Чтение онлайн

– Пошли, - скомандовал я.

Оттолкнувшись от трапа, мы ринулись вниз.

Падение было удивительным. Сначала напор воздуха практически не ощущался - несколько минут мы падали, словно в космосе. Причём падали не поодиночке, а группой, взяв друг друга за руки. Постепенно воздушный напор усиливался, замедляя наше падение.

Пролетев половину пути, мы, как и договаривались заранее, разделились, продолжая свободное падение уже поодиночке. Воздушный поток быстро разбросал нас в стороны. И уже скоро я не мог разглядеть ни одного из своих спутников. Но и без этого было на что посмотреть - яркая и красивая земля внизу и не менее красивое небо - вверху. Ещё вверху можно было заметить следующий за нами катер.

Открытие парашютов было установлено на автомате. Едва я достиг высоты в два километра, как ранец у меня на спине щёлкнул и выпустил из себя пучок разноцветных лент малого парашюта. Он отработал всего лишь несколько секунд, заставив меня принять нужное положение, и уступил место основному куполу, который раскрылся с резким хлопком и заставил меня повиснуть и раскачиваться на тонкой паутине строп. Купол был белый, полупрозрачный, с перетекающими по нему радужными переливами. Треугольная форма купола позволяла не просто скользить по воздуху, а вполне прилично планировать и даже подниматься вверх на восходящих потоках.

Заложив пологий вираж, я осмотрелся, увидел вдалеке купола спутников. Все пять, как и должно быть. Немного поработав с управлением, я начал планировать в их сторону. Всё было просто замечательно - свободный полёт и ничем не ограниченный простор вокруг. Но чего-то всё же не хватало. Ветра, бьющего в лицо?

Я открыл забрало шлема, полной грудью вдохнул воздух Онни и закричал от удовольствия, от внезапно нахлынувшего на меня ощущения полной, абсолютной свободы.

Постепенно я приблизился к нашей группе. Другие очевидно тоже поставили перед собою цель сойтись поближе. От Младшего я пролетел всего лишь в нескольких десятках метров. Заметил, что забрало его шлема тоже открыто, а сам он смеётся. Я погрозил ему кулаком, в ответ на что он только пожал плечами, показал мне большой палец и, заложив вираж, оказался внизу и в стороне. Потом я сблизился с Солом, который тоже вовсю улыбался, ничуть не хуже Младшего. Он что-то крикнул мне, но я не услышал (рации мы договорились не включать, по крайней мере, до приземления), свист ветра заглушал все слова и уносил их вверх.

И вот мы уже на земле. Ранец тут же сбрасывает купол, который прямо на глазах начинает разлагаться. Через полчаса от него не останется ничего. Тонкоплёночный купол невозможно использовать повторно - мембраны растянуты и затвердели, паутинный каркас тоже. Но ранец способен без перезарядки создать полсотни куполов, идеально подходящих парашютисту по размеру.

Мы приземлились достаточно кучно. Достаточно для таких новичков, как мы - в пределах полукилометра. И к тому времени, когда Рэй опустил катер, мы уже собрались.

На катер поднялись не сразу, сначала поделились друг с другом полученными от прыжка впечатлениями. Как я и ожидал, впечатления у всех были отличными, но больше всех их оказалось у Дара и у Младшего. Но все без исключения сошлись в том, что прыжок следует повторить незамедлительно, уже зная, каков он, и прочувствовать то, что осталось незамеченным в первый раз. Все сошлись и в том, что десантироваться в этот раз будем уже на Лутанг, если уж управление парашютами у нас более-менее получилось.

Катер быстро перенёс нас к острову и завис практически над посёлком, кажущимся с этой высоты не таким уж и большим. Мы снова спустились на выпущенный до предела трап и одновременно бросились вниз. Но на этот раз мы не держались друг за друга, а сразу же ушли в индивидуальный свободный полёт.

Сначала падение было точно таким же, как и над степью. Но по мере того, как мы опускались ниже, стали проявляться воздушные потоки, дующие над береговой линией. Они разбросали нас по небу, стараясь вынести в море, но сами мы изо всех сил старались скользить в сторону суши. У кого-то это получалось лучше, у кого-то хуже. Но всё же купола раскрылись, когда все мы были над морем, и даже планирование на куполах не смогло помочь нам достичь суши.

Пришлось опускаться на воду. И это не было особо неприятно. Сбросив купол, костюм выпустил плёночный мешок, который обеспечивал недостающую из-за веса амуниции плавучесть. Покачиваясь на волнах, я расслабился и открыл забрало шлема, которое закрывал при приводнении. Вода расслабляла, как и синь неба вверху.

Конечно, можно было попытаться добраться до берега, благо до него было чуть больше километра. Но я не стал напрягаться, потому что Рэй на катере над нами, через несколько минут примет на борт и эвакуирует. Я пробыл в воде минут десять, когда надо мной завис катер, шлёпнув трапом о воду.

Взобравшись на борт, я обнаружил там уже всю команду - меня эвакуировали последним.

– Изо всех ты оказался ближе к берегу, - прокомментировал Рэй, - поэтому и подобрали тебя последним.

– А почему же ты сбросил нас так неточно? Про ветер ничего не знал?

– А сам-то ты знал? Почему тогда не поправил, не посоветовал?

Честно говоря, о ветрах я знал, но в момент десантирования даже не подумал. В этом я тут же признался, а Рэй сказал, что тоже не вспомнил до тех самых пор, как не увидел, что нас понесло в море. Все мы немного посмеялись и заверили друг друга, что в следующий раз предусмотрим все мелочи.

В последовавшую за этим неделю мы прыгали с парашютом ещё три раза, но каждый - в новом составе. Во все разы прыгали только Младший и Дар. Все прочие же менялись. Из нашей, "игловской", команды прыгали все. Но узнав о том, чем мы занимаемся, в нашу парашютную команду напросились латяне - бойцы из объединённого отряда, штурмовавшего Танг. Они готовились к возвращению на Лату - основные свои обязанности они уже передали вновь прибывшему подразделению, и поэтому свободного времени у них резко добавилось.

И нельзя не сказать, что прыжки получались у них лучше, чем у нас, потому что был немалый опыт (парашютное десантирование входило у них в обязательную подготовку). И им очень понравились наши костюмы и парашюты. Они даже просили позволить им хоть раз прыгнуть с орбиты. Но в этом я им (и не только им) отказал. Потому что это связанный с необоснованным риском экстрим. Стоит немного круче, чем требуется, зарыться в атмосферу, и тебя раздавит перегрузкой. А если войти недостаточно круто, снова вылетишь в космос, а на повторном погружении вероятность ошибки возрастёт. Пусть таким "спортом! Занимаются исключительно те, кто сам отвечает за себя, я же такое санкционировать не собираюсь.

Один раз с десантниками прыгал Дор, за него просили бойцы, сам он просить у нас очевидно стеснялся. Он даже избегал попадаться нам на глаза. Ну и пусть поступает так, как считает нужным.

Все наши "игловцы" постепенно передавали свои дела на Онни в руки прибывших с Латы специалистов. После того, как напряжённость на Онни постепенно ликвидировалась, надобность в нашем здесь присутствии сходила на нет, на Лате же для нас сейчас было гораздо больше дел. Нет, в этот раз мы ещё не заберём всех, но вот в следующий - наверняка.