сразу четко дадим знать, что останемся на острове только до конца войны и после заключения мира сразу же отправимся домой. Так что покричат и только.
— Англичане могут попробовать напасть, да и американцы… Остров тогда станет явной ловушкой.
— Могут попробовать, — согласился Михаил. — Но тут уже итальянцы будут сильно против… Потому как если не выразят протеста, то может дойти до того, что потеряют Сардинию и та, объявит независимость.
Сардиния и Сицилия являлись проблемными регионами для Италии так же, как Корсика для Франции, где тлели сильные сепаратистские настроения, и если англичане с американцами начнут боевые действия на Сардинии, что станут сопровождаться сильными разрушениями и потерями среди жителей, а англосаксы миндальничать не станут и примутся ровнять все с землей из всех корабельных стволов, а Рим этому никак не воспротивится, кроме как на словах, то возникнет политический кризис. Нужно это Италии и без того имеющую большие проблемы в северных регионах? Так и развалиться недолго.
— Может тогда в Африку?
— Не…
— Почему?
— Потому что в Африке живут большие злые крокодилы…
— А если серьезно? — невольно фыркнув, спросила Елена.
— Да это все равно что сунуть голову в пасть льву. Африка вся под англичанами и французами. Нас там будут гонять по пустыне, как дворового кошака с привязанной к хвосту банкой злые дети.
— Но остров тоже ловушка… Достаточно будет издалека расстрелять корабли и все.
— Ну, тут как посмотреть… Тут главное взрывчатки побольше надыбать, а еще лучше торпед. И тогда я устрою им Перл-Харбор стоит им только к острову приблизиться…
Климов бодрился, но сам осознавал, что вариант так себе, слабенький, спорный, и если не уберечь транспортный флот, то им и вправду конец, а спрятать на острове негде, бухт подходящих нет.
Лучше конечно до Греции тогда попробовать добраться, там полно подходящих укромных мест… так Турция рядом.
Другое дело, что в пользу плана «переждать до окончания войны» на острове играло то обстоятельство, что он хотел дождаться начала гражданской войны и начать активно «ловить рыбку в мутной воде». А если прибыть в Россию раньше замятни, то солдаты РОДа тут же разбегутся по домам. Ничем их уже не удержишь.
22
Пообщался Михаил и с Николаем Гумилевым за бутылочкой вина. Поговорили о поэзии, но полковник постарался с этой темы при первой же возможности свернуть, потому как не разбирался в теме, и вырулить на политику, чтобы понять, каким взглядам этот прапорщик вообще симпатизирует. А то вроде как монархист.
— Царизм пал и вряд ли уже его можно восстановить самодержавный строй, даже с новой династией. Как вы считаете, какие силы должны встать во главе России?