Чтение онлайн

– Замолчи, Роза! – Глаза Клавдии угрожающе вспыхнули. – Ты можешь быть мне самым близким человеком, но далеко не самым дорогим. Что же касается несчастного ребенка, в новой комнате ему будет так же удобно, как и в той, где он теперь находится. Кроме того, из окна он будет видеть прекрасные пастбища. А так как он пока не может ходить, то сможет там любоваться лошадьми.

Роза издала несколько жалобных стонов. Томас застыл с видом оскорбленного достоинства.

В это мгновение вошла мисс Мелкшам. Заметив Реддингеров, она удивленно остановилась.

– Что вы здесь делаете?! – воскликнула она.

– Сегодня каждый считает своим долгом спросить нас об этом, – раздраженно отреагировал Томас. – Мы – гости. И, в конце концов, мы хотим есть!

– Возможно, – зловеще произнесла мисс Мелкшам, – однако я распорядилась, что вы будете обедать на своей новой половине. Я уведомила вас об этом добрых два часа назад! Горничная сказала, что она сообщила вам об этом лично.

Томас вспыхнул, а Роза снова вздохнула.

– Я просто решил, что глупая девчонка не поняла вашего указания, – с достоинством и нарочитой напыщенностью произнес, наконец, Томас. – Как я мог подумать, что с нами здесь так обойдутся?

– Как вы могли подумать, что с вами обойдутся по-другому? – промурлыкал Джем и, повернувшись к Томасу спиной, галантно предложил мисс Мелкшам руку, чтобы проводить ее к столу.

Дрожа от обиды и покраснев от гнева, Томас вслед за ними двинулся в комнату. Уйти сейчас значило бы признать поражение и пойти на попятную.

– Ничего, мы еще посмотрим, достаточно ли у тебя власти и могущества, когда ты окажешься в зале суда. Сейчас ты еще хозяин Рейвенкрофта, но я уничтожу тебя. У тебя останется только пышное имя, но не будет даже лачуги, где бы ты мог приклонить голову… милорд!

Последнее слово он произнес открыто вызывающе и теперь ждал, как на это отреагирует Джем. Однако молодой человек даже не повернул головы, продолжая оживленно беседовать с мисс Мелкшам. Томас резко повернулся, схватил под руку жену и вышел из комнаты, хлопнув дверью.

Клавдия, бледная и дрожащая, без сил упала на стоящую рядом кушетку. Джем бросил на нее быстрый взгляд и, сев подле мисс Мелкшам, уверенным голосом произнес:

– По-моему, мы неплохо с этим справились, не правда ли?

– Мне плохо, – сдавленно отозвалась Клавдия. – Мне всегда тяжело было находиться рядом с Розой и Томасом. Он не нравился мне с самой первой нашей встречи, но я никогда не думала, что он доведет меня до такого состояния. Или что в подобной ситуации Роза будет на его стороне.

– Роза глупа, как курица. – Мисс Мелкшам шмыгнула носом. – Это у нее от матери. Слава Богу, что ты пошла в мою мать. У этой достойной женщины ума было на десятерых.

Клавдия невольно улыбнулась. Джем подошел к ней и помог встать.

– Вот так-то лучше. А теперь… Инстинкт старого холостяка подсказывает мне, что ужин уже подан. Пойдемте?

Взяв обеих дам под руки, он повел их в Изумрудную гостиную.

К некоторому удивлению Клавдии, за ужином она почувствовала себя гораздо лучше. В отсутствие Реддингеров между ними троими завязалась оживленная беседа. Правда, вскоре мисс Мелкшам углубилась в размышления и разговор продолжался уже между Клавдией и Джемом. Джем рассказывал о своем детстве, которое он провел в Лондоне. Он так живо описывал людей, что Клавдии не составило никакого труда представить себе «джентльмена», который выучил его искусству очищать карманы обывателей, или карточного игрока, у которого он перенял ловкость и смекалку.

Он ничего не говорил о матери и сестре, а спрашивать Клавдия не решалась. Воспоминания могут доставить человеку немало приятных переживаний, а могут и вызвать боль, острую, как удар кинжала.

Когда они встали из-за стола, Джем предложил продолжить разговор за стаканом старого портвейна.

