Чтение онлайн

— Погоди, но ведь сейчас, когда мы снова прилетели… — удивилась было Света, но Джон её перебил:

— А мы тоже никуда не летали. Мы сейчас в Каракумах, или где там, в павильоне, всех разыгрываем.

— Маразм, — выдал вердикт Аскар.

— Товарищи! Давайте быстрее сфоткаемся и продолжим работать! — влез Влад.

Ну что поделать, не доверял он творению ксеносов, заменившему выбитое стекло в шлеме Лены. Даже если эти ксеносы всё сделали по честному, без подставы, кто знает, какой у этой плёночки ресурс? Потому и был категорически против, чтобы она участвовала в общем фотографировании. Уломали его двумя аргументами: во-первых, тем, что это примета плохая, если все на фото будут, а Лена нет, а во-вторых Сапфира заверила, что плёночка до Земли продержится без проблем. Но всё равно, Лене разрешили выйти только чтобы сфотографироваться! И это было общее решение экипажа. Та хотела что-то возразить, но… вдохнула, выдохнула и сказала:

— Ладно, ребята, пожалуй мне и правда, хватит влипать в проблемы.

Правда, сделали ещё не одну, а две общие голограммы. Вторая — с Сапфирой, протаявшей на плече у хозяйки. Потом Лена и Аскар ушли внутрь корабля. Аскар как дежурный пилот, контролировать перемещение "лаптя" изнутри, а Лена — от греха подальше, дабы не искушать лишний раз судьбу и царящий вокруг космический вакуум. Остальные шли рядом с кораблём, который медленно-медленно, за пол часа преодолел с помощью дедовской лебёдки (пусть и с электрическим приводом, компьютерным управлением и прочнейшим пластиковым тросом, но всё равно дедовской) двухсотметровый участок до взлётной площадки. Что поделать! Рождённый летать — ползает с трудом.

Потом была довольно долгая и муторная операция по заправке корабля. Раскатать магистраль для топлива, подсоединить к кораблю, подсоединить к "канистре", продуть азотом… и пол часа насосы качают жидкий метан по пятидесятиметровой магистрали. Почему так долго? Так ведь это вам не пару десятков литров в бензобак залить, а несколько тонн перекачать. Потом метановую магистраль отсоединяют, продувают азотом и всё повторяется с жидким кислородом. А почему для каждого бака своя магистраль? Нельзя, что-ли, обойтись одним шлангом? А потому, что у каждого свои разъёмы. Чтобы не перепутать и ни при каких обстоятельствах не закачать в кислородный бак топливо и наоборот.

Потом все зашли в корабль и экипаж получил час отдыха. Все спали.

Кратер Страбон, кабина корабля Ла-20-ЛП, 31 июля, вторая половина дня по московскому времени

Когда все проснулись и перекусили, часы перевели на московское время. Пришла пора взлетать. И снова пошла предполётная проверка всех систем:

— Компьютер?

— Загружен! Первый блок работает, второй в резерве, — откликается Джон.

Аскар с удивлением приподнимает брови, но командир, как ни в чём ни бывало продолжает:

— Модуль контроля жизнеобеспеспечения?

— Загружен, функционирует.

— Давление в кабине?

— 90 килопаскалей, зафиксировано, — снова откликается Люся.

— Кислород?…

И так далее, по всем системам. Наконец проверка закончена, Влад докладывает на Землю:

— Товарищ начальник экспедиции! Корабль к взлёту готов! Полётное задание[2] введено.

— Взлёт разрешаю! — откликается Ник Никыч. И, с не свойственной ему теплотой, добавляет: — Ждём вас дома, ребята!

Влад переключает на пульте тумблер "Ручное-автомат" в положение "Автомат" и на экране начинает щёлкать отсчёт времени. В положенные моменты компьютер дублирует голосом подаваемые на двигатели команды подготовки к запуску. Наконец раздаётся то, что уже ждали с нетерпением:

— Зажигание… Есть контакт подъёма!

