Чтение онлайн

Рубящий удар ногой, который был нанесён так, что увернуться от него в этой позиции не получилось бы, младшей девушке пришлось принимать на довольно жёсткий блок. Вот только это оказался мираж, который безобидно прошёл сквозь молодую чаровницу, в то время как свою настоящую противницу Сердцезарова заметила только в последний момент.

Мастерства девушки вполне хватило на то, чтобы противостоять яростной серии атак руками и ногами от более сильного противника, даже при том, что первый удар Мария всё же пропустила. Однако, когда в следующее мгновение, старшекурсница примерно на середине очередного удара внезапно просто метнулась в сторону, её фигура смазалась, и она развеялась в воздухе словно дым, юная чаровница на долю секунды растерялась…

Это в итоге её и подвело, Мария почти сразу же то ли поняла, то ли почувствовала, что её противница нападёт со спины, она резко развернулась и отпрыгнула спиной вперёд, разрывая дистанцию, но манипулирующая светом старшая девушка, как оказалось, вовсе не думала нападать на чаровницу физически. В последний момент она появилась их пустоты, а её рука, сложенная так, будто она хотела щёлкнуть пальцами, оказалась прямо перед лицом противницы, а в следующее мгновение всё постоянство арены затопила яркая белая вспышка.

Дальнейшего сопротивления дезориентированная и явно временно ослепшая младшекурсница оказать уже не могла, а потому в два удара была повержена на землю. После чего распорядитель арены остановил поединок, сообщив о смене.

– …Таким образом мы как учим детей выдержке и упорству, так и укрепляем их дух, а также позволяем проверить свои навыки, – продолжил Бояр, прервавшийся ранее лишь для того, чтобы не отвлекать гостя от финальной стадии первого поединка. – Опять же, это полезно и для наших выпускников, ведь у них нет задачи быстро и эффективно победить своего противника, бездумно заливая всё и вся мощнейшими чарами, как любят делать многие новички. Их цель – соизмеряя свои силы, дать младшему ученику тренировочный бой, чтобы помочь раскрыть свой потенциал. Сами же они привыкают на подобных тренировках выкладываться ровно настолько, насколько это необходимо, чтобы в реальных условиях не оказаться вдруг обессиленными перед лицом внезапно подошедшей подмоги противника.

– В ваших словах, конечно, есть определённый смысл, – с сомнением произнёс чиновник с прищуром глядя на арену, где в этот момент тощий и высокий старшекурсник буквально избивал слабо сопротивляющуюся и так и не оправившуюся от вспышки девушку-блондинку. – Но то, что я вижу сейчас, мне трудно назвать тренировкой! Эта Сердцезарова уже практически не может ничего сделать…

– Не судите раньше времени, – задумчиво улыбнулся директор Академии, поглаживая свою длинную белую бороду. – Девочка ещё не сдалась и сопротивляется, а значит, не проиграла, и потому может нас удивить! К тому же знать о том, что на поле боя могут встретиться враги с очень неприятными способностями – хороший урок, который стоит всех полученных ею синяков и ссадин. Потому как, если вы присмотритесь, увидите, что молодой Завидов очень аккуратен и старается не причинить противнице серьёзного… ох! Вот это поворот…

Взгляд Андрея Львовича вновь метнулся к арене, от которой он отвлёкся лишь на какое-то мгновение, только чтобы взглянуть на директора, так что всего произошедшего не видел. Успев заметить только, как светящаяся розовым ладонь чаровницы коснулась груди её соперника, отчего всё его тело на миг застыло, а затем мелко затряслось, повалившись на землю. Парень, конечно, очень быстро пришёл в себя, но к этому моменту Сердцезарова успела приставить нож к его горлу, а потому он был тут же объявлен проигравшим.

– Ещё один урок заключается в усмирении гордыни, – наставительно произнёс Бояр Жумбрулович, прищурив свои и без того узкие и раскосые глаза, и, довольно улыбаясь, посмотрел на младшекурсницу-блондинку, уже схлестнувшуюся с новым противником. – Да, молодой Завидов соизмерял свои силы и старался особо не навредить, но при этом не воспринял свою юную соперницу всерьёз. И это была его первая ошибка, которая в реальных условиях могла бы стоить ему жизни. Вместо того, чтобы победить, покуда она была дезориентирована, он решил поиграть, дав ей таким образом время на то, чтобы прийти в себя и неожиданно контратаковать.

– А-а-а… почему старшекурсники почти не используют чары? – неожиданно спросил чиновник, вновь повернувшись к директору после того, как они в тишине просмотрели оставшиеся три боя, два из которых младшая девушка проиграла, а один, с другой чаровницей, свела к ничьей. – У них было столько возможностей бросить, не знаю, огненный шар или какую-нибудь молнию. Но они в основном сражались в рукопашную. Вы им запретили?

– Нет… – загадочно улыбаясь, ответил директор. – Просто, настолько я вижу, дети уже достаточно сознательные и понимают, что нет смысла в победе, если просто забросать обычного второкурсников мощными заклинаниями…

– Что ж… я понимаю, – уверенно кивнул чиновник.

– …То есть это что-то вроде местных традиций дедовщины? – нахмурившись, произнёс я, глядя, как госпитальная бригада на носилках выносит с арены потерявшую сознание, избитую и окровавленную Дашку. – Представители последнего курса наглядно демонстрируют нам, кто тут главный?

– Угу, – невесело ответила мне стоявшая рядом Нина Ефимова, в то время как Марфа Александровна, от которой так и исходило волнами раздражение, с опасным прищуром смотрела на расположенную почти под самым потолком арены ложу для наблюдателей и гостей. – Мы вроде как вышли из щенячьего возраста и теперь будем работать на том же поле, что и старшие команды. В любом случае они на втором курсе проходили точно такое же «посвящение».

Если с Машей старшекурсники, можно сказать, «игрались», всё-таки она была из Сеченовки, и разобраться с ней, похоже, предоставили «своей», то вот Борислава довольно-таки жёстко отметелила вначале девушка Светлова, а затем в один удар вырубил парень, явно расстроенный своим проигрышем нашей чаровнице. С Дарьей же её соклановец обращалась ещё более жёстко, и это уже было реальное избиение, потому как, несмотря на всю свою искусность в рукопашной, скорость и миражи, противостоять старшей девушке, обладающей всеми теми же клановыми знаниями, наша Белоснежка просто-напросто не могла.

– Ну что ж… – вновь хмуро посмотрев на арену, тихо и зло произнёс я. – Наверное, глупо с моей стороны было думать, что здешние порядки будут в итоге хоть чем-то отличаться от тех, которые заведены на дне.

– Люди, они везде люди, – довольно философски подметила тётка Марфа, продолжая неотрывно смотреть на застеклённую ложу для наблюдателей. – Или ты думаешь, у нас в клане такого нет?

– Да ничего я не думаю, – отмахнулся я. – Хотя нет! Мне интересно будет посмотреть на смельчаков, которые позволят себе вот так вот лупцевать дочку нашего Князя Московского, когда настанет черёд её команды проходить это посвящение…

– Ха! Это действительно интересно было бы посмотреть! – хмыкнула наша наставница, хотя в голосе одноглазой женщины не было ни капли веселья.

– Я действительно не думаю, что они вообще будут участвовать в подобных боях, – покачала своей красной головой Ефимова.

– В смысле?

– Насколько я знаю, – ответила мне девушка. – Команду княжны уже поместили в «Золотой резерв» учебных рук. Другими словами, у наследницы московского престола вообще не будет практики вне стен полиса. Зато команду будут усиленно тренировать лучшие из доступных специалистов.