Чтение онлайн

— Что за глупости? — Лаванда удивленно выпросталась, забыв о своем болезненном, а потому непривлекательном виде.

— Значит, все в порядке, — за разговором Роджер успел проверить ее состояние и обнаружить обширную потерю крови. Лечили Лаванду, почти не применяя магии, и это вызвало у некроманта очередной всплеск раздражения. Подавив его, он сам взялся за дело.

Нигде в больнице Роджер не видел артефактов, отслеживающих применение силы, но все же постарался сделать свое вмешательство как можно более незаметным.

Он передал больной немного своей энергии, чтобы ослабленный организм не опустошал зря свои резервы и ускорил процесс восстановления крови. Все заняло не больше минуты.

Лаванда зевнула, ощутив непреодолимую сонливость, –правильно, после магического вмешательства нужно поспать, так организму будет проще переработать полученную извне силу.

— Когда мы сможем поехать домой? — Роджер решил воспользоваться возможностью пересидеть первое время в безопасности.

— Как только мне станет лучше, — сонно ответила Лаванда.

— Отлично.

— Дэн, может, отвезешь Адриана ко мне?

— Нет. Раньше тебя его не выпишут — я позабочусь. А сейчас отдыхай, я же вижу: ты едва держишься.

Уверенный, что уже завтра сможет покинуть больницу, Роджер вернулся к себе.

Его надежды оправдались, и уже во второй половине следующего дня они с Лавандой садились в один из тех экипажей, внутри которых жила молния.

На вопрос об этом Лаванда ответила, что странная карета называется автомобиль, а ездит она с помощью электричества.

— Ради чего вся эта мишура? — Роджер с любопытством наблюдал, как работники украшают город, развешивая на деревьях гирлянды электрических фонариков, флажки, искусственные цветы и портреты Аллена.

— Через неделю начнется праздник Мира.

— Мне это ни о чем не говорит.

— Страшно ничего не помнить, да? — Лаванда порывисто обняла его.

— Переживу, — Роджер в ответ положил руку ей на плечо. Чувствовал он себя неловко. Ни жены, ни любовницы он так себе и не завел, а став после смерти отца хозяином поместья, отменил право первой ночи и спокойно прожил полсотни лет без женской ласки.

— Расскажи о празднике, — Роджер попытался отвлечься от непривычных ощущений.

— В первый день невесты мира сочетаются браком с Бессмертным.

— Кто он такой? — перебил ее Роджер.

— Аллен Бессмертный, единственный и бессменный Правитель.

— Каких земель? — требовательно уточнил некромант.

— Что значит — каких? — не поняла вопроса Лаванда. — Всех.

— Не может этого быть. Даже если он сумел обхитрить своих союзников, то с вампирами ему не сладить: у Говарда козырь в рукаве. И если бы эта ушастая сволочь не поддержала предложение о мире, Говард устроил бы свистопляску сразу после летних переговоров.

— Какие вампиры? Адрианчик, их не существует. Надо узнать у врача, возможно, кроме амнезии у тебя и другие проблемы есть.

— Я просил не называть меня этим именем!

— Прости. Хорошо, что ты вспомнил детские сказки. Возможно, позже к тебе вернется память и о реальных событиях.

— Я понял тебя, — процедил сквозь зубы Роджер и закрыл глаза, показывая, что не хочет разговаривать.

Аллен Звездный подчинил себе земли людей и вампиров. Теперь всем заправляют эльфы.

Возникло стойкое ощущение, что все вокруг — безумие, порожденное его больным сознанием, а сам он по-прежнему висит в пещере, не имея возможности ни сбежать, ни умереть.

— Лаванда, какой сейчас год? — Роджер спросил первое, что пришло в голову, надеясь, что звучание человеческого голоса убедит его в реальности происходящего.

— Две тысячи девятьсот девяносто девятый.

— От сотворения мира? — уточнил он, не веря, что все вокруг могло так сильно измениться за четыре года. Значит, он все-таки безумен. Однако ответ Лаванды привел его в ужас.

— Нет, конечно. От Великого объединения народов. Повелители княжеств принесли Бессмертному оммаж, и началась новая эра.

— Неужели вампиры смирились с этим? Да и оборотни не потерпели бы эльфа-правителя.

— Ри, ни тех, ни других никогда не существовало, — мягко повторила Лаванда.

— Ты уверена?

— Разве ты видел хоть одного из них?

— Нет, — признался Роджер, судорожно цепляясь в подлокотник кресла. В висках стучало от мысли, что за время его отсутствия случилось нечто ужасное.

— Оборотни и вампиры — это сказки. Существует всего две расы: люди и эльфы.

— Да, за три тысячи лет в это легко можно поверить. Три тысячи… Тьма и нижние миры… — Роджер пытался осмыслить услышанное, но так и не смог.

Наконец, колеса зашуршали по гравию, и автомобиль остановился.

— Кто хозяин дома? — Роджер окинул взглядом многоэтажное строение.

— Господин Шилдс. У меня квартира на четвертом этаже, там мы с тобой и живем.

— Квартира? — презрительно повторил Роджер, привыкши, что все уважающие себя люди живут как минимум в двухэтажных домах. Однако увиденное частично примирило его с ситуацией.

Лаванде принадлежало пять со вкусом обставленных просторных комнат. Обязательных во времена Роджера ковров, гобеленов, мраморных статуй и гигантских напольных ваз здесь не было, однако в остальном убранство некроманта устраивало.

— Это наша спальня, — Лаванда открыла дверь и вошла первой, — возможно, среди знакомых вещей к тебе быстрее вернется память.

— Наша? У меня что, нет личных покоев?!

— Мы ведь живем вместе, — робко напомнила ему Лаванда.

Роджер с трудом удержался от ответа, что в высшем обществе так не принято. Не стоит забывать, что он живет у любовницы-простолюдинки. Откуда ей знать про приличия и достойное поведение?

— Я надеюсь, одеяло у меня свое? Или мы ютимся под одним? — хмуро уточнил он, без энтузиазма смотря на широкое ложе. По каждую сторону от нее стояли прикроватные тумбочки и непривычной формы канделябры.

— Мы спим под разными одеялами.

— А вместо гардеробной у меня шкаф? — Роджер открыл один из них и уставился на ворох рубашек и штанов, между которыми затесалось несколько аляповатых платьев.