Чтение онлайн

Тут вдруг оживился Барнс. Он двумя руками ухватился за снасти и заголосил:

– Клюнула, клюнула, только не сорвись! И, пока дельфины обгладывали последних бонито, Барнсу с трудом удалось подтянуть свои снасти. Он все вглядывался и вглядывался в голубую морскую воду, но свет преломлялся на волнах, и невозможно было рассмотреть улов. Море не хотело просто так открывать свои тайны. Еще пару метров веревки, и руки уже были растерты в кровь. Барнс чувствовал, что улов велик, рыба сопротивлялась, да еще черные воришки были совсем близко. И вдруг на поверхности появился длинный, как багор, нос морского дьявола цвета индиго. Моряки, увидев какого красавца заарканил Барнс, кинулись ему помогать. И команда сообща вытянула, наконец, из воды огромную крылатую рыбину, удивительного цвета.

Дельфины поздно спохватились, поняв, что самую большую добычу они упустили. Собрав последние сладкие кусочки, стая отправилась по своим морским делам, удаляясь от корабля. По очереди выпрыгивая из воды, они показывали свои красивые тела, выгнутые дугой для прыжка.

Восемь рук крепко держали дьявола за мокрые, скользкие бока, пока он не оказался на палубе. Барнс плюхнулся рядом, весь мокрый от пота и морской воды. Натертые руки щипало от соленой воды, но это его не занимало. Он перевернулся и смачно поцеловал затихшую рыбину, потом подскочил и пустился в пляс.

Коку предстояла сегодня большая работа, ох и денек у него выдался. Рыбу нужно было вымыть и разделать, улов вышел немаленький. Только к вечеру он раскочегарил углем свою большую печь. Мясо было срезано с рыбьих позвоночников, и по кораблю начал разливаться божественный аромат – сливочно-ореховый запах разогретого топленого масла и рыбы с поджаристой золотистой корочкой. Ларри жарил ее с высунутым от усердия языком на больших чугунных сковородах. Масло громко шкворчало, а большой живот Ларри начал потихоньку подвывать от голода. Барнс не успокаивался и ходил как кот вокруг камбуза, заглядывая в открытую дверь и раздавая советы. Он все переживал, как бы кок не перепутал куски синей рыбы с другими кусочками. Закончилось тем, что кок захлопнул перед носом Барнса дверь камбуза:

– Отправляйся-ка ты, умник, в кубрик и надень свою самую нарядную рубаху, пока не получил подзатыльник, – Ларри показал рулевому через круглый иллюминатор двери исполинский кулак.

Капитан Эдвард собрал команду за большим столом и попросил торжественно вручить Барнсу самый большой кусок синего парусника. Тот послушался кока и выглядел торжественно, как на воскресной службе. Натянул белую рубаху и даже причесал свою кудлатую голову на прямой пробор.

– Мечты-то исполняются, – расплылся в щербатой улыбке Барнс и положил первый кусочек сочной рыбы в рот, прикрыв от блаженства глаза.

«Азур» достиг берега Махабхарат через две недели и зашел в порт Ниваса точно по расписанию. Первое, что оглушает путешественника здесь, это запах. Специи, которые на вес золота ценились в других странах, здесь никто не жалел. Ими щедро приправляли все блюда, и этот аромат витал в воздухе днем и ночью. Суета муравейника портового города Нивас моментально поглотила капитана, сошедшего с корабля. Товары были разгружены, и, оставив своего помощника за главного, он направился в еще более оживленную часть города. Казалось бы, куда же еще суетливей, но рынок Ниваса был более бодрым, чем остальная часть города, включая порт. Глаза разбегались от ярких красок одежды посетителей и товаров, разложенных на прилавках. Обоняние пыталось различить десятки поразительных запахов, а слух улавливал разнообразие звуков. Накупив подарков, капитан зашел в ювелирную лавку, чтобы выбрать украшения для Мэри и Энн. Здесь, в отличие от остального рынка, было тихо. Хозяином лавки был маленький седой старичок Вивек. Выбрав украшения для женщин, капитан уже хотел было расплатиться, как взгляд его упал на две очаровательные серебряные погремушки. Одна была отделана сапфирами, а вторая рубинами. Он протянул руку и покрутил по очереди одну и другую. Звук был разным. Выбрав погремушку с рубинами, он уже собирался положить вторую, но Вивек его остановил.

– Нэ спэши, тебе понадобятся обе! – сказал продавец, улыбнувшись и прищурив глаза.

Капитан вопросительно уставился на него, не понимая, чтобы это значило. Он привык, что в этой стране люди, с которыми тебя сталкивает случай, знают о тебе больше, чем ты сам.

Вивек ответил на безмолвный вопрос:

– Просто повэрь!

Вивек не выглядел как человек, которому можно доверять, но мистер Эдвард привык полагаться на жизнь и точно знал, что случайные события только на первый взгляд кажутся случайными, а ПО прошествии времени оказываются логичными закономерностями.

Вивек положил обе погремушки в шелковый мешочек, и капитан убрал их во внутренний карман на груди. Проголодавшись, он заказал себе в уличном кафе хрустящие шарики из риса и чай. Такого чая больше не подавали нигде в мире, его вкус не забудешь даже через тысячу жизней, он был приправлен особыми специями, тростниковым сахаром и молоком, растекаясь внутри, он как будто оживлял тебя.

