Возвращение Иможен
Шрифт:
– Вот странный вопрос! Пойдите и откройте ему дверь!
Миссис Элрой живо сняла фартук и помчалась в сад. Несколько секунд спустя она снова вошла, но уже вместе с Ангусом Мак-Дональдом. Сама о том не подозревая, взволнованная Розмэри очень напоминала мать, решившую познакомить дочку с «приличным молодым человеком».
– Мисс Мак-Картри, позвольте представить вам моего троюродного брата Ангуса. Я не раз говорила вам о нем.
Иможен тщательно отрепетированным благородным движением слегка наклонила голову.
– Как поживаете, мистер Мак-Дональд?
– А вы, мисс Мак-Картри? – приятным грудным голосом пробасил Ангус.
Все трое сели к столу, уставленному всяческой снедью. И мисс Мак-Картри решила сама налить чай. За едой, обмениваясь ничего не значащими банальностями, Ангус и Иможен исподволь разглядывали друг друга. Мисс Мак-Картри произвела на Мак-Дональда сильное впечатление. Наверняка женщина с характером. Ему такие нравились. В зрелом возрасте больше ценишь надежность, чем внешний, мишурный блеск. Иможен тоже благосклонно взирала на широкоплечего крепыша, на его покрытые рыжеватым пушком могучие руки и на слегка округлившийся животик – несомненный признак достатка. Миссис Элрой, сославшись на то, что ей надо вымыть посуду, оставила их вдвоем. И оба вдруг умолкли, не зная, что сказать. Довольно долго Ангус и Иможен, застенчиво и немного по-дурацки хихикая, смотрели друг на друга. Наконец мисс Мак-Картри предложила гостю рассказать ей об овцах. Она выбрала великолепную тему, ибо Ангус, прожив среди этих животных всю жизнь, мог говорить о них до скончания века. Через пятнадцать минут Иможен уже знала решительно все о достоинствах и недостатках овечьей расы. Наконец Мак-Дональд, слегка задыхаясь, умолк, а мисс Мак-Картри сделала вид, будто речь гостя поразила ее воображение. Это польстило Ангусу. Теперь он окончательно решил, что хозяйка дома – на редкость приятная особа. Иможен, в свою очередь, поведала о своей работе, которую, увы, скоро предстоит оставить и удалиться на покой, правда, не забыла подчеркнуть, с хорошей пенсией. Мак-Дональд тут же сказал, что, продав или сдав в аренду ферму, мог бы получать очень приличный доход. Гость и хозяйка все больше нравились друг другу.
– Как вы наверняка знаете, мисс, я был женат… Ничего не могу сказать, моя Катриона – хорошая женщина, но Господь прибрал ее к себе пять лет назад, и, если честно, меня тяготит одиночество…
– Я понимаю вас, мистер Мак-Дональд… и тоже порой чувствую себя очень одинокой…
Подслушивавшая у кухонной двери миссис Элрой ликовала.
– Положа руку на сердце, мисс, я никак не пойму, почему такая женщина не вышла замуж…
– Я была обручена… но мой жених погиб при исполнении служебного долга.
– О, приношу вам свои соболезнования, мисс, и простите меня…
– Ничего-ничего… А как вам нравится у нас в Каллендере?
– Я уже бывал в вашем милом городке и сегодня снова с удовольствием погулял по улицам… А потом отправился в сторону Троссакса и выпил стаканчик в гостинице…
– «Черный Лебедь»?
– О, я вижу, вы ее знаете…
– Еще бы мне забыть «Черного Лебедя»! Именно там я впервые убила человека!
Ангус, слегка приоткрыв рот, испуганно воззрился на Иможен.
– Простите, не понял… – пробормотал он.
Твердо решив показать гостю, что он имеет дело отнюдь не с первой встречной, мисс Мак-Картри пустилась в объяснения.
– Три года назад, когда я работала в разведке…
Иможен говорила так естественно и просто, что Мак-Дональд слегка растерялся, не зная, кто перед ним: то ли героиня, самая необыкновенная из всех знакомых ему женщин, то ли сумасшедшая.
– Насколько я понимаю, мисс, вы очень опасная особа?