– Мне всегда казалось довольно глупым сидеть в одиночестве, когда в другой комнате тебя ждет прекрасное общество.

– О!.. – неуверенно произнесла Клавдия и посмотрела на тетю. – Если вы об этом… Я собиралась вернуться в свою комнату сразу после ужина. Я еще даже не начинала упаковывать вещи, а тетя Августа и я… мы решили переехать в Хилл-коттедж уже завтра.

Джем открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал. На его лице промелькнуло странное выражение.

– Да, конечно, – произнес он через мгновение ровным, хотя и несколько хриплым голосом. – А мне нужно пойти в конюшни. Мы вчера разговаривали с Джоной, и нужно проверить, как у них идут дела.

Клавдия виновато подняла руку.

– Я целый день не была там. Я не знала, что вы разговаривали с Джоной…

– Думаю, нет ничего страшного в том, что вы провели всего один день в стороне от своих обязанностей. Что же касается остального, я прошу прощения, что нанял человека, не посоветовавшись предварительно с вами. Однако поскольку никто из нас не был в состоянии сегодня заниматься делами, я подумал, что вы не будете против, если я сделаю хотя бы эту малость.

Клавдия вспыхнула.

– Конечно, я не против. Вы поступили правильно. Я сама должна была бы подумать об этом.

– Глупости. У вас и так слишком много поводов к размышлениям. – Он поклонился обеим дамам. – В таком случае, до завтра.

В следующее мгновение он уже покинул комнату, оставив мисс Мелкшам удивленно разглядывать племянницу.

– Неужели мы его чем-то обидели?

– Нет, конечно, нет. Просто он понял, что… Извините меня, тетя, я должна пойти наверх собирать вещи. Я увижу вас завтра утром.

Клавдия почти выбежала из гостиной и устремилась в свою комнату. Только закрыв дверь, она наконец остановилась, бросила кашемировую шаль на спинку стула, сорвала с себя ожерелье и на несколько мгновений застыла перед туалетным столиком. Она пришла в себя только тогда, когда осознала, что мысли ее заняты не предстоящими сборами, а тем молодым аристократом, которого она покинула несколько минут назад.

Она сама наказала себя. Бессмысленно открывая ящики бюро, она была похожа на подавленную школьницу. Конечно, ей нравится Джем Стендиш – она, естественно, никогда не скажет ему, как она мысленно его называет, – ей приятно его общество, но предаваться глупым розовым мечтам о нем, забывая, что в мире существует и кое-что другое, – это уже опасно!

«Что же в нем такого притягательного?» – раздраженно думала она. Конечно, сейчас, в этой жесткой борьбе, они стоят по одну сторону баррикад, и это немало. Такие ситуации очень сближают людей. Однако они с тетушкой Августой тоже противостояли всему окружающему их миру, но это не стало причиной того, чтобы она, Клавдия, постоянно вспоминала теплый смех тетушки Гусси или ее добрый взгляд.

Ей стыдно было в этом признаться, но все чаще и чаще ее мысли возвращались к тому моменту, когда Джем поцеловал ее. Клавдия провела кончиком пальца по губам, невольно сложившимся в мягкую улыбку. В следующее мгновение ее взгляд остановился на зеркале и она похолодела.

На нее смотрела влюбленная женщина! Но это ужасно. Любовь – иллюзия, химера, рожденная воображением романтически настроенных писателей. В реальной жизни для двоих, объединенных общей целью, не может быть счастья. Женщина, которая потеряла голову из-за человека, кажущегося непохожим на всех других, человека, чей образ заполняет все ее мысли, просто глупа. Более чем глупа!

«Дура!» – сказала она своему отражению. Затем повернулась к комоду с открытыми ящиками.

Она быстро упаковала в коробки вещи из своего платяного шкафа, потом начала разбирать полки. Когда все было закончено и последняя коробка закрыта, на дворе уже была глубокая ночь. Она смотрела на свои вещи – все ее достояние за время жизни в Рейвенкрофте. Вдруг она ощутила, как сильно устала. С трудом сняв с себя одежду, она легла в кровать, задула свечу и погрузилась в глубокий сон.