За разговорами с местными жителями прошел вечер, мистер Эдвард узнал, что в соседнем городе открыли новёхонький ипподром, завтра на нем будут проводить скачки и отбирать лучших лошадей. Он не мог пропустить такого события, ведь лошади этой страны славились по всему миру. Кроме скакунов, его привлекала на ипподром еще одна диковина, которую он давно хотел увидеть. В этой стране разводили особенных лошадей. Этих животных можно было увидеть только здесь. Под страхом смертной казни их было запрещено вывозить из страны и разводить еще где-либо. Это были боевые кони– марвари с удивительно спокойным нравом и выносливостью, а красотою и грацией превосходили всех лошадей мира. Ноги длинные, мускулистые, поджарый и высушенный жарким климатом круп и гордая посадка головы на длинной шее. Марвари обладали чудесным слухом, потому что их голову венчали необычные ушки. Они были длинными, а загнутые края соприкасались, образовывая подобие короны на голове. Может быть из-за строения ушек, а может по другой причине, но лошади породы марвари удивительным образом воспринимали музыку, а особенно барабанный ритм – они умели танцевать. День выдался очень удачным, посчитал мистер Эдвард, отправляясь вечером в свою каюту.

На следующее утро капитан одолжил за пять монет невысокого коня по кличке Викрам и отправился на скачки. День обещал быть жарким, солнце, еще не поднявшись полностью над горизонтом, припекало. Викрам быстро доставил своего седока на ипподром.

Капитан поставил вслепую на двух лошадей только потому, что ему понравились их клички. Одна была кобыла рыжей масти – Медная стрела, а второй гнедой конь по кличке Воин. Таких соревнований он никогда не видел. Лошади были чистейших арабских кровей. Седоки миниатюрные, смуглые, казалось, что лошадь совсем не ощущает их вес. В первом и втором заезде лошади, на которых он поставил, не участвовали, но зрелище было настолько увлекательным и динамичным, что к третьему заезду капитан уже не помнил кличек выбранных лошадей и с упоением наблюдал соревнования. Первые шесть лошадей, которые победят в скачках, будут выставлены на аукцион и за них заплатят баснословные деньги. Капитан вспомнил про ставку только к концу четвертого заезда. Воин занял первое место, а Медная стрела была третьей.

– Вот так-так! Моё чутьё меня не подвело! – подняв вверх палец, провозгласил капитан.

Улыбаясь, он наблюдал, как лошадей уводят в конюшни, которые тут были просто замечательными. Животных держали в просторных стойлах, делали массаж и даже купали в большом бассейне, поистине королевские условия.

Люди потихоньку начали покидать трибуны, но не расходились. На арене появились музыканты с барабанами, а зрители разбились на несколько групп, каждая из них образовала подобие сцены. Первые барабаны зазвучали, сердца зрителей бились в одном ритме с музыкой, ладони сами собой начинали задавать темп, отдавая пульсом тот же ритм, а ноги притопывали. Вывели первого красавца марвари. Он приближался к импровизированной сцене, шерсть его лоснилась и была видна каждая мышца, которую он напрягает. Конь был черного цвета, ни одного пятнышка. Его цвет контрастировал с яркими, длинными одеждами зрителей и желтым песком арены. Это было величественное зрелище, животное снисходительно позволило подвести себя к зрителям. Хозяин лошади, как конферансье, представлял короля сцены. А тот величественно приближался к своим поклонникам. Хвост был поднят вверх и ниспадал широким шлейфом сзади, вздрагивая от каждого движения. Уши лошади, заслышав музыку, развернулись загнутыми кончиками внутрь. Конь уже чувствовал ритм и не шел, а парил, подскакивая и отталкиваясь от земли одновременно двумя ногами, грациозно выгибая копыто, летящее в воздухе. Барабан замолчал, а животное встав в центре круга замерло в ожидании.

И вот ритм взялись отбивать снова, и передние ноги лошади начали двигаться попеременно, конь, высоко поднимая колени, бил копытами в такт с инструментом, поднимая брызги желтого песка. Лошадь продолжила свое движение по кругу, отталкиваясь задними ногами, делала скачок, передними же копытами отбивала ритм. Все быстрее и быстрее. Потом подскакивая на передней и задней ноге, грациозно сгибая в колене две другие. Всех захватил этот завораживающий танец, зрители били в ладоши и издавали гортанные звуки в такт музыке. Танец действовал как гипноз. Лошадь поднялась на задние ноги и прошла в такт три круга. Потом остановилась, направив голову к зрителям, и упала на передние колени. Это был виртуозный заключительный поклон. Конь припал головой так низко, что его разгоряченное дыхание рассеивало песок, оставляя две ямки напротив ноздрей. Барабаны замолчали, а ошалелые зрители замерли на долю секунды, а потом, очнувшись от прекрасного зрелища, принялись хлопать, отбивая от усердия ладоши. Загнутые черные уши оказались в нескольких сантиметрах от колен капитана Эдварда. Он перестал хлопать, руки его замерли, глаза были широко раскрыты, и он перестал дышать, оторопело уставившись на склоненное в поклоне животное.

Народ расступался по обе стороны от него. Разведенные ладони гудели, и он судорожно вдохнул горячий воздух. Лошадь поднялась с колен, и все стихло. Они стояли друг против друга, оба разгоряченные, прекрасное сильное животное и человек –повелитель стихий. В черном бездонном омуте глаз марвари отражалось удивленное лицо капитана. Чуть позже ему рассказали, что боевые кони марвари кланяются только великим воинам, предводителям и королям. Поклон марвари благословляет на победу. Мистер Эдвард удивился, объяснил, что он совсем не воин. Но люди, окружившие его, понимающе кивали и похлопывали его по плечу. Он снова, как и в лавке старика Вивека, почувствовал, что все вокруг знают что-то важное, то, что ему еще не открылось.