Чтение онлайн

— Может метеорит ударил рядом? — предположил Влад.

— Не было никакого метеорита! — решительно заявила Лена. — Если бы он ударил так, как написано в отчётах, вот здесь, — она покрутила одну из панорам, сделанных дроном и показала место маркером, — был бы кратер метр — полтора в диаметре.

— И что это значит? — задала очевидный вопрос Люся.

— Кто-то где-то накосячил, — рассеянно бросил Влад и тут же обратился к Джону: — Связаться с базой можешь?

Тот какое-то время стучал по клавиатуре, после чего сообщил:

— База поддерживает внешний радиоканал, но чтобы подключиться мне нужны коды. Я могу попытаться взломать, но проще сделать это изнутри.

— Внутрь нельзя… — отрешённо сказала Света.

— Почему?

Вопрос настолько висел в воздухе, что трудно даже сказать, кто его задал. Главный микробиолог экспедиции столь же отрешённо пояснила:

— Там наверняка сохранилась атмосфера, а значит пятьдесят… почти шестьдесят лет там шла эволюция, по крайней мере бактерий. Кто знает какие там штаммы появились? А у нас к ним нет иммунитета. К тому же, здесь повышенная радиация. У нас хорошая защита, а тогда такой ещё не делали. Значит мутаций там выше крыши.

— Так что же делать? — снова вставила своё веское слово Люся. Слова про эволюцию легли на благодатную почву и ей очень хотелось пошарить по тамошней оранжерее. Увы, будучи сама из юннатов, она прекрасно понимала, насколько её подруга права.

Все повернулись к командиру и тот после секундного размышления принял решение:

— Начинаем работать по программе. Аскар, Люся, выгружаете и разворачиваете базовый лагерь. Джон, Света, подходите к базе, осмотритесь, попытайтесь заглянуть в окна. Лена, у тебя есть щупы с камерами, чтобы заглядывать в трещины, там, в полости?

— Да.

— Выдай один, чтоб им до окон не тянуться.

— Пусть сами берут, они в багажнике.

Сказав это, Лена сбросила Джону номер погрузочного места.

— Джон! Постарайся получить телеметрию, но так, чтобы не разгерметизировать базу.

— Yes!

— Тогда приступаем! Группы работающие на поверхности готовятся к выходу. Первыми идут Джон и Света, Аскар с Люсей вторые. Лена, сколько ещё в дроне топлива?

— Семьдесят процентов.

— Отлично! Тогда осмотрим реактор. Джон! На всякий случай к реактору не подходите.

— Yes!

Кратер Страбон, кабина корабля Ла-20-ЛП, 17 июля, 11 часов утра (по московскому времени)

Настало время очередного сеанса связи. Влад включил передатчик дальней космической связи и на экране появилась одна из аппаратных дальней космической связи в ЦУПе.

— Добрый день, Николай Николаевич! — поприветствовал он начальника экспедиции.

— Как у вас дела? — спросил Ник Никыч.

— Оборудование корабля работает штатно, начали работы по плану первого дня экспедиции. Но у нас есть важная информация. Относительно этой самой базы.

— Докладывай!

— Следов метеоритного удара на корпусе базы не обнаружено, признаков разгерметизации тоже. И вообще никаких внешних повреждений. По наблюдениям через окна, внутри сохранилась биосфера. Света считает, что входить внутрь базы нельзя, там могут быть болезнетворные бактерии, неизвестные штаммы. Джон считает, что база находится в состоянии стенд-бай, сейчас он пытается получить доступ к телеметрии.

— Вот как? Совсем никаких повреждений?

— Есть несколько царапин от микрометеоритов на внешнем кожухе, но это нормально, за столько лет. Нет, мы, конечно успели осмотреть очень бегло, в основном дроном, но большую дыру мы бы нашли. Ну и внутри есть воздух, там вообще полно всякой живности. Какие-то кустики по всем углам растут, мухи по окнам ползают. Если бы воздуха не было, там бы этого всего не было.

— Это точно… — задумчиво произнёс Ник Никыч. — А вокруг уже осмотрелись?

— Следов метеоритного удара достаточной мощности в радиусе двухсот метров от базы нет, — уверенно заявил Влад.

— Вот что! — Ник Никыч пришёл к какому-то решению. — Постарайтесь не затаптывать те следы, которые там остались. И зафиксируйте, по возможности, состояние базы на момент своего прибытия. Следы вокруг, состояние внешнего оборудования и инвентаря тоже зафиксируйте. Ну и вообще, всё что обнаружите.

— Есть!

— С реактором осторожнее.

— Обследовали дроном, повреждений нет, внешние излучения в норме, судя по температуре он тоже в стенд-бай. А дальше — нужна телеметрия.

— Это понятно…

— Джон говорит, что если у него будут коды доступа, он сможет вытянуть кое-что по радиоканалу. Так что если где-то что-то найдётся…

— Хорошо, напрягу наших. А у вас, есть готовая информация?

— Обижаете, Николай Николаевич! Первый пакет, согласно инструкции, готов к отправке!

— Хорошо, подключаем канал и передавай!

Москва, кабинет начальника сводной оперативной группы по сопровождению Первой пионерской экспедиции, сразу после обеда

— Козлевич! — рявкнул в трубку Макаров. Сейчас он был уже не так благодушен. — Ну что там у тебя?

— Работаю, товарищ полковник!

— И что наработал? Есть ценная информация? Этот космонавт что-то нужное написал?

— Ну… вроде у него там есть какие-то коды компьютерные, но…

— А чего молчишь? Тебе было сказано сразу мне докладывать?

— Виноват, товарищ полковник!

— Виноват, так исправляйся! Сейчас срочно перешлёшь эти коды начальнику экспедиции!

— Да, но я сейчас…

— Срочно, я сказал!

— Есть, товарищ полковник!

— Вот так! И что там в архивах?

— Ищу! Но тут и правда, такой бардак…

— Ускорить работу! Эти детишки никак не могут найти дырку от метеорита, так что похоже у нас и в самом деле недостоверная информация. Чуешь, что может получиться?

— Нехорошо получается… — согласился Козлевич.

— Вот! Я тебе ещё людей пришлю, так что вы там шерстите очень внимательно, ответственно, но при этом быстро!

Кратер Страбон, кабина корабля Ла-20-ЛП, вечер 17 июля

Кабина хоть и тесная, но конструкторы позаботились о некотором комфорте. А уж сейчас, когда все скафандры были сняты и поставлены в держатели шлюзовой камеры, а кресла экипажа развёрнуты так, чтобы образовать круг с небольшим столиком в центре, так и вообще можно было сказать, что тут очень даже комфортно. Ребята совмещали ужин и обсуждение прожитого дня. Первого рабочего дня экспедиции.