Перегрузка вдавливает ребят в кресла и весь окружающий пейзаж: базовый лагерь, "канистра", массивная туша старинной лунной базы, в которую они так и не вошли, проваливается вниз. Горизонт начинает стремительно расширяться. Вообще-то, перегрузка не сильная, всего-то чуть больше одной единицы, но после двух недель на Луне с её мизерной гравитацией, ощущается как значительная. А горизонт, тем временем, стремительно расширяется, борта кратера, которые выглядели как очень далёкие горы где-то там, за горизонтом, сначала растут, а потом уходят вниз. Пейзаж медленно вращается, это автоматика поворачивает корабль по курсу, чтобы он начал разгон в плоскости орбиты. И идёт отсчёт:

— Пять секунд, полёт нормальный… Десять секунд, полёт нормальный…

Десять, двадцать… На пятьдесят второй секунде заканчивается вертикальный участок взлёта. Корабль уже набрал достаточную вертикальную скорость, чтобы "подпрыгнуть" на 200 километров, до орбиты, на которой вращается заправщик. Секундная невесомость и возникает слабая перегрузка уже по оси "лаптя": двигатели развернулись вдоль оси корабля и "лапоть" начал горизонтальный разгон до орбитальной скорости. Необходимую скорость он наберёт как раз в тот момент, когда поднимется до нужной высоты и его вертикальная скорость станет равной нулю.

— Сто се…

И тишина. Автопилот замолк, двигатели остановились. И невесомость.

— Что за?!!! — Аскар.

— Мамочки… — Света.

Все прекрасно понимают, что это значит. И спокойный голос американца:

— Сколько у нас?

— Четыре с небольшим до верхней точки[3]. Потом…

— Норм…

Джон спокойно и сосредоточенно стучит по клавишам, что-то переключает на своём пульте. Потом резво выскакивает из кресла, что, вообще-то, вопреки всем правилам, прыгает по кабине и в разных местах что-то переключает.

— Готово! Есть ручное на втором ядре[4]!

— Ты бы в кресло вернулся, да и пристегнись на всякий случай. А то вышибет тобой иллюминатор, что делать будем? — спокойно так заявляет Влад.

— Ага! — Джон прыгает в кресло и через некоторое время рапортует почему-то Света: — Зафиксировался!

— Корабль взял! — заявляет командир и нажимает кнопку зажигания. Кабину наполняет слабый гул. Он отдаёт ручку газа от себя и перегрузка снова вдавливает ребят в кресла.

— А дальше? — задаёт вполне резонный вопрос Аскар.

— Выйдем хоть на какую орбиту, а там разберёмся, — бросает Влад. — А ты не зевай! Запускай вычислитель и считай траекторию. И мне подсказывай.

Аскар что-то переключает на своём терминале и через некоторое время начинает диктовать командиру данные для управления кораблём.

— И что это было? — спрашивает Света. По внутренней связи слышно, что зубы у неё постукивают.

— Вирус, — коротко бросает Джон после шумного выдоха: — Трёх я ещё там выловил, но, на всякий случай, вчера загрузил второй блок из ROM[5] и изолировал. Совсем. Физически. А сейчас всё переключил на него. Но, сами понимаете, в ROM только система, так что всё для управления придётся забивать ручками. Кстати, полуавтомат я запустил.

— Ой, мамочки!… — выдыхает Света. — Теперь мне точно, как Ленке, придётся краситься.

— Да тебе-то что, ты белобрысая, никто и не заметит. А мне вот точно придётся… — вздыхает Люся.

Лена на это цедит сквозь зубы:

— Злые вы! Зачем меня сдали?

— Да ладно, твой Влад всё давно понял, ещё на Земле, а на остальных, не всё ли равно?

— А что не так? — удивляется Аскар.

— А ты за вычислителем следи! — отвечает командир.

— Да ладно, нам ещё…

— Вот и следи. И не упусти!