Иможен очаровательно рассмеялась и опустила глаза, тщетно пытаясь расправить давно смирившуюся с самым скромным положением грудь.
– Ничего подобного, мистер Мак-Дональд, – проворковала она. – Может, оболочка и грубовата, но под ней скрывается нежная душа…
Гость возразил. По его мнению, напротив, мисс Мак-Картри – прелестная женщина и похожа на настоящую леди. В таком, явно преувеличенном заявлении Иможен усмотрела признаки зарождающейся любви. Решив, что небольшая порция ревности делу не повредит, и совершенно запамятовав, что те, кто некогда за ней ухаживали, на самом деле оказались подлыми обманщиками (кроме инспектора Скиннера, разумеется), мисс Мак-Картри с увлечением начала:
– Я очень любила свою работу, мистер Мак-Дональд, но она потребовала от меня немалых жертв…
Тон хозяйки дома поразил Ангуса. Теперь он испытывал к этой высокой рыжей женщине особое почтение – судя по всему, она далеко не так проста, как кажется… Гость хотел поделиться этими соображениями с мисс Мак-Картри, но она слишком торопилась изложить свое возвышенное кредо:
– Нельзя, посвятив себя защите государственных интересов, думать о личном счастье!
Ангус Мак-Дональд тут же решил, что, женившись на мисс Мак-Картри, он, быть может, получит дворянство. Как и все обитатели гор, Ангус обладал богатым воображением, а потому без труда представил, как в поместье Балморал стреляет куропаток вместе с герцогом Эдинбургским, запросто называя его Филиппом.
– Как вы, вероятно, догадываетесь, дорогой мистер Мак-Дональд, за мной не раз ухаживали…
Всем своим видом гость показал, что, добиваясь благосклонности Иможен, мужчины Соединенного Королевства проявили исключительно тонкий вкус. А Иможен, наливая Ангусу новую чашку чаю, кокетливо продолжала:
– Например, я хорошо помню беднягу Эндрю Линдсея [13] … Он так меня осаждал на берегу озера Веннахар…
– А почему – беднягу, мисс Мак-Картри?
– Потому что мне пришлось избавиться от него довольно жестоко, мистер Мак-Дональд.
13
См.: Ш.Эксбрайя. Не сердитесь, Иможен!
– Правда? И как же вы это сделали, мисс, не сочтите за бестактность?
– Я разбила ему голову здоровенным булыжником!
От волнения Ангус уронил чашку с блюдцем.
– Вы… ему… раз…
– О, мистер Мак-Дональд, ваш чай!
Только теперь гость почувствовал, что раскаленная жидкость вылилась ему на брюки, обжигая кожу. Однако хорошее воспитание заставило его сдержаться.
– О, прошу прощения, мисс… Мне очень неловко…
– Пустяки!… Вот, возьмите салфетку и промокните пятно…
Пока гость безропотно вытирался, Иможен подняла с пола посуду. К счастью, ковер смягчил удар и ничего не разбилось.
– Как видите, мистер Мак-Дональд, никаких осколков!
– Это… ваш рассказ, мисс… Он удивил меня до такой степени, что…
Но, опьяненная собственной славой, Иможен совершенно не понимала, что творится в душе ее гостя.
– Ну, я не всегда действую так решительно, – продолжала она. Вот, скажем, с Гованом Россом…
– Еще один влюбленный?
– Господи Боже, ну да! Придумав якобы пикник, он заманил меня в Троссакс и там…
Мисс Мак-Картри стыдливо опустила глаза.
– …попытался действовать силой…
Окаменев от изумления, Мак-Дональд тщился представить себе безумца, отважившегося на такое рискованное дело.
– Но я его хорошенько стукнула и, связав по рукам и ногам, доставила в полицейский участок!
Ангус заскучал о своих овцах.
– По правде говоря, мистер Мак-Дональд, они были мне совершенно безразличны, поэтому я без сожалений поступила так, как они заслуживали…
Ангус подумал, что безразличие мисс Мак-Картри выглядит довольно кровожадно. А та совсем погрузилась в воспоминания, почти неосознанно перекраивая прошлое на новый лад: